Черная война - Александр Конторович

– Благодарю. Распорядитесь, пожалуйста, чтобы меня проводили к моим людям.

В-в-ж-ж! Бум!

Над головой просвистела какая-то железяка и звучно долбанула в стену сарая.

Все инстинктивно втянули головы в плечи.

– Докладывайте, капитан. – Я продолжал рассматривать горящую станцию.

– Итак, товарищ подполковник, мы установили следующее. Эшелон с боеприпасами практически уничтожен, на путях горят и взрываются последние его вагоны.

– Склады?

– Обваловку почти закончили, сейчас засыпают землей крышу. Фикция, конечно, от снаряда не спасет…

– Зато со стороны выглядит неплохо.

– На путях обнаружено две платформы с техникой. Один средний танк и бронеавтомобиль. Наш, советский, «БА-10».

– Боезапас?

– В танке снаряды есть, почти полный БК. В бронеавтомобиле только патроны к пулемету. Обе платформы отцеплены и отогнаны в сторону выходной стрелки.

– Значит, так, капитан. Подобрать шпалы или бревна, тут их много. Положить поверх техники. Найти жесть, железо, что угодно и уложить эти листы поверх бревен. Набросать на железо тряпье, обломки досок. Понятно?

– Так точно.

– Вон там я видел грузовик разбитый. Пробить ему картер и слить масло. Полить им эти тряпки и доски.

– Будет исполнено, товарищ подполковник.

– Козицин, что у вас с артиллеристами?

– Почти взвод, товарищ подполковник.

– По три человека в танк – и в бронеавтомобиль. Люки закрыть, признаков жизни не подавать. Вытолкнуть платформы с техникой к мосту. Тряпье и доски поджечь, пусть немцы думают, что техника горит. Бойцы у моста проинструктированы?

– Так точно, проинструктированы, задачу знают.

– Капитан, что на складе? Что-то полезное для нас есть?

– В основном, товарищ подполковник, снаряды для пушек. Калибр семьдесят пять и восемьдесят восемь миллиметров. Есть немного патронов. К немецким винтовкам. Взрывчатка есть. Гранат двадцать ящиков.

– Гранаты раздать бойцам, взрывчатку тоже. Саперами у нас кто командует?

– Я, товарищ подполковник, лейтенант Якименко, – приподнялся сбоку щуплый русоволосый парень.

– Пригнитесь, лейтенант, нечего маячить тут. Мешки уложили?

Еще войдя на территорию станции, я приказал капитану организовать постройку из мешков с песком колодцев. Делались они просто – два мешка клали один на другой и из них таким образом строили квадрат. Снаружи клали еще одну стенку из мешков. Получался своего рода колодец из мешков с песком. Мялов тогда удивился, но промолчал.

– Так точно, товарищ подполковник, уложили.

– Сколько у вас вышло колодцев?

– Четырнадцать.

– Взять со склада снаряды и по одному уложить в каждый колодец. С интервалом в пять-десять минут по одному подрывать. Мешки и осколки задержат и пылищу поднимут – дай боже! Пусть у немцев складывается впечатление, что разлет снарядов еще продолжается. Только аккуратнее снаряды таскать! А то немцы не дураки, увидят это и заподозрят что-нибудь. Мялов!

– Я!

– Начинайте разваливать штабеля с горящим лесом. Воды не жалейте, пусть немцы видят наше старание. Козицин, с трофеями у нас что?

– Один пулемет и шесть винтовок. Зато патронов много, на складе взяли и в казарме было. У платформы зенитка опрокинутая, ставим ее на место. Но прицел разбит, можно только по стволу наводить.

– Хреновато. Мялов, что у вас?

– Из разбитого бронетранспортера взят один пулемет. При этом погибло трое бойцов. Один пистолет. Нашли немцев погибших, их, видимо, взрывом прихлопнуло. Взяли у них три винтовки с патронами.

– М-м-да… невесело. Что у нас у моста?

– С той стороны моста установлено два пулемета. В окопах сидит до взвода пехоты.

– Так. Это и будет ваш арсенал. По сигналу переталкиваете платформы с техникой через мост. Экипажам, как только они окажутся на той стороне, открыть артиллерийский и пулеметный огонь по пехоте и пулеметчикам. Сколько у нас народу у моста?

– Тридцать человек.

– Добавьте еще столько же. Их задача, под прикрытием огня техники, атаковать окопы и взять оружие. Взять со склада максимально возможное количество патронов. Гранаты используйте. Взрывпакеты изготовить надо. Посмотрите на складе, там могут быть и средства взрывания. Проверьте на путях, если еще какой вагон уцелел, – к мосту его! Бойцов посадить внутрь, пусть это будет сюрприз для немцев. Козицин, зенитку, под прикрытием дыма, перетащить вон туда, – я указал ему позицию. – Когда на прорыв пойдем, они немцев должны отсечь, чтобы за нами не погнались. Снарядов им побольше натаскайте. Расчету скажите – остаются прикрывать нас. Бойцы должны понимать, на что идут. Гранат им дайте.

Так, вроде бы все. Мы тут уже полтора часа возимся. Ад кромешный, но выжить пока нам удается. Осмотревшись с немецкого наблюдательного пункта, я понял – уходить надо через мост. Только таким образом мы могли оторваться от техники. Ближайший шоссейный мост был подорван, видимо, уже давно. Сейчас его как раз чинили, были видны следы ремонта. А поблизости больше мостов не было. Во всяком случае, я их не видел и ничего о них не знал. Если танк уцелеет, то никакой бронетранспортер к переправе и не сунется даже. Хоть в танке и ублюдочная короткоствольная пушка, но бронетранспортеру и этого – за глаза. Против семидесяти пяти миллиметров никакая броня его не спасет. Сгрузить технику с платформы в чистом поле мы не сумеем, так что будем использовать как неподвижные огневые точки. Так… что-то еще…

– Товарищ Сомов!

– Я, товарищ подполковник!

– Доложите о потерях.

– Погибших около восьмидесяти человек. Большая часть погибла, когда вагоны взорвались. Сразу человек сорок… Там сначала один рванул, потом еще… Раненых около пятидесяти человек.

– Организовать вынос раненых вон туда, к немцам поближе. Там ложбина, случайно не прилетит. Да и делать нам нечего. С собой мы их не заберем, самим бы прорваться.

– Ефрейтор Хашке, слушаю вас!

– Это унтерштурмфюрер Майнике.

– Хайль Гитлер, герр унтерштурмфюрер!

– Хайль Гитлер, ефрейтор. Мне нужен ваш командир.

– Осмелюсь доложить, герр унтерштурмфюрер, он отбыл!

– И как скоро вернется назад?

– Не могу знать, герр унтерштурмфюрер!

– Вот что, ефрейтор, там у вас в списках проходил какой-то пленный русский… Из штрафников. Мое начальство хотело бы с ним побеседовать…

– Навряд ли это получится, герр унтерштурмфюрер. Все пленные убыли на станцию Веденеево, тушить пожар! Господин лейтенант возглавил это мероприятие.