Техническое задание - Сергей Плотников

– Ирис, активный шаблон? – я оторвался от планшета и посмотрел на… да уж. Ну пусть будет – подопечную.

– Что, прости? – андроид удивлённо распахнула глаза, губы чуть приоткрылись – программа довольно достоверно изобразила эмоцию «лёгкое удивление». Я хмыкнул и кривовато улыбнулся – работает. Это дополнение стоило мне и Маркулову седых волос, фигурально выражаясь. Робот, который не должен на людях отвечать как робот, но при этом должен обрабатывать голосовую информацию и адекватно реагировать… Так, где там Тархан? Всё ещё снаружи. Отлично.

– Отмена статуса «Мимикрия».

– Статус поведения «социальная мимикрия» снят. – Лицо Ирис перестало отражать какие-либо эмоции, пропала моторика тела, кроме имитации дыхания^[40]: вроде бы ничего явно не поменялось, но при взгляде на собеседницу сразу стал ощущаться неуловимый дискомфорт. Действует, даже если знаешь, в чём дело: та самая легендарная «зловещая долина» Масахиро в действии^[41]. А вот голос, хоть и утратил интонации, не поменялся.

– Ирис, активный шаблон? – я контролировал реакцию «цветка» по планшету. Похоже, мне всё время «прогулки» придётся таскать компьютер в руке.

– Активен шаблон действий «иммобилизация».

– Смена шаблона: «сопровождение».

– Подтверждаю: активирован шаблон действий «сопровождение». Объект сопровождения: Егор Далеев, – Ирис плавно и текуче встала.

Собственно, задача делать шаблон сопровождения для андроида ни из исходного, ни из расширенного технического задания никак не проистекала – это было чисто моё и Маркулова «творчество», наспех разработанное после того, как появился приказ об итоговой обкатке прототипов. Разумеется, обоснование было немедленно придумано: охрана и защита «фурии» во время наземной транспортировки или охрана уже дроном некоего движущегося или неподвижного объекта. Реальной же причиной введения нового режима, как можно догадаться, было желание буквально не отпускать робота от себя во время «прогулок».

– Активировать статус «мимикрия».

– Хорошо. – Я с облегчением перевел дух: Ирис «ожила». – Мы вместе здорово проведём время!

– Ну ещё бы, – я не выдержал и фыркнул.

«Наследство» моей первой версии, «дополненной» БИУС, самообучающийся алгоритм для поиска информации и поддержания разговора, прекрасно справлялся со своей задачей – не повторялся, более-менее адекватно попадал в интервал допустимых ответов и периодически радовал меня и окружающих новыми «перлами». Настолько радовал, что без соцмимикрии голосовую часть пришлось принудительно ограничить перечнем формализованных ответов. Потому что если дрон-вертолёт, сообщающий вместо «Данных для составления боевой задачи недостаточно. Продолжить выполнение задания?», что-то вроде «мне точно стоит лететь туда, не знаю куда и искать то, не знаю что?», операторов, может, только позабавит, то от андроида будут отпрыгивать, как от заговорившей могильной плиты. Собственно, иллюстрацию на эту тему я вживую увидел как раз за две недели до первой «прогулки» по Ундерхаану.

Думаю, хоть мои коллеги своё отношение особо и не демонстрировали, от сотрудника службы собственной безопасности, который с нами «работал» до переезда в Монголию, не самые приятные воспоминания остались у всех, а не только у меня. Хотя до меня он докапывался особо – шпак, да ещё и сопливый двенадцатилетка с совершенно непонятным «гонором». Видно, Абишев с самого начала приказал что-то вроде «действовать, несмотря на возраст» – вот он и действовал. Ну, что поделать – вот такая собачья работа у мужика: сказали научить ребёнка соблюдать базовые процедуры безопасности – умри, но заставь. Нужно ли говорить, что плохо в итоге было и мне, и ему? С другой стороны – как и упоминал ранее, запомнил я все его «наставления» очень даже хорошо… Сейчас мне это особенно легко признать.

Ирис в тот день мы в очередной раз сняли со стенда и, активировав «мимикрию», по очереди «общали» – проверяли алгоритмы поведения на себе: как реагирует, если обращаются сразу два человека, что говорит, когда вопрос задан не конкретный, а об абстрактных понятиях – ну и прочее. Точнее, тестить «цветок» начали с утра, а я присоединился уже после школы, когда остальные порядком устали. Настроение было хорошим: на улице безоблачно, в кои-то веки тёплое, после морозных зимних дней, солнце (шайтанов резко континентальный климат иногда особенно напрягал) – в общем, весна уже чувствуется, а не просто является календарным фактом, и отчаянно хочется выкинуть что-нибудь… такое-этакое. Я, правда, сначала ограничился тем, что заставил подопечную надеть лабораторный халат и по-быстрому отпечатал бейдж: