Бог пива - Константин Крапивко

– Идиот, – сказал я. – Самоубийца.

– Я никогда и не рассчитывал умереть от старости, – пожал плечами Крыс. – Посмотрим, какой срок отмерит мне Один…

– Рассиживаться нечего, – сказал граф. – Ворота охраняются, придется махануть через стену. Мне только вон тот тип не нравится… – И он показал на часового, мерзнущего под козырьком на крыльце казармы.

– Я очень недурно стреляю из арбалета, – похвастался Крыс. – Парень совершенно напрасно стоит на освещенном месте. Терять мне уже нечего, а целиться будет одним удовольствием…

Я вырвал у него арбалет и швырнул на пол.

– Не надо ни в кого целиться, Бьорн прав, – сказал граф. – Часовому наверняка холодно, гадко и очень хочется поскорее смениться. Думаю, он нас не заметит. А если и заметит, сделать ничего не сможет… В любом случае, даже если мы его застрелим, труп на крыльце казармы обнаружат очень скоро.

– Ладно, – согласился Крыс, – оставим все как есть и попробуем по-тихому проскользнуть. За этой стеной старый город?

– Старый город, – подтвердил граф. – Трущобы.

– Прекрасно, там есть где спрятаться! Двигаем?

– Стойте, – сказал я. – А ну-ка, повыбрасывали железки!

– Правильно, – сказал граф, отстегивая меч и кладя на пол, – нам потребуется скорость, а с оружием не очень-то побегаешь.

Дик с Крысом неохотно последовали его примеру. Потом меня завернули в плащ, взяли под руки и потащили к забору. Ледяной дождь шел стеной. Я моментально вымок до нитки, и мне стало немного лучше. Я постарался побыстрее переставлять ноги.

Мы без приключений добрались до ограждения, но тут хлопнула отворившаяся дверь казармы, и раздался приглушенный крик – часовой все-таки обнаружил нас. Крыс уже махнул на другую сторону. Обернувшись, я увидел, что из казармы выскакивают вооруженные люди. Посмотрел на стену, перелезть через которую, действуя только одной рукой, мне было не под силу. Поняв это, Маленький Дик схватил меня в охапку, сверху в плащ вцепился сидящий на стене граф, я подпрыгнул и неожиданно легко взлетел вверх. Я сбил со стены графа и, падая, раздавил бы Крыса, не отскочи тот в сторону.

Падение не пошло мне на пользу: потревоженную рану словно прижгли раскаленным железом, судорога боли иглами разбежалась по телу и отдалась в пульсирующей шишке на голове. От отчаяния и бессилия я заплакал.

Смутно помню, как мы бежали по лужам каких-то узких переулков: впереди – Крыс, за ним – волокущие меня под мышки граф с Маленьким Диком. Время от времени я спотыкался, и мы, все трое, кубарем катились по грязи раскисшей улицы. От земли несло помоями. Крыс возвращался, чтобы помочь меня поднять, и мы бежали дальше. Дик ругался, а задыхающийся граф, в утешение мне, всю дорогу рассказывал поучительную историю об одной баронессе, которая, отравив первого мужа из-за наследства, тоже очень переживала и даже хотела уйти в монастырь, но все кончилось хорошо – этой весной она вновь полюбила и вышла замуж… в четвертый раз…

Мы все время куда-то сворачивали, переулки становились все уже и уже, мы спускались по прогнившим деревянным настилам, мимо полуразрушенных двухэтажных бараков… Потом Крыс крикнул, чтобы мы заткнулись, граф замолчал, и мы свернули на мощеную дорогу, забежали через арку во двор скучного серого дома, спустились по громыхающей железной лестнице в подвал и долго плутали по катакомбам в полной темноте.

Пахло бродягами. Маленький Дик наступил на крысу и, шарахнувшись в сторону, разбил лицо о выступ стены. Совсем рядом с нами детский голос пел «позабыт, позаброшен», а наверху монотонно скандалили пропитым мужским голосом. Звуки доносились с удивительной отчетливостью. «Потратить четыре серебряка на сковородки! Главное, эти сковородки для газа! Где ты у нас газ видела? Где? Нет, покажи мне, где? Потратить четыре серебряка на сковородки…»

– Почти пришли. Здесь лестница, осторожнее, – прошептал Крыс, после чего моя нога немедленно провалилась в пустоту, граф не сумел меня удержать, и я покатился вниз по неожиданно крутой лестнице…

Очнулся я, сидя в плетеном кресле, в мрачной каморке, весьма напоминающей нашу камеру. Только потолок здесь был еще ниже, а окон не было вовсе, зато горело несколько свечей и в углу стоял огромный, обитый железом сундук. У противоположной стены располагалась ржавая ванна, над ванной поднимались хлопья белой пены. Из пены торчала голова Дика и его руки, – в одной было зеркало, в другой бритва. Я отодвинул от лица склянку с нашатырем, которую упорно подсовывал мне под нос граф.

– Надо решать, – сказал Крыс. – Долго нам прятаться не удастся. Насколько я понимаю, будет грандиознейшая облава.

– Насколько понимаю я, – возразил граф, – на вас, Крыс, нередко устраивались грандиозные облавы, однако результаты их были плачевны – вы продолжали плодотворно работать.

– Одно дело прятаться одному, другое – четверым. Если хотите, разделимся… Граф, кто-нибудь из ваших друзей не предоставит нам убежище?

– Конечно. Но не в столице, сами понимаете.

– Тогда это не подходит. Из города не выбраться.

– По суше, может, и не выбраться, – сказал Дик.

– Шторм, – сказал граф задумчиво. – Впрочем, тем лучше. В такую погоду команды не вылезают из таверн. Найти мою яхту будет не сложно, думаю, нам даже помогут, только бы до порта добраться. Но вот выходить в море…

– Выйдем, – заявил Дик. – Ветер подходящий.

– Вы с ума сошли! – сказал Крыс. – Мы обязательно потонем! У меня жуткая морская болезнь!

– Кому суждено быть обезглавленным, тот не утонет, – успокоил граф.

– Не потонем, – уверенно сказал Дик. – С нами – бог.

– Психи ненормальные, – сказал Крыс жалобно. – Я не согласен… Я боюсь этого проклятого моря… Перестаньте на меня так смотреть! Бог, ну хоть ты скажи им!

Все повернулись ко мне.

– Что-то долго он молчит, – забеспокоился Дик. – Может, онемел? Я слышал про такие случаи. Граф, дайте ему еще понюхать.

– Дайте понюхать Крысу, – сказал я. – А меня оставьте в покое!

– Возьмите себя в руки, дорогой друг, – сказал граф. – Вы ни в чем не виноваты. На нас напали, и мы защищали свою жизнь. Это естественно. Скажите, чего бы хотели вы? Мы обязаны вам своим спасением, и ваш голос будет решающим.

– Я ничего не хочу, – проворчал я. – Впрочем, виноват. Я хочу в Нидкурляндию. Домой.

– Тогда нам, как ни крути, понадобится корабль, – заключил граф. – И придется поторопиться, пока власти не разобрались и не перекрыли все выходы. Скажите, Крыс, у вас здесь найдется оружие?

– Кое-какое найдется, – пожал плечами Крыс.

– Какое, например? – спросил Дик.

– Например, удавка, – сказал Крыс.

– Богатый арсенал, – похвалил его граф.

– Какой есть, – сказал Крыс. – Кстати, у меня здесь шмоток полно…