Плацдарм. Изгнание из рая - Максим Кораблев

Что-то коснулось руки Ника.

Он инстинктивно дернулся, обернулся…

О небо! Прямо на него уставились два немигающих золотистых глаза, хорошо различимых в отсветах оставленного позади пожара. Локи!

Дракончик тяжело дышал, видимо, несся по болоту на огромной скорости.

Ник сел, погладил голову дракончика, стараясь успокоить его.

– Эллор, можно не бежать! – выкрикнул Ник, и словно бы в ответ на его голос над путниками послышался сердитый клекот. Птицы готовы были разорвать любого, кто посмел напасть на не-летающего и его друзей. Но их помощь уже не требовалась: останки чудовища уже догорали вдалеке.

– Так ты убежал, чтобы их позвать? – склонился юноша к дракончику.

И получил ответ.

…Локи с самого начала понял – здесь что-то не то. Но что именно – он не знал, таких существ никогда не видел. Он знал только одно – тот, кто вышел навстречу Эллору и Нику, был не-человек. Но кто он и каковы его намерения, дракончик не знал. Мысли существа нельзя было прочесть – похоже, их не было вовсе.

И Локи предпочел сделать так, чтобы люди на время забыли о его существовании, а сам бросился туда, где должны были находиться урунгхи. Хорошо, что мысленная речь распространяется далеко, и его услышали… и не успели.

Кажется, дракончик был очень недоволен собой и восторгов Ника по поводу собственного подвига не разделял. Но, едва успев отдышаться, Локи приступил к расспросам – а что же случилось?

Ник и сам хотел бы знать, что.

Но сперва надо было успокоить урунгхов.

Только через полчаса маленький отряд – теперь впереди гордо шествовали Рона и Локи – осторожно тронулся в путь, постепенно отдаляясь от навевающего жуть места. Впрочем, ушли они не слишком далеко: Эллор, Ник, да и четвероногие, устали настолько, что вскоре потребовалось сделать привал. Да и ходить ночью неподалеку от «Гримпенской трясины» было не слишком приятным занятием.

Они расположились под первым же раскидистым деревом. Что же до урунгхов, то теперь, похоже, они решили глаз не сводить со своих подопечных и устроились на вершине того же дерева – во всяком случае, хотя птиц и не было видно, Ник прекрасно ощущал их присутствие.

Густая листва более или менее укрывала от дождя, и можно было попробовать немного вздремнуть, но спать ни Эллору, ни Нику не хотелось – слишком недавно они чудом избежали гибели.

– А как ты понял, что старик – не то, чем кажется? – полюбопытствовал Ник.

– Элементарно, Ватсон, – Эллор произнес это бодро, но в голосе послышалась усталость. – Во-первых, зажигалка. Он просчитался – пять лет храниться она бы не могла. А если оно так – прикидывай все остальное.

– А что именно?

– А то – образ зажигалки он вытащил из наших мозгов, притом, скорее всего, из моих. А сама внешность… Ну как еще можно было его представить? Дедушка… настоечку свою пьет… охотится здесь… совершенно безобидный… Ну, тут я вспомнил песенку «Короля и шута». А он возьми да и прореагируй. Мысли прочел, не иначе.

– Да он же вроде не понял? – удивился Ник.

– Ну-ну, не понял он… Он и облик-то свой из наших же мозгов вытащил. Жаль, ты только с дружественными зверями можешь разговаривать – да и то, урунгхи – никакие не животные, и он, – Эллор кивнул в сторону Локи, – тоже. Очень не понравилось «старичку» то, что я вспомнил. Очень, – повторил менестрель.

– И он ничему не удивлялся, – проговорил Ник.

– С чего бы ему удивляться, он ведь, поди, не особенно и осознавал, что мы какие-то там разумные существа. Просто охотился на дичь – и все. Хотя… Погоди-ка, Ник, я, кажись, не прав. Он ведь расспрашивал нас больше про Эльсинор: как вы там устроились, да как живете, да много ли вас… Н-да, похоже, тварь отлично все понимала. И если бы мы ее не прикончили…