Магнус Чейз и боги Асгарда. Книга 3. Корабль мертвецов - Рик Риордан

Я поймал взгляд сидевшего напротив Хэртстоуна. И просигналил ему по буквам:

– Что такое П-Е-Р-Е-Б-Р-А-Н-К-А?

Эльф нахмурился.

– Состязание, – ответил он. Потом поднял указательный палец и покрутил им, как бы… А, понятно. Это значит «оскорбление».

– К-В-А-С-И-Р? – спросил я.

Хэртстоун отдернул руки, точно обжегся о горячую плиту.

– Так ты знаешь? – показал он.

Сэм постучала костяшками пальцев по столу, требуя моего внимания. Ее руки замелькали в быстрых движениях:

– Я пытаюсь тебе сказать! Локи был здесь. Давно. Состязался в оскорблениях. Обещай Эгиру месть. Мы с Алексом думаем, можно использовать мед…

– Я понял, – ответил я жестами.

И тут меня озарило. В голове у меня возник план. Правда, не во всех подробностях. Если честно, вообще без подробностей. Знаете эту детскую игру с конфетами на веревочке? Мне как будто завязали глаза, развернули примерно в ту сторону, где висит конфета, вручили ножницы и сказали: «Стриги».

Однако, согласитесь, это лучше, чем ничего.

– Великий Эгир! – Я вскочил со стула и вскарабкался на стол, не очень соображая, что делаю. – Я готов объяснить вам, почему нас не стоит убивать и как это связано с медом.

За столом повисло молчание. Девять штормовых дев таращились на меня, видимо, прикидывая в уме, как они меня придушат, швырнут, расплющат и заморозят до смерти.

Краем глаза я заметил, как Алекс показал мне руками:

– Молния!

Я сначала решил, что это он так восхищается моей геройской крутизной. Или молниеносностью моей мысли. Но Алекс показывал глазами куда-то вниз. На мои штаны. Ширинка расстегнута, с ужасом осознал я.

Сверхчеловеческим усилием воли я заставил себя не глядеть вниз. Я не отводил глаз от хмурого Эгира и бобового ростка, застрявшего у него в бороде.

– Я как раз говорил об очистке фермента! – прорычал морской бог. – Надеюсь, твои слова и впрямь окажутся дельными!

– Еще какими дельными! – заверил я, незаметно проверяя ширинку и выясняя, что она вполне себе застегнута. – Наш отряд отправился в плавание, чтобы призвать к ответу Локи! Он избавился от пут, однако мы намерены отыскать его корабль Нагльфар до летнего солнцестояния, пока он не отплыл из гавани. Мы захватим Локи и приведем его назад в оковах. Помогите же нам и тем самым воздайте Локи за ту позорную перебранку!

Из-под панамы Эгира вырвались клубы пара, словно где-то у него в голове лопался попкорн.

– Как смеешь ты вспоминать о том бесчестии?! – возмутился морской бог. – Здесь, за этим самым столом, где все и случилось!

– Я знаю, Локи победил в перебранке! – заорал я в ответ. – Отделал вас под орех! Он всех тут оскорбил – и богов, и хозяина. И даже ваш мед! Но мы тоже можем отделать Локи! Мы ему отплатим за все! Я… я сам брошу вызов Локи!

Сэм спрятала лицо в ладонях. Алекс поднял глаза к потолку и пробормотал:

– Ни фига себе. Только не это.

Все друзья уставились на меня в полном ошеломлении, как будто я сорвал чеку с гранаты. (Я один раз попробовал сделать это на поле боя в Вальгалле – просто не знал, как действует граната. Тогда все кончилось плохо – и для гранаты, и для меня.)

Эгир вдруг сделался тих, как покойник. Он подался ко мне, блеснув стеклами в золотой оправе:

– Ты, Магнус Чейз, намерен вызвать Локи на перебранку?

– Да, – подтвердил я. Несмотря на столь бурную реакцию друзей, мне казалось, это единственный возможный ответ. Хотя я не очень понимал, чем все это обернется. – Я его забраню до смерти!

Эгир погладил бороду, наткнулся на бобовый росток, выковырял его и отбросил прочь.

– Тебе ли тягаться с Локи? Ни один из богов не сравнится с ним в искусстве перебранки. Тебе понадобится некое тайное оружие, некие особые нотки…

«Очевидно, фруктовые», – пронеслось у меня в голове, и откуда-то я снова знал, что так оно и есть. Я выпрямился и изрек своим самым что ни на есть геройским голосом:

– Я воспользуюсь медом Кевина!

Алекс присоединился к клубу Самиры «Глаза бы мои не глядели на этот срам».

Эгир прищурился:

– Ты о меде Квасира?

– Да! – не моргнув глазом, отозвался я. – О нем!

– Быть того не может! – возразила Кольга, чьи губы окрасились в шесть цветов снежной мороженки. – Папочка, это враки!

– И, великий Эгир, – не сдавался я, – если вы отпустите нас, мы доставим вам… э-э-э… немного меда Квасира для образца. Раз уж это единственный мед, который вам не под силу сварить.

Мои друзья и девять великанш как по команде воззрились на Эгира в ожидании его решения.

Лицо морского бога озарила легкая улыбочка. Такое впечатление, что он таки прорвался к кассе в супермаркете экопродуктов и пробил наконец свой японский чай.

– Ну, это все меняет, – объявил он.

– Правда? – удивился я.

Эгир поднялся с трона:

– Я буду счастлив видеть, как Локи призовут к ответу, и пусть это произойдет в перебранке. Никак не меньше. И я предпочту не убивать вас и обращаться с вами по законам гостеприимства.

– Потрясающе! – обрадовался я. – Так нам можно идти?

– Но, к несчастью, – продолжил Эгир, – ты по-прежнему Магнус Чейз, и моя супруга жаждет твоей смерти. Если я отпущу вас, она будет в бешенстве. Но если вы, скажем, сбежите, когда я на минуточку отвернусь, и мои дочки – всякое бывает – отчего-то с вами не справятся… тогда, думаю, мы будем вправе списать это на волю норн! – Великан поправил жилетку. – Схожу-ка я за медом. Надеюсь, пока меня не будет, ничего не случится. Идем, Эльдир!

Повар хитро глянул на меня из-под дымящихся бровей:

– Ты уж выбрани Локи за Фимафенга, ладно? – И он зашагал следом за хозяином.

Едва дверь за ними закрылась, девять дочурок Эгира вскочили с мест и ринулись в атаку.

Глава XI
А теперь отправляемся… в Город мечты!
(Вместе с моим мечом)

Когда я был обычным смертным мальчишкой, я не очень-то смыслил в битвах.

Конечно, у меня имелись какие-то смутные представления, что два войска должны построиться, потом протрубить в рог, а потом сойтись и добросовестно перебить друг друга. Или если, предположим, речь шла о викингской битве, то обязательно какой-нибудь дядька должен заорать: «СОМКНУТЬ ЩИТЫ!» – и тогда толпа волосатых блондинистых мужиков с невозмутимым видом выстроится в шеренгу и сомкнет щиты, превратившись в немыслимый многогранник. Или в робота Мегазорда из вселенной «Могучие Рэйнджеры».