Ангел иллюзий - Михаил Максимов

Ну а чего мне оставалось? Только врать как сивый мерин и стараться хоть как-то увязывать слова в логичное кружево возможной правды. К тому же время играло на меня, по крайней мере, ноги я уже начинал чувствовать.

Да и глаза видели всё лучше и лучше, сумев рассмотреть, как с острова в болотную жижу скользнуло несколько теней, нырнуло в глубину и вроде как беззвучно заскользило в нашу сторону. Этот факт заставил извилины в моей голове шевелиться словно змеи в муравейнике.

И я стал хвастаться:

– У меня этих камешков много! Только я теперь их и не подумаю никому дарить. Только за денежки буду отдавать.

Мои похитители многозначительно переглядывались между собой. Скорей всего, и очередную команду от своего начальника получили жестом. Потому что отпустили мои руки, но всё так же жёстко держа за пояс брюк и за шиворот, стали тщательно обыскивать. А я чуть не закричал от страшной боли, пронзившей мою правую руку, когда та упала вниз и, как измочаленная верёвка, ударилась о тело.

Тогда как прыщ заговорил ласковым голосом:

– Глупости ты говоришь, парень. За шегге никто денег давать тебе не станет…

– Ещё как станет! – заверил я, чувствуя, что вот-вот отыщут мои неправомочно заработанные сокровища. – Мне один дядька с мечом сразу четыре бумажки отдал всего за два камешка с ноготь величиной! Эй!.. Не трогай мои деньги! – это я так показательно возмущался начавшемуся ограблению. – Немедленно положи их обратно в карман!

Телохранитель и не подумал реагировать на мои призывы, протянув четыре банкноты в руки фикси. Тот достал нечто в виде небольшого фонарика и осветил трофей. Всё-таки темнота наступала стремительно. Что он там рассмотрел, стало понятно после его озадаченного хмыканья:

– Хм! А ведь как раз сегодня всем статистам выдали по сорок долей. Кто же это из них такой шустрый оказался?… Наверное, он и привёз этого лопуха в город?…

Меня резко встряхнули за шиворот, уточняя:

– Как зовут этого дядьку с мечом?

– Не знаю точно… Но он утверждал, что все его зовут Добряк. И обещал мне свой меч подарить, если я ему ещё два шегге продам за сорок долей.

– Вот так прямо и подарить? – сомнение так и сочилось в голосе прыща. – Этот дядька, наверное, и в гостиницу пошёл, чтобы меч тебе вынести?

– Не знаю, куда он пошёл. Вроде как домой к себе, – нельзя было и намёком наводить на личность Братася Шаловича. – Сказал ждать на улице. А тут… – словно на меня вновь нахлынуло негодование, я искренне возмутился, – ты стал к девушке нагло приставать! А она такая божественная, дивная! И имя у неё замечательное: Найкисса! Нельзя так делать. И пугать нельзя женщин, они потом рожать не смогут.

Короче, нёс пургу, какая только в голову взбредёт. Не знаю, как кто, но я бы ни одному слову своему не поверил. Зато время шло на пользу, я старался незаметно сжимать и разжимать кулак правой руки. Хоть и хотелось при этом орать от боли. Однозначно напавший на меня урод мне порвал там какие-то мышцы. Или растянул как минимум.

Похоже, и фикси мне не особо верил:

– И много ты камешков шегге нашёл на своём острове?

– Не скажу! Мне Добряк приказал на эту тему молчать. Никому ни слова не говорить. Обещал за это сделать меня самым богатым в нашей деревне!

– Да? Как щедро… Тогда тебе и эта мелочь не нужна?

И перед носом у меня помахали четырьмя местными банкнотами по десять долей каждая. Это меня как бы взбодрило, и я выкрикнул с отчаянием:

– Отдай! Это мои деньги! – при этом рьяно имитировал попытки вырваться, семеня ногами на месте и, словно убогий на паперти, протягивая левую руку вперёд. – Так нельзя делать! Так нечестно!

Скорей всего, переиграл в своём желании выглядеть недоумком. Да и фикси, хоть и выглядел молодо, наверняка навидался разных талантливых артистов, коим я и в подмётки не гожусь. Потому что коротко хохотнул и стал делать выводы:

– Свистит этот лягушонок, как самая дешёвая баядера! – «Неужели здесь известны индийские танцовщицы?» – пронеслась неуместная мысль. – Так что прекращай врать, а лучше сразу признавайся, где найденные камешки откопал?

– Не скажу! – упорствовал я. – Потому что вы обманете и дадите меньше долей, чем полагается! А Добряк мне много дал!

Оба мордоворота зафыркали смехом, из чего я сделал справедливый вывод, что шегге стоят ну очень, очень дорого. Но ещё чего-нибудь убедительного придумать не смог. Прозвучало трагическое:

– Хватит слушать его бредни! Бросайте его вниз. Пусть освежится.

Хорошо хоть телохранители оказались чуточку тупей своего господина:

– Вожарин! А вдруг там и в самом деле есть такой остров?

– Ну и что? – отмахнулся его шеф и стал на удивление логично рассуждать:

– Сколько в том Змеином лесу озёр? Одно, ну два. Максимум три. Будем там в следующий раз – прогуляемся и глянем. Если только остров на месте, значит, чмо не соврало.

– Так это… Он бы и показал, а?…

– Без него справимся.

– Так он ведь накопал уже? И перепрятал?

– И что? Если будет хоть малейшее подтверждение находок, мы там всё перероем! Тем более что, зная место, можно нанять укротителя пласси, тогда даже дорогой поиск окупится сторицей.

– Пласси?… Дорого! А что с теми двумя шегге, что этот крестьянин уже продал какому-то Добряку? – никак не унимались громилы.

– Ха! С этим проще всего! – рассмеялся насильник невинных девушек. – Завтра же утром на студии будет не протолкнуться от стражи и дознавателей. Ещё с вечера сделаю заявление, что у меня кто-то из статистов украл два шегге величиной с ноготь. И как бы тот гнилой Добряк ни оправдывался, справедливость восторжествует.

– О-о! Здорово и складно придумано! – и рука, держащая меня за ворот, стала приподниматься вверх.

Ещё и руководитель всей этой творящейся мерзости продекламировал:

– Лети на корм, кусочек мяса!

Мне очень помогло, что второй громила, держащий меня за пояс, не приподнял меня, а попытался поймать вначале левую руку. Уж не знаю, что он там хотел сделать, но вот с его стороны грозила наибольшая опасность.

Так что я вначале просто резко присел, вскидывая руки вверх, выскальзывая при этом из куртки и становясь наполовину свободным. Тут же крутнулся, протискиваясь под мышкой наиболее опасного противника, тем самым выворачивая ему кисть, уцепившуюся за ремень моих брюк. Получилось не просто хорошо, а великолепно. Враг разжал пальцы, непроизвольно шагнул к краю помоста, и мне только и оставалось, что резко толкнуть его бедром. Я и толкнул. После чего туша первого противника полетела вниз, в болотную жижу.

Тогда как моё тело, следуя инерции вращения, заскочило за спину второго громилы. И тут вот ноги всё-таки подвели, почти прогнулись, опуская меня практически на колени. Как и правая рука ничего не смогла сделать, только повторить недавний ход моих врагов: уцепиться за пояс брюк телохранителя. Как действовать из такого неудобного положения? Бодать головой громилу в зад? Вряд ли бы получилось…