Главный шлюз - Александр Орлов

Где-то в зарослях кустарника послышались торопливые шаги, но, когда таксист выскочил к своей машине, предводитель уже лежал, а двое других озадаченно почесывались, не зная, что предпринять в подобной ситуации.

Следом за гоберли появился еще какой-то субъект. Даже не взглянув на лежащего, он протянул Брейну руку и представился:

– Вуд Джордан. На мне оплата аренды, оттого меня здесь все боятся.

С этими словами Джордан продемонстрировал улыбку, состоявшую только из клыков, и, лязгнув ими, вернул своей физиономии деловое выражение.

– Я прошу прощения за неловкую ситуацию.

– А я прошу прощения, если неправильно понял намерения ваших сотрудников.

– Не стоит париться, камрады просто ошиблись. Желаете осмотреть квартиру?

– Желаю, – кивнул Брейн.

Управляющий открыл дверь подъезда собственным ключом, и они оказались среди пяти этажей свободных апартаментов.

– Что вы можете мне порекомендовать? – спросил Брейн, когда они подошли к двум лифтам.

– Это зависит от того, какие деньги вы готовы заплатить.

– Я не могу говорить об этом, пока не увижу ваш товар, – в тон управляющему ответил Брейн и встретился взглядом с таксистом, который ему кивнул. Значит, пока Брейн все делал правильно.

– Что ж, в ваших словах есть резон, мистер. Желаете жить повыше или пониже?

Брейн вспомнил свою многолетнюю практику. Прыгать с пятого этажа было опасно – всегда оставался риск, что сломаешь ногу, а бегать со сломанной ногой тяжело, это Брейн также помнил из собственной практики.

Первый и второй тоже не годились, туда можно было запросто забраться одному человеку или с помощью напарника встав ему на плечи. А вот третий этаж – то что нужно. И прыгать невысоко, и с обычной стремянки не дотянешься, а значит, неприятель будет услышан, когда станет сооружать вспомогательные конструкции.

– Третий этаж. Три – моя любимая цифра, – объявил Брейн.

– Прекрасно, значит, отправляемся на третий, – радостно сообщил Джордан и направился к лестнице, хотя Брейн ожидал, что они поедут на лифте.

– К сожалению, ввести лифтовое хозяйство в строй нам пока не удалось. Прежние работники разбежались, а у нас не так много специалистов, чтобы успеть везде.

Сказав это, Джордан бросил укоряющий взгляд на таксиста, и тот втянул голову в плечи.

Брейн внимательно следил за этой пантомимой, пока они не добрались до третьего этажа.

– Итак, мистер, всего за восемьсот сакверов вы можете получить трехкомнатные апартаменты с видом на…

– Так что там за вид?

– Э… А вот извольте…

С этими словами Джордан толкнул дверь ближайшей квартиры.

– Замечательно, – произнес Брейн и покосился на гоберли, который в этот момент скривил физиономию.

– Этот двухкомнатный апартамент вы можете получить всего лишь за шестьсот сакверов, – торопливо добавил Джордан, испытующе глядя в лицо Брейну.

– Замечательная квартира, именно то, о чем я мечтал, и цена небольшая… Вот только…

– Что? – подался вперед Джордан.

– Сортиром воняет.

– Что значит «воняет»?

Джордан принялся тянуть носом, проверяя, чем здесь пахнет, а таксист, поймав заговорщическую ухмылку Брейна, расплылся в улыбке.

– Но, сэр, здесь совсем не пахнет сортиром!

– Ты куришь, приятель? – уточнил Брейн.

– Нет.

– Но кальян потягиваешь, да?

– Да что с того? – начал впадать в отчаяние Джордан.

– Ничего, приятель. Но твое обоняние превратилось в имитацию, и ты не можешь отличить зловоние от спрея «весенняя фиалка».

Перехватив одобрительный взгляд гоберли, Брейн добавил:

– Мне правда жаль, честное слово.

– Хорошо, давайте отправимся в другие апартаменты, – предложил Джордан. Однако едва они вышли в коридор, Брейн брезгливо зажал нос.

– Что?! – воскликнул Джордан.

– До тех пор, пока вы будете заламывать цену, мистер, здесь будет омерзительно вонять.

– Ах вот в чем дело! Криденс, это твои проделки?

– Я всего лишь таксист, сэр, – развел руками гоберли, старательно пряча улыбку.

– Ох и сукин же ты сын, Криденс.

– А чё сразу Криденс?

– А то, что без тебя тут не обошлось. На какую же цену вы рассчитывали, мистер?

– Я могу платить двести пятьдесят сакверов. Это мой предел.

– Но тут полный фарш – обстановка, ионизатор воздуха сепараторного типа, мультиволновой подогрев стен. Это никак не может стоить тех денег, что вы мне предлагаете.

– Мне жаль, но эти деньги – все, чем я располагаю, – сказал Брейн и драматично развел руками. Он видел – Джордану подходит названная цена, тот лишь отрабатывал заученную процедуру.

– Что ж, я соглашусь на вашу цену, однако с одним условием…

– Каким же?

– Вы заплатите за четыре месяца вперед.

– Я заплачу только за два, потому что через два месяца я отсюда съеду.

Джордан вздохнул. Против такого хода он не мог ничего противопоставить, новый жилец его, можно сказать, уделал.

Управляющему оставалось лишь предоставить право жильцу самому выбрать любую из пустовавших квартир третьего этажа.

Брейн выбрал апартаменты, выходившие окнами на такой же дом, отделенный от дома Брейна беспорядочно разросшимися кустами и небольшой автостоянкой с парой заброшенных автомобилей.

Кусты Брейну понравились, от них исходил запах, похожий на тот, который ему встречался на родине. С той лишь разницей, что тамошние деревья были сплошь зелеными, кроме кустов аполло, имевшего антрацитовые листья. Здесь же цвет листвы разнился в зависимости от того, где росло дерево.

Возле воды деревья имели серые листья с серебристым оттенком. Там, где посуше, появлялись зеленые. А на засушливых солнечных местах, в особенности на солончаках, листва была желтой, оранжевой и даже золотистой.

Пара заброшенных автомобилей на площадке также показалась Брейну не лишней, поскольку часто злоумышленники пытались найти укрытие в брошенных машинах, забывая, что те от времени и сырости становились очень скрипучими. Так что эту пару развалюх Брейн воспринимал как один из уровней безопасности.

Он еще раз обошел свою квартиру, состоявшую из двух комнат, совмещенного санузла и небольшой кухни с двумя мейдерами, столом у окна и двумя стульями.

В большой комнате, которую Брейн назвал гостиной, находилось некое подобие дивана, у противоположной стены располагалась кровать с мягким пружинным матрасом. В углу у окна стояла тумбочка с двадцатидюймовым ТВ-боксом. Пол был застелен пластиком бежевого цвета, а белые стены украшались навесными полками.