Оранжевый цвет радуги - Милена Завойчинская

Ну во-о-от, совсем другое дело. Те пресмыкающиеся, которые сидели здесь, были в длину около двадцати сантиметров. Их пупырчатые шкурки имели более многоцветные окрасы: синие, зеленые, фиолетовые, оранжевые. У них даже телосложение было немного другим. Голова этих ящериц имела шлемообразную форму, с заметно приподнятой затылочной областью. На лбу торчал отросток, напоминающий антенну с шариком на конце. Тельце широкое, с выпуклой спинкой, плавно переходящее в толстый у основания хвост, который к кончику истончался и закручивался смешной спиралькой. Лапы довольно длинные, приспособленные для лазанья по вертикальным поверхностям, судя по пяти пальчикам, которые заканчивались острыми коготками, и маленьким подушечкам-присоскам на «ладошках». Глаза словно заключены в телескопические трубки из толстых век, в которых свободными оставались только маленькие круглые отверстия для зрачков. Ящерки умудрялись вращать глазами в разные стороны, несогласованно друг с другом. Правый глаз вперед, а левый назад или в сторону. Похоже, угол обзора у этих занятных рептилий не меньше чем триста шестьдесят градусов.

– Выбрать вам кого-нибудь из этих? – спросил продавец.

– Минуту. Я подумаю, – и подошла поближе, рассматривая зверушек.

Те тоже обратили на меня внимание и подползли по веткам, на которых сидели, ближе к сетке.

– А это точно ящерицы? – с сомнением спросила я. – Почему у них такая странная пупырчатая кожа?

И тут рептилии начали издавать звуки, которые больше всего походили на хихиканье. Я подняла брови и всмотрелась, чтобы понять, примерещилось мне или нет.

– А какая должна быть? – удивленно спросил торговец, присматриваясь к своему товару. – Все как обычно. На лапках чешуя мелкая, на туловище – выпуклая и бугристая. Не знаю, госпожа. У нас другие не водятся, только такие.

– Странно… – Я наклонилась, чтобы рассмотреть получше, и… отшатнулась назад, потому что одна из ящерок ткнула в меня когтистым пальчиком и снова издала такой же звук.

– Смеетесь? – погрозила я им пальцем. И вот голову даю на отсечение, они захихикали громче, переглядываясь своими вращающимися в разные стороны глазами.

Я бросила на Акира быстрый взгляд и едва заметно кивнула подбородком.

– Сколько они стоят? Это, конечно, не совсем то, на что мы рассчитывали, но, пожалуй, возьмем одну.

– Господин, берите, не пожалеете! Они совсем недороги и крайне неприхотливы. Едят все подряд, никакой специальной диеты, клетки им тоже необязательны. Где прицепятся, там и спят. Это ведь не редкие животные. Но если вы хотите экзотики, то позвольте я вам лучше предложу…

– У нас нет времени, уважаемый, – оборвал его командор. – Это цена за одну особь? – и кивнул на ценник, не замеченный мной.

– Да, господин. Но я бы все-таки мог предложить вам прекраснейших…

– Не надо. Мы действительно спешим. Но если получателю понравится наш выбор, – ниоки издал смешок, – то как-нибудь еще заглянем за другой зверюшкой.

– Хорошо, хорошо! Так какого именно вам достать? Выбирайте окрас! Хотя я все же посоветовал бы вам прекрасных миниатюрных розовых ящериц для малышки. Эти для девочек крупноваты.

– Ничего страшного. Наша девочка довольно рослая и весьма эксцентричная. Ей отчего-то совсем не нравится розовый цвет, – с непередаваемой иронией в голосе произнес Акир, многозначительно глядя на меня.

– Ну что, карапузики, – наклонилась я к клетке, не отреагировав на подколку, – кто из вас пойдет со мной?

И тут эти наглые тварюшки дружно развернулись ко мне своими толстыми попами и демонстративно закатали хвостики в спиральки.

– Что, никто? И никто из вас даже не хочет полетать на настоящем звездолете? – спросила я.

Несколько ящериц повернули ко мне по одному глазу, но с места не тронулись. Только антеннки их двигались, выдавая, что они напряженно размышляют.

– Ну как хотите. Тогда я куплю розовую девчачью ящерицу и воспитаю из нее настоящего астронавта. – Я выпрямилась и сделала вид, что хочу отойти от клетки.

Ряды пупырчатых нахалят дрогнули. Трое из них, резко передумав, подползли к сетке и пристально уставились на меня.

– Так-так, уже лучше. Тогда следующий вопрос: кто из вас готов быть единственной ящерицей на целом космическом корабле?

И я поочередно пристально посмотрела им в глазенки. Два пресмыкающихся, синий и зеленый, помедлили и снова развернулись ко мне хвостами.

– Значит, это ты у нас настоящий герой? – спросила я очаровательного ящера бледно-оранжевого цвета с тонкими спиралеобразными голубыми разводами на боках и бледно-голубым брюшком, щеками и веками. Потом повернулась к продавцу. – Я выбираю вот этого! Он настоящий мужчина, именно такой нам и нужен.

Командор расхохотался, а торговец озадаченно поскреб яйцеобразную голову.

– У вас весьма неожиданный подход к выбору питомцев. Но в этом, определенно, что-то есть. Вы позволите мне пользоваться этим методом подбора ящериц для моих клиентов? Если он у вас запатентован, то прошу сообщить мне номер патента, я буду честно делать отчисления.

– Пользуйтесь! – щедро разрешила я. – Не нужно отчислений.

– Благодарю, госпожа. Тогда позвольте мне преподнести вам в качестве признательности кое-какие мелочи для вашего ящера.

Разумеется, отказываться я не стала.