Метро 2035. Стальной остров - Шамиль Алтамиров

– Что?

– Ну… это. Ты не некрасивая. То есть. Ты красивая. Вот, – Макар чувствовал, как раскаленный свинец заливает уши и обжигает щеки.

– Правда?.. – недоверчиво спросила Аня.

В потускневших глазах заблестели огоньки интереса.

– Правда. Точно. Подумаешь, шрам! – с каждым словом смелел Макар. – И вообще, у других такого нет. А у тебя – есть! Ты особенная. Да… А еще, я хотел поймать для тебя лемминга! Ты же хотела зверюшку?

– Да!

– Но он злобный оказался, руку мне прокусил!

Аня испуганно всплеснула руками.

– Ну, не руку. Перчатку. Но он рычал и шипел! И вообще, они болезни разносят. Пришлось отпустить.

Затем он, сыпанув как следует выдумки, стал рассказывать про горящий ветрогенератор и про то, как спасал Семецкого. Макар больше не ощущал себя загнанным в угол подростком, он считал себя почти взрослым, пусть не снаружи, но в душе, в мыслях.

А Васильев, стоя за дверью, подслушивал басни Макара:

– Ну, молодежь… – улыбаясь каким-то своим мыслям, фээсбэшник направился вглубь коридоров.

Буря свирепствовала уже третий день подряд. Семецкий пришел в себя, постоянно плакал и божился, что ветрогенератор был им проверен, что возможно неисправность таилась в механизме, изменявшем наклон лопастей при превышении оборотов, и поэтому ветряк пошел в разнос. А может, попросту замкнула обмотка самого генератора. Нервное состояние Юрия грозило осложнениями, так что Ашот держал его на успокоительных.

Макар ходил кругами по станции, не находя себе места. С Анной они уже переиграли во все, что только можно, от пряток до салочек. Постоянно отжиматься и подтягиваться он уже устал. Попросил у Ивана Сергеевича книгу про местных животных. Урок с леммингом не прошел даром: вдруг, погладив какого зверька, он подцепит и главное притащит на станцию заразу?! Он читал, выписывал непонятные слова в тетрадку, а потом донимал расспросами Ивана Сергеевича или Машу.

С Васильевым проходили курс разборки, чистки, ремонта и сборки всего, что на станции могло стрелять. С Ашотом Ервандовичем учились оказывать первую помощь: накладывать тугие повязки, жгуты, шины и делать трахеотомию – выпотрошенный, хоть и подтухший медведь для этого вполне сгодился. Вынужденная неподвижность, безделье и не возможность выполнять ставшие привычными дела – все это сильно угнетало.

Вечером собрались за столом, пили чай и закусывали поджаренными сухарями. Тема для разговоров последние дни была одна – бушевавший шторм. Жанна отсутствовала, она занималась ребенком, и куда-то запропастился Васильев. Фээсбэшник появился чуть позже, неся в руках толстый журнал. Все эти дни он ходил мрачный и на все вопросы отвечал короткими фразами, будто о чем-то напряженно раздумывая.

– Товарищи… – все замолчали, уставившись на Васильева. – Я еще раз проверил радиоэфир, ведь возмущения в ионосфере в конце концов должны были закончиться. М-да. Обзвонил все номера из справочника специальной спутниковой связи, все двести.

Сидящие за столом переглянулись. Только Макар не до конца понял, в чем собственно дело, уловив лишь главную мысль – все плохо.

– В общем, тишина. Теперь о конкретике. Как вы все знаете, мы остались без одного ветряка. Энергии солнца и ветряков нам едва хватало на обогрев, они нужны были как вспомогательные, чтобы сэкономить солярку. Но скоро полярная ночь и холода. На ветрогенераторы надежды нет, если они станут гореть от любого чиха, то…

– Василий, – подал голос Ашот, сидевший вполоборота к Васильеву с сухарем в руке. – Мне кажется, ты тянешь резину и хочешь нам что-то сказать.

Васильев дернул щекой, пробуравив взглядом врача, но ответил спокойно:

– …Ты прав. Я вскрыл сейфы с печатями «совершенно секретно» в военной части Треугольника. В обычное время за такое могли и к стенке поставить, – махнув рукой он добавил: – Да чего я! Не о том говорю. На северо-западной стороне острова находится законсервированный со времен Союза военный аэродром войск стратегического назначения. Чего они здесь забыли – не знаю. Факт, что их имущество не вывезли полностью. Здесь, – он потряс в воздухе пыльной тетрадью, – есть записи о ПАЭС, то есть передвижной атомной электростанции. В нашей ситуации такая ядерная батарейка была бы в подспорье.

– Ты точно уверен? – поинтересовался Иван Сергеевич близоруко глядя сквозь очки.

– Наверняка. По плану ВПП и прилегающих строений, местная энергостанция слишком, я бы сказал – непозволительно большая для простого, или даже не очень простого, дизель-генератора – это раз. Есть куча вымаранной сопроводиловки для хранения, обслуживания и консервации ПАЭС – это два.

– На моей памяти таких проектов было несколько, – подал голос Иван Сергеевич. – От плавучей АЭС «Север», до двух вариантов на гусеницах «ТЭС3», «ТЭС10». На колесной базе МАЗа, Памир «630Д»…

Он снял очки и принялся натирать линзы.

– Какая там – не знаю. Полагаю, что, даже если эта установка на половину выдохлась, то половины от полутора мегаватт нам хватит за глаза, и еще пингвинам продавать сможем. Продержимся не один десяток лет. А там гляди…

– Нужна экспедиция, – предложил врач.

– Верно, – подтвердил Васильев. – Выбора у нас нет и вариантов не много. Дождемся заморозков, а когда встанет лед, загрузим вездеход и волокушу топливом, провизией, и по скользкой дорожке в путь.

– А справимся? – скептически потер заросший щетиной подбородок Ашот. – Атомщиков среди нас нет, нужна квалификация.

– Семецкий у нас на что? – возразил Васильев. – Да и сами не дураки. Плюс документация. Эти станции строили с расчетом, конечно, на квалифицированный персонал, но все же для эксплуатации в отдаленных районах крайнего Севера. Наверняка там тройной запас прочности и простоты.

В помещение влетела растрепанная и напуганная Жанна:

– Там… там хранилище припасов вскрыто!