Тело Угрозы - Владимир Михайлов

Поговорить Гречину, главному редактору «Вашей газеты», которую принято было считать рупором оппозиции (не очень громким, конечно; чего же вы хотите: такие времена), собственно говоря, не пришлось, потому что на этот раз от него требовалось в основном слушать. И поддакивать.

Прошли, прошли те времена, золотое десятилетие, когда газета публиковала материалы без оглядки на власти, когда можно было спорить, а свою правоту доказывать даже в суде – и не так уж редко дела выигрывать. Об этом можно было лишь вспоминать, вздыхая. А потом настали дни, когда власть явилась перед львами и орлами СМИ с кнутом в одной руке и с пряничком – в другой. Но это не означало, что можно выбрать то или другое. Выбора не давалось никому, кнут означал сегодняшнюю реальность, а пряник, маленький и зачерствевший, – возможную перспективу. Власть объявила новые правила игры: «Кто не согласился, я не виноват». Большинство согласилось, надеясь на то, что долго это не продлится: и Запад надавит, да и свои правдолюбцы не дадут пропасть. Но правдолюбцы снова обосновались на кухнях, на Запад же – после того как кредиты иссякли и все мыслимые уступки получены – всем стало наплевать и растереть.

Однако Гречин, сохраняя ярлык оппозиционности, все же смотрел не только в рот кремлевскому пресс-секретарю, но очень внимательно прислушивался и к тому, что выходило из уст оппозиции. Так что, ответив на звонок, даже встал с дивана, как только уяснил, кто с ним разговаривает.

Глава оппозиции был очень вежлив и доброжелателен. Справился о здоровье самого Гречина и семьи, похвалил газету – сказал, что регулярно читает ее с интересом и, как он выразился, «почти без раздражения». Гречин слушал и благодарил, отлично понимая, что это все – политес, протокольное общение, и не ради этого ему позвонил столь сильный человек, да еще в нерабочее время. Приподнятым тоном выговаривая слова благодарности за высокую оценку, Гречин пытался сообразить, в чем же была ошибка, что сделали не так, какой материал мог вызвать неудовольствие – явно немалое. И никак не мог понять: вроде бы все было в порядке. Впрочем, долго гадать ему не пришлось: политик не любил длинных увертюр. Да и звонил он очень издалека, и приходилось экономить доллары – пока ситуация не прояснится окончательно.

– У вас там работает некто Минич, я не ошибся?

Сукин сын Минич, тут же подумал Гречин. Нет, написать он ничего такого не писал уже давненько, значит – что-то другое себе напозволял: высказал, например, где-нибудь в публичном месте что-нибудь не соответствующее, особенно если был под газом – это он любит. Почему я его до сих пор не выгнал? Давно уже была пора!

– Работает, – отвечал он тем временем. – Вернее, работал.

– Он что же: ушел?

– Н-ну… я как раз завтра собирался…

– Значит, он еще у вас?

– Если подходить формально…

– У вас. А зачем вам его увольнять? По-моему, журналист не из самых плохих, верно?

– Ну, собственно… Да, иногда ему удается. Конечно, если вы так считаете… раз он вас интересует…

– Интересует. Селен Петрович (странным было имя у Гречина, но тут уж ничего не поделаешь), не исключено, что в ближайшем будущем он предложит вам материал об угрожающей Земле космической катастрофе…

– Он у нас не занимается космосом. Это Жихарев скорее.

– Не перебивайте, если вам не трудно. Так вот, ни строчки, ни слова на эту тему – космической катастрофы, несущей угрозу Земле, – у вас появиться не должно. Ни за его подписью, ни за любой другой – хоть самого президента Академии наук. Вы поняли меня?

– Разумеется. Я его с этой темой шугану так, что он никогда…

– А вот этого делать не следует. Наоборот. К его идее отнеситесь положительно. Пусть напишет все, что у него на душе. И сдаст вам. А вы перешлете это мне лично. По «Экспрессу». Новый адрес я вам дам.

– Да конечно же!..

– Попросите его не медлить.

– Непременно.

– Это у меня все. Да, кстати: об этом нашем разговоре – никому ни полслова. И о катастрофе – тоже. Это совершенно закрытая информация, понимаете?

Гречин закивал головой, забыв, что по телефону это не видно; его аппарат был без видеоприставки.

– И еще: если услышите, что кто-то из ваших коллег получил какой-то материал на эту тему, – немедленно сообщите мне.

– В ту же минуту!

– Да, вот еще что: я тут на недельку улетел в Штаты, так что если услышите что-то в мое отсутствие – звоните по моему сотовому. Как вот я сейчас. Он и тут в действии. Вы ведь мой номер не забыли?

– Ну что вы! Как можно…

– Вот и прекрасно. До свидания.

– Счастливо, – пробормотал Гречин, облегченно вздыхая. Положил трубку. Перекрестился: слава Богу, пронесло…

И тут же телефон грянул снова.

– Алло! – рявкнул он, давая выход напряжению. – А, это ты, Минич? Что же это – на ночь глядя: пожар, что ли? Ну давай, раз уж позвонил, что там у тебя?..