На острие свечи - Ольга Юнязова

– Курить? – нахмурилась Оксана. – Мне что? Курить начать?

– Из двух зол надо выбирать меньшее. Хотя… я забыла: у тебя же астма.

– Дело не в этом. Многие астматики курят, но впервые слышу, чтобы сигаретами лечились.

– Но это ведь не совсем болезнь. Это скорее наоборот. Просто курение отупляет и тем самым как бы стягивает тебя обратно в обычное человеческое состояние.

– Вот спасибо! Значит, Бог дал мне способность, а я должна её дымом приглушить и жить себе дальше тупым животным.

– Это вот ты сейчас цыганок животными обозвала?

– Извини, – засмеялась Оксана. – Теперь мы квиты. А другие способы есть?

– Кофе, – подумав, сказала Зарина. – Оно, конечно, намного слабее табака, но если в больших количествах…

– Так вот почему меня в последнее время так прибило на кофе! – застонала Оксана.

– Ещё у нас принято есть жирное мясо. Свинину, например. Она, если что, не позволяет быстро похудеть. Ещё мы едим много чеснока и лука, они тоже притупляют.

– Чеснок и лук притупляют? – удивилась Оксана.

– Да. Именно поэтому в некоторых народностях они считаются запрещёнными продуктами, так же как мясо.

– В смысле, что тем уже тупеть дальше некуда?

– Не я придумывала национальные традиции, – засмеялась Зарина.

– А что-нибудь неотупляющее есть в арсенале средств?

– Да ты не бойся! Это же не значит, что ты станешь совсем глупой. Просто надо немного ослабить мозговую деятельность. Или ты предпочитаешь сумасшествие?

– Но ты же не сходишь с ума!

– Ты сравнила! Меня с детства обучали владеть этой силой, я знаю, как её использовать. И я соблюдаю технику безопасности.

– Так научи меня!

– Легко сказать! – подпрыгнула на стуле Зарина. – У нас даже двадцатилетних уже не обучают. Поздно.

– А для гаджё можно сделать исключение?

– Сделать можно, конечно, но будет ли толк? Представь себе: приходит тётя в балетную школу и говорит: «Хочу быть балериной! У меня растяжка хорошая». А у неё не только растяжка, но и целлюлит, и суставы больные. И вообще балерины в её возрасте уже на пенсию выходят.

– В наше время за деньги обучать будут. Жалко, что ли? Может, она на корпоративной вечеринке хочет «умирающего лебедя» станцевать.

– О нет! Денег я не возьму! – замахала руками цыганка. – За то, чтобы помочь тебе угробиться? Если хочешь, то пусть это будет на твоей совести.

– Значит, научишь? – обрадовалась Оксана.

– Ты просто не понимаешь, чего просишь. Да и как ты будешь это использовать?

– Да уж придумаю как. Ты же как-то используешь.

– Мне деваться некуда. И обратного пути уже нет. А ты не представляешь, с чем столкнёшься. А объяснить… Ну, как объяснить? – Зарина вздохнула и задумалась.

Оксана немного помолчала и ответила:

– У меня такое чувство, что ты предлагаешь от беременности избавиться. Типа, да зачем тебе это? И рожать-то больно, и возни-то потом с ребёнком много.

– Дело твоё, – пожала плечами Зарина. – Только если как убрать это состояние, я теоретически знаю, то, как тебя обучать, я даже не представляю.

– Значит, будем экспериментировать! Но избавляться от этого я не собираюсь!

– И всё-таки мне кажется, ты не совсем понимаешь, что получишь в результате. Ты, наверное, думаешь, что у тебя появится какая-то фантастическая интуиция, необычные способности, которые ты сможешь применять в бизнесе. Так?

Оксана пожала плечами.

– Для бизнеса у меня интуиция и так нормальная. Иногда я даже сама удивляюсь, насколько точно угадываю капризы рынка.

– Тогда чего тебе ещё нужно?

Оксана задумалась, пытаясь представить, что она будет делать с ясновидением.

– А ты как это применяешь? – спросила она. – Милиции помогаешь?

– Не только. Тебе вот, например, пытаюсь помочь. Другим людям, которые попадают в подобные ситуации. Но ты пойми, что я это вовсе не от доброты души делаю! Просто мне необходимо использовать эту силу, иначе она начнёт меня разрушать. Потому цыганки и вынуждены были скитаться по деревням в поисках тех, кому нужна помощь.

– А разве не в поисках тех, кого можно облапошить?

Зарина улыбнулась:

– Да. Одному помогли, сотню облапошили. Кто ж виноват, что среди вас тех, кому стоит помогать, всего один на сотню. А остальных сам Бог велел облапошить. Да и таких, как я, одна на сотню, а кушать хочется всем. Так что ты хорошенько подумай…

– Я не буду глушить эту энергию! – решительно заявила Оксана. – Если хочешь помочь – научи, что с этим делать. А там уж я разберусь, как её использовать.

Зарина допила кофе и начала рассматривать дно чашки.

– Ты умеешь гадать по кофейной гуще? – спросила Оксана.

– А чего тут уметь? Смотри, на что похожи разводы, и трактуй.

– У меня что-то похожее на свечу. К чему это?

Они вышли в коридор, поднялись по лестнице на последний этаж и оказались в просторном холле с огромными окнами, множеством разнообразных растений и фонтанчиком в центре. Зарина открыла стеклянную дверь и впустила Оксану в полукруглую застеклённую лоджию. В кресле, закутавшись в плед, сидела смуглая седая женщина и глядела вдаль.

– Здравствуйте, – сказала Оксана.

Бари-дай оторвалась от созерцания заснеженного горизонта и обернулась. Зарина села на подлокотник и что-то сказала по-цыгански. Старуха кивнула.

– Присаживайся. – Зарина показала на свободное кресло.

Оксана села и умоляюще посмотрела на бари-дай. Та тоже с интересом, чуть прищурившись, рассматривала Оксану.

– Даже не знаю, как вопрос сформулировать, – смутилась Оксана. – Может быть, вы знаете, что мне делать?

Старуха, не сводя с Оксаны глаз, чуть повернула голову и что-то сказала. Зарина встала, сорвала с одного из растений цветок и подала его Оксане.

– Красивый? – спросила старуха с сильным акцентом.

Оксана кивнула.

– Спрячь в кулак.

Аккуратно, чтобы не смять лепестки, Оксана прикрыла цветок пальцами. Старуха снова заговорила по-цыгански.

– Бари-дай сказала, что если он завянет, то она сможет тебе помочь, а если нет, то не сможет.

– Открой, – велела старуха.

Оксана разжала кулак и обомлела: цветок почернел и сморщился.

– Ууууу! – сочувственно покачала головой старуха.

– Но как?! – напугалась Оксана.