Солдаты звездного фронта - Валерий Большаков

Содружество Лоа, Гимла. 16 сентября 2016 года

Иннат провел землян в тренировочный отсек, который находился неподалеку, на той же палубе «А». Там, водруженные на станины, находились пять списанных космоатмосферников. Узнать в них грозные боевые машины было трудно – и без того несерьезные крылышки и стабилизаторы отсутствовали, зато со всех сторон были приделаны какие-то кубы и цилиндры.

– Это гравитаторы, – объяснил Отшельник. – С их помощью иллюзия реального полета будет полной. Если вы опишете вираж, то ваше тело повлечет в сторону. Будете испытывать перегрузки, и все такое прочее. Четыре тренажера-фантомата из пяти рабочие – занимайте их.

Антон поднял большой обтекаемый колпак с цифрой «три» – три палочки пересекались в подобие буквы «Ж» – и залез в кабину истребителя, попутно поразившись, что с ходу смог откинуть фонарь, разобравшись, куда жать, а где тянуть, – нейрочип действовал.

Устроившись на удобном сиденье, Ломов нажал незаметный сенсор сбоку, и фонарь плавно опустился, входя в пазы. Он был непрозрачный, покрыт толстой оболочкой из керамики и пятью слоями так называемого мезовещества^[4] – эта тонкая слоистая пленочка отражала лучи мегаджоульных лазеров, способных прожечь стальную плиту, но против лазеров-тераваттников помогала слабо, а с пучками антиматерии и вовсе не справлялась. Но лучше что-то, чем ничего.

В кабине горел неяркий зеленоватый свет, а панорамный экран демонстрировал то, чего не было – летную палубу некоего крейсера, на которой суетились люди в скафандрах и киберы без оных.

Ломов натянул шлем, и в наушниках тут же толкнулся голос:

– Третий, готовность раз!

– Есть готовность раз, – четко, по-строевому, ответил Антон.

Это было странно – он как будто играл в компьютерную игру, понимая прекрасно, что все эти люди на панорамнике не существуют в действительности, и в то же время все было до того реально, что мозг отказывался считать видимое вокруг иллюзией.

Фонатор проговорил монотонным голосом робота:

– Заправка окончена. Модуль отстыкован.

– Предстартовый тест, – сухо сказал Антон, включаясь в игру и немного стесняясь.

– Запущен, – ответил комп истребителя. – Норма.

– Готовность ноль!

– Звену – отстрел!

Створы дрогнули и начали расходиться, открывая забрызганный звездами космос. Замигали индикаторы гравикатапульты, пошел обратный отсчет – и Ломов охнул, прижатый к спинке сиденья.

Истребитель вылетел за борт, как камешек из рогатки. За ним еще три – в звене числилось четыре истребителя, две пары.

Антон судорожно ухватился за ручку управления, одновременно шаря глазами по экранам пульта. Где-то сбоку показалась планета, укутанная красно-белой облачностью. А совсем рядом сверкали на солнце обтекаемые истребители его звена, машинки хищных очертаний.

ФО-50 «Молния», определил Ломов. Старая модель.

Он изрядно вспотел, но довольно быстро, как ему почудилось, сориентировался, занял свое место в «ромбе» и вместе со всеми заложил вираж. Чересчур резко, как оказалось, – от перегрузки потемнело в глазах.

– Я – Первый! – послышался голос комзвена. – Третий, не лихачь.

– Есть не лихачить…

Космоатмосферник вывернулся, описав крутую дугу, и в поле зрения Антона вплыл диск тяжелого крейсера. Несколько ангаров было открыто, и оттуда, как пчелы из ульев, вылетали истребители.

– Отход. Маневровая готовность!

– Есть маневровая готовность.

– Вижу истребители противника!

– Третий и Второй, прикройте. Атакуем!

Антон приметил вражеские машины лишь тогда, когда панорамник сам выделил их, обводя красными кружками. Истребителей было с десяток, они выстроились кольцом, поставленным вертикально, если считать горизонталью плоскость эклиптики. И это были ангианские модели пустотников, похожие на макеты кристаллических решеток – каркас с турелями, дюзами и сферической кабиной в середке.

Лоанская группа истребителей построилась конусом, открытым на противника, Первый с Четвертым шли в стороне, и Антон поспешил следом. Второй держался рядом.

Все было очень и очень непривычно, лейтенанту ВДВ просто не с чем было сравнивать, разве что с кадрами из «Звездных войн», там, где Люк Скайуокер расколачивает «Звезду смерти». Но больше вспоминались иные фильмы – про летчиков в Великую Отечественную, как они сбивали «мессеры». Вот только космос вокруг, он даже с ночным небом мало сходен…

Ангиане открыли огонь, и Ломову тут же прилетело – пучок антипротонов ударил вскользь. Ослепительная вспышка атомного распада залила кабину мертвенным, бледно-фиолетовым свечением, а в следующую секунду панорамник окривел – ослеп на правый сегмент.

Вскоре обзор восстановился. Антон бросил мимолетный взгляд – антиматерия выела здоровый пласт керамики на фонаре.

Ломов ответил неведомому стрелку, вжимая гашетки, и лишь затем вспомнил об эмиттере защитного поля. Включил он его вовремя – сверхсолнечное сияние лазерного луча, ударив по силовому щиту, здорово рассеялось, не причинив космоатмосфернику особого вреда, а вот ангианину, по истребителю которого выстрелил Ломов, очень не повезло – импульс повредил двигатель. Носолобый не смог совершить маневр и угодил под перекрестный огонь.