Питерская Зона. Запас удачи - Дмитрий Манасыпов

Не надо торопиться поливать его буржуйским кетчупом. Не надо ляпать на него сверху майонезик и, адски урча, кидаться пожирать. И уж ни в коем случае не стоит пользоваться соевым азиатским соусом. Для русского пельменя все это противопоказано. Только сливочное масло и сметана, только мелко рубленный зеленый лучок, только хардкор.

И не тыкайте вы в него вилкой и не старайтесь располовинить ножом. Это произведение искусства, его надо оценивать целиком. Дождаться, пока подостынет, перестанет парить и начнет неуловимо и безумно вкусно пахнуть начинкой. Дождались? Вот тогда берите эту самую перцовку, поддевайте, не разрывая теста, пельмень и, хлопнув рюмашку, нежно и аккуратно кладите пельмешек в рот. И, прямо как с женщиной, осторожно и ласково, кусайте, упивайтесь теплым соком, чувствуйте, как растопленное масло придает мясу еще больше вкуса, как…

– Новиков! Так же нечестно. Ты своей кислой физиономией весь аппетит отбил.

Старший инспектор МВД отдельного подразделения Периметра майор Новиков довольно улыбнулся. Если в его случае можно говорить и про улыбку, и про довольную. С его-то постной рожей ни то, ни другое никак не вяжется.

Не один? Конечно, один никуда не ходит. Троица опричников, не скрывая оружия, уселась чуть подальше. Новиков и его гоблины, о как. Видно, персона Хэта для чего-то ему и впрямь нужна.

– Мельников, охолони. – Майор закурил. – Рад видеть тебя живым. Хотя вас, поганцев, порой и запоминать не хочется. Так часто вы дохнете.

– У меня вредная работа. Тяжести, погрузчики, стеллажи…

Мара погладила меня по руке. Новиков хмыкнул. Хмыкать он умел разнообразно. Некоторые хмыки действовали на матерых ветеранов так же отрезвляюще, как ствол, приставленный к голове. Другие заставляли пересмотреть свое отношение к нарушению законов. А от совсем редких, говорили и про такие, хотелось вернуться к маме и снова пойти учиться в школу.

По всем документам сталкер Хэт, в миру Владимир Мельников, работал логистом в небольшой фирмешке неподалеку от «Солянки». Нет, а как еще? Зона, если уж серьезно, в некоторых смыслах режимный объект. Шастать по ней за просто так не получится. И торчать рядом постоянно, нигде не работая, сложновато. Особенно если ты не местный житель или беженец с Питера.

– Допустим, – Новиков затянулся, прищурясь и рассматривая меня точь-в-точь как через микроскоп, – допустим, что работа у тебя тяжелая. Хотя на кой хрен ты мне заливаешь, не понимаю. И вообще, бескультурщина, ты меня даме бы представил.

И действительно. Думаю, до вечера моей как бы супруге обеспечено такое количество мужского внимания, какого ей вряд ли когда представлялось. Даже целый майор вот желает познакомиться.

– Мара, – моя «убивашка» протянула руку, – Мара Мельникова.

– Очень приятно… – Новиков аккуратно пожал ее вполне твердую ладошку, где набитые костяшки даже и не думали прятаться. – Приятно удивлен желанию этого товарища остепениться. Вы тоже работаете в сфере погрузок и перевозок, если не секрет?

– Нет. Я тренер по кикбоксингу. Любите кикбоксинг?

– Нет. Люблю боевое самбо. – Новиков кивнул, туша сигарету. И занялся своей самой мерзкой привычкой. Выпотрошил фильтр, автоматически, не глядя, и сотворил из него цветочек. Как-то раз, когда он меня в очередной раз окучивал на предмет ходок сами знаете куда, к концу разговора в пепельнице лежал целый букет.

– Ладно… Мельников, есть разговор. Не здесь.

– Хотите прогуляться при лунном свете?

– Не смешно. Хотя, Мельников, если вспоминать именно этот ретрофильм, то ты как раз подходишь под выражение из него.

– Какое?

– Про умного ниггера. Одного из десяти тысяч. Хваткого, преданного и умного. Вот эти… – Новиков, не смущаясь, ткнул пальцем на все так же резавшихся в покер, – не такие. Вставай, пойдем на улицу. Красавица Мара, с вашего позволения. И ненадолго. Не возражаете?

– Бить его не будете?

– Да пока не за что.

Ребята за соседними столами хмурились и играли желваками. Сдобный, смотревший за стойкой новости, глядел недовольно и немного встревоженно. Но цапаться с полицией просто так явно не стоило.

– Пельмени остынут. Совсем.

Новиков вздохнул.

– Новые закажешь. Вам, складским работникам, автослесарям и прочим пролетариям, очень даже неплохо здесь платят, насколько мне известно.

Ясное дело, что «здесь» Новиков подчеркнул особо, с выражением.

На улице хмурилось и крапало. Обычная и привычная погода. Можно сказать, родная. Тучи нависали тяжело, прям как не смытая на ночь тушь у подпивших сдобновских девочек.

– Мельников, – майор снова закурил, – зачем оно тебе надо, если честно?

Психолог, мать его ети.

– Майор… Вы тоже давно можете перевестись отсюда в Столицу. Ну, как мне кажется.

Новиков кивнул, явно соглашаясь.

– Подловил, думаешь?

– Думаю, что да.

– Хорошо… – Новиков курил, как и обычно – жадно, в несколько затяжек. – Мне здесь нравится. Я тебя понял, Хэт.

– Что у вас за дело?

Трое, нависавшие позади, ощутимо отошли дальше. А ведь майор даже и не посмотрел в их сторону.

– Что ты знаешь про Триггер?

Во беда… Триггер. Что знаю про Триггер? Да ничего не знаю. Знаю, что Лорд его ищет. Причем постоянно. А Лорд, как известно, человек упрямый. И еще он ушел в Зону со спецназом.

– Не заливай, Мельников.

– Да нечего мне заливать, майор. Вроде есть, вроде что-то там он исполняет. Чуть ли не любое желание. Так ведь оно везде. В любой Зоне есть легенда про Монолит, Золотой шар или что-то похожее.

– Лорд не рассказывал про его местонахождение?

Во дает, а?!

– Майор, Лорд в барах не сидит. Он если выпивает-закусывает, то на накрахмаленных скатертях и чуть ли не под симфонический оркестр. Это раньше «Борщ с пампушками» его домом был. И я с ним очень плохо знаком. Вот Фукс, мягкой ему травы на острове Яблок, его вроде знал хорошо. Только где он, Фукс?

Фукса съели мурены. Одного из первых, кто их встретил в ходке. Такие дела.

– А мне говорили немного иначе. Ну, положим, я тебе поверил. Но, Мельников…

– Да, майор?

– Узнаю, что обманул, накажу. А что за барышня?

– Жена. Из-за нее уезжал. Думаю вообще уехать. Сделаю ей небольшое сафари и рвану к чертовой матери.

– Экстремалка?

– Типа того.

– Ясно. Мельников?

– Да, майор?

– Ты на самом деле немного другой. Не стань таким, как многие. Не становись вне законов.

– Законов?

Новиков накинул капюшон куртки.