Станция Одиннадцать - Эмили Сент-Джон Мандел

ДИАЛЛО: Это моя личная система обозначений. Сам изобрел.

РЕЙМОНД: Так быстрее?

ДИАЛЛО: Намного. Я могу зафиксировать интервью в режиме реального времени, а позже переписать. Так вот, благодарю за согласие побеседовать со мной. Как я упоминал вчера, я недавно начал издавать газету и беру интервью у всех, кто проезжает через Нью-Петоски.

РЕЙМОНД: Я вряд ли знаю много новостей.

ДИАЛЛО: Для нас новостями будет и рассказ о городах, где ты бывала. Мир сузился, верно? Да, торговцы делятся историями, но большинство людей не покидают своих городов. Думаю, моим читателям было бы интересно узнать что-нибудь от тех, кто путешествовал в другие места.

РЕЙМОНД: Ладно.

ДИАЛЛО: Конечно, издание газеты – дело интересное. Однако вскоре я задумался: а зачем останавливаться на достигнутом? Почему бы не создать устную историю нашего времени, историю катастрофы? С твоего разрешения я опубликую отрывки в следующем выпуске, а полное интервью сохраню в архиве.

РЕЙМОНД: Хорошо. Интересный проект. Понимаю, что по идее интервью проводишь ты, но могу ли я задать вопрос?

ДИАЛЛО: Конечно.

РЕЙМОНД: Ты уже долго работаешь библиотекарем?..

ДИАЛЛО: С четвертого года.

РЕЙМОНД: Хочу спросить тебя насчет комиксов, которые я только что показала, про космическую станцию. Ты когда-нибудь видел их или другие книги из этой серии?

ДИАЛЛО: Нет, никогда. Они не входят ни в одну серию комиксов, что мне встречались. Ты говорила, это подарок?

РЕЙМОНД: Мне их подарил Артур Линдер. Актер, о котором я рассказывала.

17

За год до грузинского гриппа Артур и Кларк вместе пообедали в Лондоне. Артур был проездом на пути в Париж, а Кларк как раз навещал семью, и они договорились встретиться на каком-то углу города, которого Кларк особо и не знал. Он вышел заранее, но как только поднялся из метро, перед глазами вдруг возник образ телефона, забытого на родительской кухне, с открытой на экране картой. Кларку нравилось думать, что он ориентируется в Лондоне, однако на самом деле большую часть взрослой жизни он провел в Нью-Йорке, в границах ровных, где не потеряется и дурак, улиц Манхэттена, а хитросплетение дорог Лондона именно этим вечером стало и вовсе непостижимым. Нужный переулок никак не хотел появляться в поле зрения, и Кларк вдруг понял, что уже просто блуждает, все больше опаздывая, злой и смущенный, возвращается по своим же следам и пробует сворачивать в другую сторону. Затем начался дождь и Кларк остановил такси.

– Никогда так легко не отрабатывал два фунта, – заметил водитель, когда Кларк назвал адрес.

Машина дважды свернула налево, и они оказались у ресторана в переулке, которого, Кларк готов был поклясться, еще десять минут назад там не было.

Артур уже ждал за дальним столиком в луче света. Раньше Артур не мог повернуться к залу лицом – всегда сидел спиной к остальным, надеясь, что по ссутуленным плечам и дорогой стрижке его не узнают. Сейчас Кларк вдруг понял: Артур хочет быть на виду.

– Доктор Томпсон, – поздоровался он.

– Мистер Линдер.

Вид стареющего ровесника сбивает с толку – воспоминания о молодом лице разбиваются о реальность с обвислыми щеками, мешками под глазами и жутким осознанием, что ты, наверное, выглядишь так же. Помнишь, как мы были молодыми и яркими, хотел спросить Кларк. Помнишь, как все казалось безграничным? Как не верилось, что ты станешь знаменитым, а я защищу докторскую?.. Вместо этого Кларк просто поздравил друга с днем рождения.

– Ты не забыл.

– Конечно. Что мне нравится в днях рождения, так это то, что они остаются на месте. Из года в год, на одном и том же листе календаря.

– Зато годы летят все быстрее, заметил?

Они принялись выбирать напитки и закуски, причем Кларку было интересно, заметил ли Артур, что парочка за соседним столиком шепчется, глядя на него. Если и заметил, то остался в высшей степени равнодушен, а вот сам Кларк занервничал.

– Завтра в Париж? – спросил он за первым бокалом мартини и закусками.

– Навестить сына. Элизабет привезла его туда на каникулы. Знаешь, год выдался такой мерзкий.

– Знаю, – отозвался Кларк. – Мне жаль.

Третья жена Артура недавно подала на развод, а ее предшественница увезла их сына в Иерусалим.

– Ну почему Иерусалим? – плаксиво спросил Артур. – Совсем не понимаю. Из всех мест – почему это?

– Она ведь училась на историка? Может, ее и привлекла местная история.

– Наверное, закажу утку, – произнес Артур.

И больше они не заговаривали об Элизабет.

– Мне неприлично повезло, – заявил Артур позже, после четвертого мартини. В последнее время он стал очень часто использовать эту фразу. Кларк не обратил бы внимания, если бы месяц или два назад не увидел ее в интервью Артура для еженедельника «Энтертейнмент уикли».

Он вдруг заметил зеленую точку – кто-то снимал Артура на видео из полутемного угла ресторана. Кларк все сильнее цепенел, слыша шепоток и ощущая на себе взгляды, а Артур, расслабленно жестикулируя, продолжал вещать о спонсорской сделке и мужских наручных часах. Он в лицах пересказывал встречу с руководством компании, как в конференц-зале произошло какое-то забавное недопонимание… Он играл. Кларк думал, что Артур пришел ужинать с давним другом, но понял, что он пришел ради публики. Кларка затошнило от отвращения. После ухода он вдруг поймал себя на том, что снова блуждает по улицам, хотя уже знает дорогу к станции метро. Холодный дождь, блестящий от влаги асфальт, шуршание автомобильных шин. И мысли об огромной пропасти лет между восемнадцатью и пятьюдесятью.

18

ДИАЛЛО: Я расспрошу тебя об Артуре Линдере и комиксах чуть позже. А пока, может, несколько вопросов о твоей жизни?

РЕЙМОНД: Ты же меня знаешь, Франсуа. Мы годами проезжаем через ваш город.

ДИАЛЛО: Да, конечно, но некоторые наши читатели могут не знать о тебе или о «Симфонии». Я передаю экземпляры газеты торговцам, прошу распространять по пути. Ты играешь с детства, верно?

РЕЙМОНД: С самого раннего. Снялась в рекламе, когда мне было три года. Ты помнишь рекламные ролики?

ДИАЛЛО: К сожалению, да. Что ты рекламировала?

РЕЙМОНД: Вообще я не помню сам ролик; по словам брата, он про печенье из арроурута.

ДИАЛЛО: Было такое. А после печенья?

РЕЙМОНД: Тоже не помню, но брат немного рассказывал. Что я снялась и в других роликах, а потом в шесть или семь лет мне дали сквозную роль в телевизионном… телевизионном сериале.

ДИАЛЛО: Не помнишь в каком?

РЕЙМОНД: Нет. Кажется, я уже говорила, что у меня проблемы с памятью. Я мало что помню до катастрофы.

ДИАЛЛО: Такое нередко случается у тех, кто тогда был ребенком. А что насчет «Симфонии»? Ты давно с ними?