Бронепоезд. Книга 1. Огненный рейд - Руслан Мельников

И опять…

— Внимание, поезд! Из Москвы! Внимание, поезд…

Как и обещал Коган, бронепоезд прибыл на следующий день.

Отправка экспедиции намечалась с дальнего восточного Форпоста, поэтому именно на Железнодорожной должна была проходить последняя загрузка и заправка состава. Ну и заключительная доукомплектация экипажа тоже.

Егору, дежурившему на вокзальной платформе, довелось стать свидетелем того, как Коган принимал состав. Бывший начэкспедиций, а ныне командир спецбронепоезда, заложив руки за спину, стоял впереди своей свиты и молча наблюдал за многовагонным монстром, въезжающим на станцию. Подтянутый и хмуролицый полковник напоминал Егору сурового и вечно чем-то недовольного капитана боевого корабля, этакого морского волка, временно сошедшего на берег. Впрочем, бронепоезд ведь и был по большому счету сухопутным аналогом крейсера-броненосца.

Состав медленно и величественно подкатывал к платформе. По рельсам словно ползла огромная, не виданная ранее тварь-интродукт, тело которой было разбито на отдельные сегменты и усеяно шипами. Шипастые вагоны и платформы, проплывавшие мимо, вызывали благоговейный трепет.

Спецпоезд Когана не шел ни в какое сравнение с легкобронированными бронетричками. Да и от обычных экспедиционных составов тоже здорово отличался. В лучшую, разумеется, сторону. Это была подвижная, хорошо защищенная и прекрасно вооруженная крепость на колесах. Вполне возможно, составлена из лучших вагонов других столичных бронепоездов.

На солнце блестели бронестекла, прицельная оптика и выдвижные перископы. Бортовые бойницы, предназначенные для стрелков, были прикрыты изнутри бронезаслонками, зато во все стороны торчали пулеметные стволы и короткие огнеметные жерла. На вращающихся верхних башенках за воздушным пространством следили спаренные зенитные орудия. Турельные пушки, автоматические гранатометы, минометы и даже пара ракетных установок многократно усиливали огневую мощь бронепоезда.

Когда мимо Когана проезжал штабной вагон, с подножки на платформу спрыгнул маленький, полненький, улыбчивый и суетливый человечек. Новенький чистенький мундир, поблескивающие начищенными звездочками майорские погоны, нашивки службы снабжения и пухлая кожаная папка в руках. Типичный интендант-тыловик, в общем…

Этих ребят Егор недолюбливал. Получая те же льготы, что и боевой состав столичного гарнизона, они редко приближались ко мкадовскому Кольцу и еще реже выбирались в Форпосты. Но именно они рулили всеми московскими складами и ресурсами. На пухлых плечах таких вот упитанных толстячков в форме лежало распределение оружия, боеприпасов, снаряжения, техники, вся военная логистика, вещевое, продовольственное, медицинское, финансовое снабжение, а также комплектация пригородных бронетричек и экспедиционных бронепоездов. Обычно на эту безопасную и хлебную службу попадали по о-о-очень большому блату. И о-о-очень дорожили такими теплыми местечками.

— Товарищ полковник! — Вытянувшись в меру своих сил и выпятив объемный животик, тыловик приложил руку к форменной фуражке. Он был румян и весел. Наверное, радовался, что добрался до дальнего Форпоста без происшествий. — Майор Пыжов. Позвольте доло…

— Вольно, майор, — оборвал его Коган на полуслове.

На снабженца он даже не взглянул. Полковник придирчиво осматривал состав.

Тыловик расслабился, но не заткнулся.

— Все, как и было оговорено, товарищ полковник. Команда уже на своих местах. Не хватает только последней группы из десяти человек. Вагоны проверены, собраны и сцеплены в указанном вами порядке.

Интендант раскрыл свою папку.

— Два бронированных тягловых тепловоза с дополнительными топливными бронетендерами, — начал перечислять он.

Полковник молчал. Егор наблюдал за поездом. Тепловозов действительно было два. Один двигался впереди. Второй — резервный — в середине состава. На каждом тепловозе имелась пулеметная башенка, а во весь борт по шипастой броне было намалевано ярко-красной краской «За Москву!». Чуть ниже не так броско значился номер состава — «27–46».

— Три страховочно-грузовые платформы, — продолжал тыловик.

Первая катилась перед локомотивом. Платформа была нагружена рельсами, шпалами, лебедками, домкратами, разборными кранами и прочим необходимым для ремонтных работ инструментом. Здесь имелись даже мобильные железнодорожные стрелки, позволявшие перегонять состав на параллельный путь. Вторая платформа с уложенными аккуратными рядками рельсами и ремонтным материалом словно разделяла поезд на две равные части. Третья была прицеплена в самом хвосте. На каждой платформе имелся ножевидный таран и массивный косой отвал, предназначенные для расчистки путей. Нож головной платформы грозно нависал над рельсами. У двух других тараны были подняты и зафиксированы в походном положении.

— Три вагона огневой поддержки, — докладывал интендант. — Четыре десантных. Один штабной. Две бронированные базы, совмещенные с кухней, складом провизии и боеприпасов. Один вспомогательный вагон…

Все закрытые вагоны были оборудованы бронированными переходными тамбурными сцепками, так что экипаж мог в безопасности передвигаться внутри поезда. Вернее, почти все закрытые вагоны были ими оборудованы…

К штабному вагону, ощетинившемуся разнокалиберными стволами и поблескивающему наблюдательной оптикой, был прицеплен длинный, чем-то похожий на рефрижератор короб непонятного предназначения, лишенный тамбурного прикрытия. Странная вообще-то изоляция. «Наверное, тот самый „вспомогательный“», — подумал Егор, с интересом осматривая диковинку.

А посмотреть тут было на что. Под бронефартуками Егор с удивлением обнаружил две дополнительные колесные пары. Значит, этот вагон тяжелее других. Значит, усиленное бронирование… Однако! Даже для экспедиционных составов это как-то чересчур.

Люков в бортах не наблюдалось. Только в небольших углублениях на открытых торцах располагались небольшие овальные двери с закрытыми бойницами, маленькими, забранными тонированным бронестеклом окошками и круглыми, как на подводных лодках или в банковских хранилищах, колесами гермозапора.