Гаджет. Чужая война - Дмитрий Даль

Боксер поддержал меня огнем. От палет только щепки летели. Но это только часть противника. Где остальные четверо бойцов? Вот в чем вопрос. Я выпустил их из виду. И это могло обернуться серьезными проблемами.

Краем глаза я уловил движение позади себя, нырнул в сторону. Чудом разминулся с пулями. Перекатившись на спину, я расстрелял в упор «охваченного», который подобрался ко мне с тыла.

Минус один. Осталось пять человек, если их можно называть людьми.

Я поднялся с пола, пригибаясь, чтобы не попасть под пулевые вихри, проносящиеся на высоте. Шаг в сторону. Выглянул из-за угла. Та парочка серьезно окопалась за палетами. Они пока сидели не высовываясь. Боксер плотно накрыл их и держал в напряжении. Моя помощь тут не требовалась.

Я двинулся в обход стеллажей, напряженно сканируя пространство. И тут меня осенило. Чего я сразу не сообразил? Запустил тепловизор на нейрофоне, и тут же увидел красные точки. Вот они, голубчики, спрятались. Один сидел совсем близко ко мне, в соседнем проходе. Я вычислил его местоположение. Наставил автомат на коробки, разделяющие нас, и нажал на спусковую скобу. Очередь прошила коробки вместе с содержимым и ударила в «охваченного». Он выронил автомат, раскинул руки и упал на соседний стеллаж.

Если не считать тех двоих, которых держал за палетами Боксер, то осталось еще двое врагов. И я видел их. Один приближался ко мне справа. Он шел вдоль стены склада. Другой двигался в лоб, скоро он вывернет из-за стеллажа прямо на меня. Я не стал дожидаться и расстрелял его через коробки. И тут справа что-то ударило меня в левое плечо и ошпарило левый бок. Зацепило знатно. Да к тому же мерзавец разбил бутылку коньяка, осколки которой звякали в кармане. Я ответил огнем. Бил короткими очередями, следуя за красной точкой на тепловизоре. Враг побежал и вышел аккурат к Кощею, который, разобравшись с «охваченными» на улице, вошел на склад. Короткая очередь. Ноги бойца нелепо заплелись. Он дернулся из стороны в сторону, точно танцевал неизвестный танец, и упал на пол. Теперь осталась только парочка за палетами.

Боксер уже выглянул из своего укрытия и медленно приближался к спрятавшимся «охваченным». Кончилась обойма. Пока он менял ее, они попытались огрызнуться. Из-за палет показался бородач с автоматом. Он даже выстрела не успел сделать. Я прицельно снял его.

— Мужик, выходи. Ты остался один. Расскажешь, кто вас послал, оставлю тебе жизнь, — предложил я достойный обмен.

Боксер поменял обойму и продолжил путь.

Взять «охваченного» живым — большая удача. Уж мы найдем способ развязать ему язык.

Я и Кощей зашли с двух сторон. «Охваченный» оказался в ловушке. У него никаких шансов.

Враг промолчал. Но красноречивей его слов прозвучали одинокие выстрелы. Он пытался отстреливаться, но любую его вылазку мы подавляли огнем. Вскоре у него кончились патроны. Он выскочил из укрытия в надежде, что мы пристрелим его. Но мы не стали стрелять. Вот он, целый и невредимый. А в его голове хранится масса полезных знаний. Мы же не имели права быть расточительными и отправлять в расход столь ценный экземпляр.

Я опустил «Вихрь». Друзья последовали моему примеру. «Охваченный» просто так не дастся, придется побороться за него внимание. Я был готов к этому.

Схватка быстро кончилась. Хватило нескольких ударов, и «кукла» оказалась на полу в отключке. Зарецкий сдернул с него куртку, содрал рубаху, пустил ее на лоскуты, этими тряпками связал руки пленнику и засунул ему в рот кляп. Это, конечно, все полная фигня. Но на время хватит. Теперь надо доставить трофей Лекарю. Он найдет медикаментозный способ развязать язык «охваченному».

Я набрал номер Фимы и через минуту услышал его сварливый голос:

— Гладиатор, у тебя совести нет совсем. Я уже спать лег.

— Как там Светка? — поинтересовался я.

— Ты чего издеваешься? До утра потерпеть не мог? — возмутился Лекарь.

— Да я бы потерпел. Но не могу, — отрезал я.

— Нормально все. Жива, здорова. Пока удается свести к минимуму вредное воздействие нейрофона. Она в спячке. Чего тебе надо, Гладиатор? Никогда не поверю, что ты только ради этого звонишь.

— У меня для тебя есть груз. Надо ему язык развязать. Думаю, что у него есть полезная для нас информация.

— Вези на прошлый адрес. Я пришлю своего человека, — сказал Фима.

— А сам чего?

— Я тоже человек, если ты не успел заметить, и мне иногда надо отдыхать, хотя бы немного. Я и так двадцать часов с лишком без сна. Все. Через час на старом адресе. Приедет Сеня Горянский.

— Факел, что ли? — уточнил я.

— Именно. И учти, у него плохое настроение. Он на тебя зуб точит. Сам знаешь, он с Бородой по корешам был.

— Ничего. Разберемся.

Я отключился. Пнул носком ботинка бесчувственную тушку «куклы» и приказал:

— Тащите эту гадость ко мне в машину.

Боксер подхватил «охваченного» под руки. Кощей взялся за ноги. И они потащили его.

Я окинул взглядом склад. Хорошо мы тут порезвились, нечего сказать. Теперь надо срочно сматываться отсюда, пока «кукловод» не опомнился и не прислал сюда еще пару отрядов зачистки. Он может.

Плечо и бок горели. Терпеть можно, но надо остановить кровь.

Я вышел на улицу. Покопался в багажнике «мерса», нашел аптечку. Кое-как из подручных средств соорудил ватные подушки для плеча и бочины. При помощи скотча я примотал их к ранам. На время это должно помочь. Плащ, конечно, жалко. Две дырки за один раз. Многовато. Ничего, заштопаю.

Боксер и Кощей взяли из багажника веревку и надежно спеленали пленника. После чего засунули его на заднее сиденье.

— Разъезжаемся. Я отвезу этого гаденыша. А вы отдыхайте. Встречаемся завтра.

— Командир, ты ранен, — указал на очевидное Кощей.

— Ничего. До утра все заживет, — пообещал я.

Они мне не поверили. Но у них не было «Регенрона», иначе они увидели бы мир другими глазами. Кстати, если я так буду транжирить лекарство, то скоро и у меня его не останется. А когда в следующий раз мне его привезут и привезут ли вообще, я не знаю.

— Слушай, может, с тобой съездить? — предложил Кащей.

— Спасибо. Я сам справлюсь, — отрезал я.

Боксер презрительно смотрел на меня и молчал.

Я сел за руль, взревел мотором и выехал на Верхнюю улицу. Я набрал через нейрофон номер Рогова и через четверть минуты услышал его бодрый голос. Вот что значит молодость. Энергии через край.

— Скажи, удалось ли что-нибудь полезное выудить из компа Кормчего? — спросил я.

— Как раз занимаюсь этим вопросом. Тут вся инфа зашифрована.

— Сможешь вскрыть?

— Постараюсь. Думаю, да, — ответил Рогов.

— И когда будет результат? Мне нужны точные сроки.