Черная война - Александр Конторович

– Разведка на левый дот шла?

– На него. Местность там хоть и ровная, однако кустиков на ней хватает. Есть где спрятаться.

– Тогда перед нашим дотом должны быть мины. Противопехотные.

– С чего это ты взял?

– Левый дот с танками бороться должен, и противопехотные мины там ставить бессмысленно. Танк они не остановят. А вот наш – там танку не пройти, как вы, товарищ майор, говорите. Значит, немцы там все заминируют. Не совсем же они дураки?

– И что из того?

– В лоб мы его не возьмем. Ляжем все без толку, и все тут. Майор встал, скрипнули ремни портупеи. Мы все тоже поднялись. Махнув рукой (садитесь), майор начал ходить по блиндажу. Все молчали. Вернувшись к столу, майор сел. Достал папиросу, закурил.

– Ну и что ты предлагаешь?

– Когда атака?

– Утром. В шесть часов.

– Саперы могут нам путь расчистить?

– Нет. Нету у меня их столько. Два человека всего – поле не уберут.

– И не надо. Нам проход нужен, чтобы группа прошла.

– Так, с этого момента – поподробнее.

– Мне бы своими глазами глянуть…

– Пошли. – Майор встал. Надел пилотку и показал нам на дверь.

Осмотр позиций противника с НП лишь подтвердил мои опасения. Доты тут проектировали явно не лопухи. Позиция была серьезная и грамотная. Однако кое-что я все-таки рассмотрел.

По возвращении в блиндаж майор приказал принести чаю и снова усадил нас за стол.

– Ну, Леонов, что разглядел? Я же видел, как ты к стереотрубе прикипел.

– Разглядел, товарищ майор. Там, под дотом, мертвая зона, из амбразур она не видна.

– С чего это ты взял?

– Правее дота, на склоне холма, есть недостроенное укрепление. Видимо, оттуда и должны были прикрывать это место.

– И что же из этого следует?

– А то, что немцы наверняка посадили там пулеметчика. Уж секрет-то обязательно!

– Возможно. Нам с этого какая польза?

– Значит, от секрета к доту есть тропа. И на ней мин не должно быть.

– Допустим. Что дальше?

– Саперы ночью сделают проход в минном поле. Наша группа проходит в него и прячется. Перед атакой снимаем секрет и выдвигаемся к доту.

– Подходы к доту с этой стороны простреливаются.

– Знаю. Это видно из расположения амбразур. Поэтому по скату оврага располагаются еще двадцать человек. В нужный момент они открывают огонь по амбразурам дота, чтобы временно их ослепить. Стреляют залпом, по десять человек. Поочередно, с разных позиций, вынуждая противника постоянно переносить огонь по фронту. Под прикрытием этого огня мы и прорвемся к доту.

– Ну… может, пройти. Романов, как думаешь?

Капитан пожал плечами.

– Может, и выйдет. Другого варианта я предложить пока не могу. А у этого есть шансы на успех. Артподготовка будет?

– У меня на батарее тридцать четыре снаряда. И все. В минометном взводе получше, полный БК. Но для полноценной артподготовки этого мало.

– Негусто…

– Что есть, капитан. Кто из твоих командиров с ними пойдет?

– Аристов. Группа состоит в основном из бойцов его взвода. Непосредственно на дот – Леонов.

– Разрешите, товарищ майор? – Я приподнялся с места.

– Ну, что у тебя?

– Не надо артподготовки. Только немцев разбудим. Если позволите, мы тихо попробуем. Стрелять никогда не поздно начать.

– Как сказать, боец, как сказать! Тебе на дот идти. Понимаешь, на что подписываешься?

– Понимаю, товарищ майор. Даже если все эти снаряды прямо в дот положат, так толку от этого немного будет. У вас на батарее ведь трехдюймовки?

– Ну, а где же я тебе что-то более серьезное найду?

– Этот дот надо по меньшей мере шестидюймовкой долбать. Или танком, в упор.

– Танков у меня тоже нет.

– Так и говорить не о чем.

Майор задумался. Я его вполне понимал. Шансов взять дот таким образом было немного. Если атака сорвется, его могут обвинить в том, что он не принял для успеха всех возможных мер.

– Ладно… рискнем. Ты как думаешь, капитан?

– Или роту в лобовой атаке положить, или вот так, тишком, попробовать? Леонов, ты-то как, сможешь?

Сказал бы ему… так ведь не поверит же!

– Смогу.

– Смотри! В случае чего… сам должен понимать, никому мало не покажется.

Все замолчали. Майор отхлебнул чаю и снова закурил.

– Хорошо. Принимаю решение. Леонов, действуй по своему плану. Что тебе от меня, кроме саперов, надо?

– Ракетницу. Ракет с десяток, осветительных и сигнальных. И связиста с телефоном. Пока до вас посыльный добежит, пока батальон с места двинется…

– Добро. Ракетницу старшина принесет, с ним же о сигналах договоришься. Все! Все свободны. Жду вас тут в три часа.

Мы вышли в траншею и двинулись к роте. Успели аккурат к ужину. Командиры ушли, а я отправился к кухне. Она стояла поодаль, около дороги. Получив котелок каши, я присел рядышком и достал ложку. Уже заканчивая есть, увидел Чалого и помахал ему рукой. Тот подошел и уселся рядом. Поинтересовался новостями. Не могу сказать, что мой рассказ его обрадовал. Он помрачнел и поднялся. Буркнув что-то под нос, он направился к остальным, и в этот момент его окликнул подходивший сбоку незнакомый старшина.

– Эй, служивый, где тут Леонова найти?

– Вон он сидит, – показал рукой Севергин.

Старшина повернулся в мою сторону. Сделал несколько шагов и подошел ко мне.

– Ты, что ли?

– Я.

– Ну и добро. Закурим?

– Благодарствую. Только вот не курю я.

– Ну, так я закурю. – Он присел на поваленное дерево и хлопнул по нему рукой. – Садись, побалакаем.

Он не торопясь вытащил кисет и свернул основательную самокрутку. За это время я налил на кухне котелок чая и, подойдя к старшине, поставил его на землю.

– Чем богаты…

– И то – хлеб! Чай не пьешь – откуда силы?

– Чай попил – совсем ослаб, – в тон старшине ответил я.

– О? В Средней Азии бывал?

– Случалось…

– И где, если не секрет?

– Самарканд, Бухара… много, где пришлось…

– Служил?

– Уже нет. Работал.

– Где же это?

– Да так… по-разному.

– Надо же… Я уж думал – земляк!