Кали-юга как она есть - Денис Полищук

Арджуна вышел на улицу. На нём был надет спортивный костюм. Было уже темно и низкие фонари, выставленные вдоль ведущих к разным строениям тропинок, освещали их небольшой лагерь. Вдалеке раздавались звуки грома, но дождя не было. На центральной площади ещё игрались дети, а из трактира деда Курмы доносилось пение разношёрстных мужских голосов, сопровождаемое игрой на музыкальных инструментах. На стене у самых ворот, вокруг которых кипела активная работа, как и всегда полубоком сидел Магомед. Он периодически посматривал в сторону лагеря, отрывая свой взор от уже наскучившей картины за его пределами. Увидав Арджуну, он привстал и с улыбкой помахал рукой. Арджуна кивнул в ответ и пошёл в противоположную сторону.

Дом Джаладута находился в самом конце и был немного отдалён от других построек. Отличался он также тем, что на втором этаже у него был большой открытый балкон, где Джаладут часто сидел и жёг костёр. Приближаясь к нему, Арджуна уже увидел там сидящую напротив огня могучую фигуру своего друга, как всегда держащего в руке кружку с чаем из которой шёл густой пар.

Арджуна открыл входную деревянную дверь и сразу прошёл наверх. Особым уютом это жилище не выделялось, но каждый мальчуган в их общине больше всего любил заходить сюда в гости. Причиной этому было то, что у Джаладута хранилась огромная коллекция всевозможного оружия, доспехов, а так же чучел и шкур разных тварей, с которыми ему приходилось иметь дело. Например, на стене над камином висело чучело огромного пса-цербера. Джаладут столкнулся с ним, когда выбирался из зоны тьмы. А в углу прихожей на манекене располагались самурайские доспехи. Но это была не обычная защита, которую надевал воинственный класс Японской империи в далёком прошлом, она была оснащена современными приспособлениями, соответствующими нынешним условиям ведения боя. Джаладут иногда их надевал и показывал ребятам, как всё работает. Доспехи начинали подсвечиваться, выдавать электроимпульсы, способные отбросить противника на пять метров в сторону, могли выстреливать шипами и делать прочие необходимые в сражении вещи. Также хозяин дома сам любил рассказывать истории о своих военных походах и приключениях, которые было очень интересно слушать. Поэтому он был для всех ребят героем и авторитетом. Каждый хотел быть таким же сильным и смелым, как он.

– Заходи, дружище. Чаю? – сказал Джаладут, не поворачивая головы, услышав шаги своего товарища и указав на расположенный рядом с ним небольшой столик с одной свободной кружкой и большим железным, закопчённым чайником.

– А печенье есть? – спросил Арджуна. Джаладут ухмыльнулся.

– Ты прямо как брахмачари, тебя что, Радха сладким не кормит?

– Да нет, кормит, просто… – просто Джаладут очень вкусно готовил, а его печенье обожали все.

– Садись. Держи! – он достал из-под стола железную миску, целиком наполненную вкуснятиной. Арджуна сел, налил себе чаю и быстро начал пить вприкуску, хлюпая и периодически украдкой поглядывая на Джаладута, который с такой же покровительственной улыбкой наблюдал за ним. Было видно, что он устал: под глазами вырисовывались синяки, щетина с каждым днём становилась всё плотнее, а лицо всё напряжённей.

Для Арджуны Джаладут был таким человеком, перед которым он не боялся вести себя просто и естественно. Ему не нужно было строить из себя серьёзного воина, уверенного в себе мужа. Здесь, наедине с ним, он мог быть обычным мальчишкой, которым так и остался в душе.

– Скажи мне, какие у тебя соображения в связи со сложившейся ситуацией? – первым нарушил молчание Джаладут.

– Я думал о том, что в отличие от других общин, мы всегда выделялись боевой подготовкой, – Арджуна смотрел на костёр и продолжал уплетать печенье. – Поэтому мы можем представлять особый интерес для псов. С другой стороны, если ворота будут готовы вовремя, то за этими стенами нас не так просто захватить, – Арджуна доел печенье и с удовольствием откинулся на спинку кресла.