Марсианские хроники - Рэй Брэдбери

— Разве старое не знает всегда о появлении нового?

— Пожалуй. Можно подумать, что вы верите в духов.

— Я верю в вещи, сделанные трудом, а все вокругпоказывает, сколько здесь сделано. Здесь есть улицы, и дома, и книги, наверно,есть, и широкие каналы, башни с часами, стойла — ну, пусть не для лошадей, новсе-таки для каких-то домашних животных, скажем, даже с двенадцатью ногами,почем мы можем знать? Куда ни глянешь, всюду вещи и сооружения, которымипользовались. К ним прикасались, их употребляли много столетий. Спросите меня,верю ли я в душу вещей, вложенную в них теми, кто ими пользовался, — яскажу да. А они здесь, вокруг нас, — вещи, у которых было свое назначение.Горы, у которых были свои имена. Пользуясь этими вещами, мы всегда, неизбежнобудем чувствовать себя неловко. И названия гор будут звучать для нас как-то нетак — мы их окрестим, а старые-то названия никуда не делись, существуют где-тово времени, для кого-то здешние горы, представления о них были связаны именно стеми названиями. Названия, которые мы дадим каналам, городам, вершинам,скатятся с них как с гуся вода. Мы можем сколько угодно соприкасаться с Марсом— настоящего общения никогда не будет. В конце концов это доведет нас добешенства и знаете, что мы сделаем с Марсом? Мы его распотрошим, снимем с негошкуру и перекроим ее по своему вкусу.

— Мы не разрушим Марс, — сказал капитан. — Онслишком велик и великолепен.

— Вы уверены? У нас, землян, есть дар разрушать великоеи прекрасное. Если мы не открыли сосисочную в Египте среди развалин Карнакскогохрама, то лишь потому, что они лежат на отшибе и там не развернешь коммерции.Но Египет всего лишь клочок нашей планеты. А здесь — здесь все древность, всенепохожее, и мы где-нибудь тут обоснуемся и начнем опоганивать этот мир. Вотэтот канал назовем в честь Рокфеллера, эту гору назовем горой короля Георга, иморе будет морем Дюпона, там вон будут города Рузвельт, Линкольн и Кулидж, ноэто все будет неправильно, потому что у каждого места уже есть свое, собственноеимя.

— Это уж ваше дело, археологов, раскапывать старыеназвания, а мы что ж, мы согласны ими пользоваться.

— Кучка людей вроде нас — против всех дельцов итрестов? — Спендер поглядел на отливающие металлом горы. — Они знают,что мы сегодня появились здесь, будем пакостить им; они должны нас ненавидеть.

Капитан покачал головой.

— Здесь нет ненависти. — Он прислушался кветру. — Судя по их городам, это были добрые, красивые, мудрые люди. Онипринимали свою судьбу как должное. Очевидно, смирились с тем, что им вымирать,и не затеяли с отчаяния никакой опустошительной войны напоследок, не сталиуничтожать своих городов. Все города, которые мы до сих пор видели, сохранилисьв полной неприкосновенности. Сдается мне, мы им мешаем не больше, чем помешалибы дети, играющие на газоне, — велик ли спрос с ребенка? И кто знает, бытьможет, в конечном счете все это изменит нас к лучшему. Вы обратили внимание,Спендер, на необычно тихое поведение наших людей, пока Биггс не навязал им этовеселье? Как смирно, даже робко они держались! Еще бы, лицом к лицу со всемэтим сразу сообразишь, что мы не так уж сильны. Мы просто дети в короткихштанишках, шумные и непоседливые дети, которые носятся со своими ракетными иатомными игрушками. Но ведь когда-нибудь Земля станет такой, каков Марс теперь.Так что Марс нас отрезвит. Наглядное пособие по истории цивилизации. Полезныйурок. А теперь — выше голову! Пойдем играть в веселье. Да, штраф остается всиле.

Но веселье не ладилось. С мертвого моря упорно дул ветер. Онвился вокруг космонавтов, вокруг капитана и Джеффа Спендера, когда те шлиобратно к остальным. Ветер ворошил пыль и обтекал сверкающую ракету, теребилаккордеон, и пыль покрыла исцелованную губную гармонику Она засоряла им глаза,и от ветра в воздухе звучала высокая певучая нота. Вдруг он стих, так женеожиданно, как начался.

Но и веселье тоже стихло.

Люди застыли неподвижно под равнодушным черным небом.

— А ну, ребята, давай! — Биггс, в чистой сухойодежде, выскочил из ракеты, стараясь не глядеть на Спендера. Звук его голосапогас, будто в пустом зале. Будто никого вокруг нет — Давайте все сюда!

Никто не тронулся с места.

— Эй, Уайти, что же твоя гармоника?

Уайти выдул какую-то трель. Она прозвучала фальшиво инелепо. Уайти вытряхнул из инструмента влагу и убрал его в карман.

— Вы что, на поминках, что ли? — не унималсяБиггс.

Кто-то сжал в объятиях аккордеон. Он издал звук, похожий напредсмертный стон животного. И все.

— Ладно, тогда мы с бутылочкой повеселимсявдвоем. — Биггс уселся, прислонившись к ракете, и поднес ко рту карманнуюфляжку.

Спендер не сводил с него глаз. Долго стоял неподвижно. Потомего пальцы тихонько, медленно поползли вверх по дрожащему бедру, нащупалипистолет и стали поглаживать кожаную кобуру.

— Кто хочет, может пойти со мной в город, —объявил капитан. — Поставим охрану у ракеты и захватим с собой оружие — навсякий случай.

Желающие построились и рассчитались по порядку. Их оказалосьчетырнадцать, включая Биггса, который стал в строй, гогоча и размахиваябутылкой. Шесть человек решили остаться.

— Ну, потопали! — заорал Биггс.

Отряд молча зашагал по долине, залитой лунным светом. Онипришли на окраину дремлющего мертвого города, озаренного светом двух догоняющихдруг друга лун. Тени, протянувшиеся от их ног, были двойными. Несколько минуткосмонавты стояли, затаив дыхание. Ждали: вот сейчас что-нибудь шевельнется вэтом безжизненном городе, возникнет какой-нибудь туманный силуэт, промчитсягалопом по бесплодному морскому дну этакий призрак седой старины верхом назакованном в латы древнем коне немыслимых кровей с невиданной родословной.

Воображение Спендера оживляло пустынные городские улицы.Голубыми светящимися призраками шли люди по проспектам, замощенным камнем,слышалось невнятное бормотание, странные животные стремительно бежали посеровато-красному песку. В каждом окне кто-то стоял и, перегнувшись черезподоконник, медленно поводил руками, точно утонувший в водах вечности, махаякаким-то силуэтам, движущимся в бездонном пространстве у подножия посеребренныхлуной башен. Внутренний слух улавливал музыку, — и Спендер попыталсяпредставить себе, как могут выглядеть инструменты, которые так звучат… Городбыл полон видениями.

— Э-гей! — крикнул Биггс, выпрямившись и сложивладони рупором. — Эй, кто тут есть в городе, отзовись!

— Биггс! — сказал капитан.

Биггс умолк.

Они ступили на улицу, вымощенную плитами. Теперь ониговорили только шепотом, потому что у них было такое чувство, будто они вошли вогромный читальный зал под открытым небом или в усыпальницу, где только ветерда яркие звезды над головой. Капитан заговорил вполголоса. Ему хотелось знать,куда девались жители города, что за люди они были, какие короли ими правили,отчего они умерли. Он тихо вопрошал: как сумели они построить такой долговечныйгород? Побывали ли они на Земле? Не они ли десятки тысяч лет назад положилиначало роду землян? Так же ли любили они и ненавидели, как мы? И были ли ихбезрассудства такими же, когда они совершали их?