Сожгите всех! - Алексей Бессонов

Леди и джентльмены! Главной задачей любого суда является установление истины, и я уверен, что истина будет установлена.

Андрей не удержался от улыбки. Фразеология судьи Додда вызывала у него чувство некоторой нереальности происходящего. Сморщенный старикашка – парик все время съезжал ему на правое ухо, и он поправлял его резким коротким взмахом ладони, со свидетельской скамейки Огоновского это выглядело так, будто судья поспешно отдает кому-то честь, – Додд вещал как старый, плохо отрегулированный автомат, выплевывающий в зал шаблонные, казенно-нелепые фразы, со свистом пролетавшие мимо ушей почтенной публики.

– Ознакомившись с материалами дела... – Додд сделал паузу, обвел зал отсутствующим взглядом и снова наклонился над разбросанными по судейской кафедре листами распечатки, – я пришел к выводу о значительной неоднозначности данного иска. Да-а, леди и джентльмены, о неоднозначности. В данный момент мне не совсем ясно, какими установками руководствовались наши уважаемые ответчики, решившиеся на нарушение множества законов Конфедерации, но истина, повторяю, будет установлена.

Даль только что закончил свою речь и сидел в двух метрах от Андрея, время от времени поглядывая на Бэрдена и наклоняясь к плечу Трюфо, чтобы прошептать ему что-то. Бэрден казался ему слабым звеном.

– Итак, – Додд зашуршал бумагами и поднял голову, – я предоставляю слово обвинению.

– Ваша честь, – неторопливо встал Трюфо, – я хотел бы предоставить слово свидетелю Оливеру Бэрдену, шефу-попечителю территории Гринвиллоу, департамент Оксдэм.

Додд величественно качнул подбородком.

Бэрден нерешительно поднялся со своего места и прошел к отдельной свидетельской кафедре. Обвел глазами зал, посмотрел на презрительно щурящегося Хатчинсона, который сидел в противоположном углу, глянул на Трюфо, потом поймал наконец уверенную улыбку Даля, кашлянул и начал:

– Ваша честь!.. Господа!.. Я хочу начать с того дня, когда ко мне в канцелярию прибыл шериф территории Николас Маркелас и заявил, что только что сделал предупреждение мастеру Таккеру Хатчинсону, который, по его словам, незаконно вторгся на земли вдовы Дорфер и производил там некие геологоразведочные работы. А также... а также предложил вдове продать принадлежащие ей земли. Свое предложение он сделал в ультимативной и даже оскорбительной форме, при этом Хатчинсона сопровождали вооруженные люди.

– Протестую! – вскрикнул адвокат «Элмер Хиллз». – Факт оскорбления не установлен!

– Протест принимается, – вяло буркнул Додд. – Продолжайте, мастер Бэрден, продолжайте. По существу...

Шеф беспомощно пожал плечами.

– Как уже говорил сенатор Даль, наша планета потеряла очень много людей. С войны не вернулись сорок два процента мужчин и двенадцать процентов женщин из числа добровольно вступивших в подразделения ландштурма Конфедерации. Фактически, территория Гринвиллоу испытывает жесточайший дефицит рабочих рук.

– Протестую! – снова вскинулся адвокат ответчиков. – Показания свидетеля не имеют отношения к делу и могут...

– Протест отклоняется, – величаво перебил его судья. – Рассказывайте, ваша милость.

– Вследствие этого, – голос Бэрдена неожиданно окреп, – многие шахты и фермы находятся в самом плачевном состоянии. Компания «Элмер Хиллз» выбрала удачный, с ее точки зрения, момент, но все же они просчитались. Люди Гринвиллоу не пожелали продавать то, что принадлежало еще их дедам. И тогда, как я понимаю, в ход пошел некий резервный вариант. Было решено вынудить лендлордов продать принадлежащие им земли, вынудить самым гнусным и незаконным путем. Был предпринят сговор, сговор с главарями разбойничьих банд, терроризирующих округу. Целью сговора был ввод на территорию Гринвиллоу правительственных войск, которые, в свою очередь, должны были запугать местное население с тем, чтобы оно пошло на кабальные условия, предлагаемые компанией «Элмер Хиллз».