Ратибор. Забытые боги - Юрий Корчевский

– Иначе бы я не приехал.

– Слушаю…

– Стражники захватили нашего человека и заперли в Колизее. Надеюсь, ты понимаешь, чем для него может закончиться завтрашний день?

– Представляю. Не проходит и недели, чтобы римляне кого-то из наших не схватили. Вот со мной пресвитер Антоний был, так о нём не беспокоились, тело уже после забрали. Скажи прямо, зачем я нужен?

– Вызволить его.

Илья сильно удивился:

– Ты меня ни с кем не перепутал? У меня нет легиона, чтобы штурмовать Колизей. Там стражники. А Рим вам поджечь не надо?

– Видишь ли, есть два обстоятельства. Первое – человек этот непростой.

– Это я уже понял.

– Сомкни уста. Он распоряжается казной общины. В неё идут поступления – иногда серьезные – от наших тайных сочувствующих, от паствы, из казны осуществляются расходы. И только он знает, где деньги.

– Я полагаю, он их не в кубышке прячет?

– Ты догадлив. Малая толика в монетах в казне есть – на спешные расходы, всё остальное – в займах торговцам. Деньги должны работать, приносить прибыль. И только он знает, где, кому и под какой процент они размещены.

– Ну да, секретность и скрытность. А вам не кажется, что кто-то предал, навёл римлян на казначея?

– Есть такие подозрения, но об этом после. Сначала – вызволить.

– Непростая задача.

– А вот это – второе обстоятельство. Теперь в общине появился ты, воин опытный и смелый, который сможет освободить пленника.

– Задача тяжёлая.

– Если бы можно было выкупить его или воспользоваться каким-либо другим способом, мы бы пошли на это. Но времени нет, только до утра.

– Попробовать можно, но мне ещё кое-что нужно.

– Перечисляй, я запомню.

– Чёрная одежда – не туника, заметь. Чёрная рубаха или туника, чёрные штаны и какая-нибудь шапочка – тоже чёрная.

– Я понял, ты хочешь слиться с темнотой.

– Три-четыре хороших боевых ножа.

– Как у легионеров?

– Нет, эти велики.

– Будет…

– Помощник на повозке. Если улыбнётся удача, пленника надо вывезти. И повозка должна стоять недалеко от входа.

– Я сам там буду. Чем меньше людей будет посвящено во всё это, тем лучше.

Илья подумал:

– И железную «кошку» с длинной, около двадцати шагов, верёвкой.

– Что такое «кошка»? Животное?

– Нет. Это крюки такие.

Илья палочкой нарисовал на земле.

– А, я видел. И даже знаю, где взять такую штуку – в порту.

– О, чуть не забыл. Ты знаешь, где в Колизее находится пленник?

– На первом этаже, под трибунами, – другого места нет.

– Как его зовут?

Дьякон замялся.

– Ты полагаешь, я буду ходить по коридорам и спрашивать, кто казначей в христианской общине?

– Да, действительно… Его зовут Мордехай.

– Иудей? – удивился Илья.

– Он ростовщик, умеет делать деньги. И он христианин.

– Как он выглядит?

– Тощий, с вислым носом; глаза навыкате.

М-да, под это описание попадает большая половина евреев Рима.

– Не будем терять время, – поднялся Кастор. – Да, едва не забыл. У стражников в Колизее есть две собаки – огромные. Их привезли из Британии и называют догами.

– Больше ты ничего не забыл?

Хорошо хоть сейчас вспомнил. Было бы хуже, если бы Илья неожиданно наткнулся на них в Колизее. Впрочем, собак он не боялся, плохо было другое – учуют, поднимут лай.