Когда палач придет домой - Александр Риттер

И для тебя еще вопрос,

Откуда в сердце этот страх?

Встань и беги, не глядя вспять!

Иоганн Гете. «Фауст»

Здесь нужно, чтоб душа была тверда,

Здесь страх не должен подавать совета.

Данте Алигьери. «Божественная комедия»

Мартин взял трубку телефона так быстро, словно все утро сидел и ждал, когда я ему позвоню.

– А, это ты, Бен. Ты прямо читаешь мои мысли.

Я как раз собирался тебе позвонить. Мои ребята, наблюдавшие за ее домом, сумели зацепить ее. Так что мы кое-что выяснили о ней.

– Ну, раз выяснил, рассказывай.

– Эта твоя Светлана Белова работает в ВОЗ, в отделе вирусологических исследований. Сегодня утром она вышла из дома в 8.46, прошла пешком два квартала и села на пульсар 377-го маршрута, вышла из него на остановке около здания лондонского научного центра ВОЗ, вошла в здание в 9.07 и сделала из холла два телефонных звонка. Внутри здания мои люди не смогли вести наблюдение, так как войти туда можно, только имея пропуск, однако через свои каналы я смог добыть кое-какую информацию об объекте, в частности…

«Черт, до чего же много народа вертится вокруг Светланы и задает вопросы, – мрачно подумал я. – И шансы, что эти вопросы не дойдут до ненужных ушей, быстро уменьшаются. Скоро они вообще станут равны нулю».

– …в 9.50 объект вышел в холл и сделал еще три телефонных звонка. Первые два длительностью примерно по две минуты каждый, а третий длительностью около семи минут, – продолжал отчитываться в проделанной работе Мартин.

«Так, это она разговаривала со мной, по времени совпадает. Интересно, с кем она разговаривала до того, как позвонила мне? Наверно, со своими друзьями из отдела статистики. Разговоры были короткими, значит, скорее всего, деловыми, не иначе как обо мне», – подумал я.

– …поскольку приказа на прослушивание телефонных разговоров объекта не было, то эти разговоры мы не прослушивали.

«И слава богу, а то что подумал бы Мартин, если бы узнал, что объект его слежки звонил домой человеку, по приказу которого установлена слежка, и пригласила его на вечеринку, – мелькнула у меня в голове неожиданная мысль. – Пожалуй, решил бы, что я на старости лет отправился по стопам всех старых ревнивых мужей и установил слежку за своей неверной любовницей».

– В 10.03 объект вернулся на свое рабочее место и с тех пор его не покидал. Используя свои связи, я сумел добыть досье объекта из отдела кадров ВОЗ.

– Перешли мне его по электронке, – сказал я.

– Хорошо.

– Еще что-нибудь есть?

– Нет. Вышеперечисленное – это все, что удалось добыть моим парням за сегодняшнее утро.

– Вполне достаточно. Продолжайте вести наблюдение за объектом до 18.00, а потом можешь отпустить своих парней. – Я улыбнулся, представив лицо Мартина, пытающегося переварить последнее распоряжение. – А с завтрашнего утра установите круглосуточное наблюдение за объектом с прослушиванием ее телефонных разговоров и фиксированием всех, с кем она входит в контакт.

– Понятно.

– Деньги я переведу завтра утром на твой счет. Плата, я надеюсь, по обычной таксе?

– Почти.

– Что значит почти?

– МВД вновь ужесточило наказание за незаконное прослушивание телефонных разговоров частных лиц, так что за эту услугу плата повышена на двадцать процентов. А все остальное по обычной таксе.

– Грабители, – буркнул я. – Я согласен. Только смотри, не скупись на людей, с завтрашнего дня их должно быть не менее двух. А лучше трое или даже четверо. И если они ее потеряют, пеняй на себя.

– Хорошо. До завтра, Бен.

– Пока.

Я положил трубку, закурил еще одну сигарету и задумался. Идти на вечеринку к главному свидетелю против себя я не имел права, однако я все решил еще тогда, когда отдавал приказ снять наблюдение с 18.00 со Светланы Беловой, чтобы уменьшить количество людей, которые могли бы засвидетельствовать нарушение мною правил. Хватит мне в качестве свидетелей гостей Светы. Надеюсь, их будет немного.

Телефонный звонок разорвал тишину так внезапно, что я уронил сигарету на ковер, после чего громко выругался и взял трубку. Это уже просто болезнь какая-то. Или проклятие. Никогда в жизни меня еще так не нервировали неожиданные звонки. Может, просто потому, что никогда их у меня не было столько? Или потому, что я знал, кто и зачем может мне позвонить в один прекрасный момент?