Бешеный прапорщик: Вперед на запад - Игорь Черепнев

Че-е-г-о-о?!.. Ах-х-х…ренеть!.. Вот это уже не сюрприз – сюрпризище!.. Неожиданность из серии «серпом по… шарикам»! Вот об этом с Келлером разговора вообще не было!.. С формулировкой «досрочно, за отличие» Анатоль Дольский становится штаб-ротмистром, Роман Берг и Димитр Стефанов – поручиками, Николенька Бер теперь будет именоваться подпоручиком! Ну ни фига се звездопад получился!..

– С одной стороны, в империи действует сухой закон, но с другой – и про соблюдение старинных, еще дедовских обычаев, я думаю, тоже забывать не стоит, – Михаил Александрович сейчас очень похож добренького дедушку, – поэтому я взял на себя смелость определить золотую середину…

Великокняжеский адъютант по его знаку открывает крышку корзины, вызванная Ганна быстро, но без излишней суеты начинает накрывать импровизированный «шведский стол», успев пару раз ободряюще улыбнуться еще не пришедшим в себя студиозусам, пардон, теперь уже господам прапорщикам. Алеся с Данилкой, пользуясь случаем, активно ей помогают. Парень таскает тарелки с рюмками, девчушка сосредоточенно расставляет посуду и раскладывает вилки, стараясь, чтобы всё стояло и лежало ровно и аккуратно, как на строевом смотре. Из корзины на всеобщее обозрение появляются полдюжины водочных «белоголовок» и бутылка шампанского, как я понимаю, специально предназначенная для великой княжны, которая тоже не остается в стороне от готовящегося праздника и из той же корзины достает достаточно внушительный торт, поясняя, что это – специально для подрастающего поколения. Малышня, тут же позабыв все свои дела, огромными глазами, в которых читается ожидание Великого Праздника, начинает рассматривать гигантскую вкусняшку…

Интересно, с чего это великий князь устраивает такой спектакль? Что-то поменялось в голове или пытается наладить «дружеский» контакт с очень нужными ему и опасными для врагов людьми, типа вырастить для себя личных преторианцев? Надо будет переговорить с генералом по этому вопросу…

– Итак, ваши императорские высочества, господа офицеры, несмотря на некоторую внезапность сегодняшнего события, согласно ритуалу полагается избрать распорядителя. – Федор Артурович переглядывается с великим князем и, довольно улыбаясь, продолжает: – Я предлагаю возложить сии приятные хлопоты на вашего батальонного командира. Надеюсь, возражений не последует?..

Возражений, естественно, не последовало, и мне приходится в очередной раз отдуваться. Но хлопоты действительно приятные. Подзываю Данилку и тихонько прошу принести фужер для великой княжны и семь стаканов для «именинников». Пока он бегает, Ольга Николаевна, исполняя обязанности шефа батальона, вручает мне стопку погон и коробочку со звездочками.

– Простите, Денис Анатольевич, но папа€ только час назад подписал указ. Мы с дядей просили раньше, но он согласился только после смотра.

– Что вы, Ольга Николаевна! Покорнейше и искренне благодарю вас за столь приятную нам заботу о батальоне. – Блин, язык сломать можно об эту вежливость. Нельзя, что ли, просто так всё сказать?..

Данилка тем временем появляется на пороге с необходимой тарой, а за ним виднеется фигура отца Александра.

– Вы позволите, господа, поприсутствовать здесь слуге Божию? Надеюсь, не помешаю?

– Конечно, отче, вы для нас всегда желанный гость! – Еще раз раскланиваюсь со священником, затем обращаюсь к Оладьину: – Сергей Дмитриевич, не откажите в любезности взять на себя роль виночерпия.

Пока новоназначенный «дозировщик» разбирается с шампанским для дамы и водкой для остальных, продолжаю следовать сценарию:

– Господа офицеры, прошу всех желающих высказать свое мнение относительно новопред… тьфу ты, представленных к новому чину.

– Если не возражаете, господин капитан, – слово берет Волгин. – Я имел удовольствие видеть как в боевой обстановке, так и в условиях повседневной службы всех виновников торжества. Поскольку часть из них служит под моим началом, смею заверить всех присутствующих, что никаких замечаний по исполнению ими своих обязанностей не имею… Ну, а некоторые вполне простительные детские шалости, надеюсь, останутся в прошлом. Не так ли, Максим Борисович?..

Макс Горовский при этих словах начинает предательски краснеть. Опять угостил кого-то своей фирменной папироской с петардой? Шалунишка, блин!.. Или что похуже отчебучил? Ладно, штабс-капитан сам с этим на раз справится…

– Спасибо, Иван Георгиевич. Ваше здоровье, господа! – Так, начало коллективной пьянке положено, идем дальше. – Есть еще желающие высказаться?..

Высказаться, конечно, могли бы многие и о многом, но присутствие представителей царствующего дома накладывает на рты некоторые цензурные ограничения. Далеко не всё можно и нужно слышать августейшим ушкам, тем паче принадлежащим юным особам женского пола. Поэтому снова оказываюсь в центре внимания.

– Хорошо, тогда, надеюсь, присутствующие простят мне несколько пространный монолог… С Анатолием Ивановичем я знаком уже более года. И всё это время, уходя на задание через линию фронта, я был спокоен, зная, что с тыла нас прикрывает группа тогда ещё поручика Дольского. И что в случае неудачи не придется на нейтралке отстреливаться до последнего патрона и погибать смертью храбрых. Вы, господа, также неоднократно побывали в этой роли и прекрасно понимаете, о чем я говорю…

С Романом Викторовичем, Димитром Любомировичем и Николаем Павловичем я познакомился в Ново-Георгиевске. Эти офицеры не выполнили приказ сдаться в плен, на мой взгляд, абсолютно преступный, но и не нарушили присягу, данную нашему государю. Они не раз доказали свою отвагу, пробираясь вместе с нами к своим. И после, во всех боевых операциях они не дали ни малейшего повода усомниться в своей храбрости, желании и умении воевать…

Господа вольноопределяющиеся прибыли к нам чуть более полугода назад. Тогда это были слегка наивные, несколько романтично настроенные студенты с некоторым не совсем понятным набором сумбурных мыслей в головах… Интересно, что бы вы сейчас сделали, повстречавшись с тем же самым незабвенным новогеоргиевским агитатором Мишей Бейциным?

– Попросил бы его немного помолчать. С одного, максимум с двух ударов, – как всегда спокойно и рассудительно отвечает Илья Буртасов, поддержанный согласным кивком Вадима Федорова.

– А я бы угостил папироской… Фирменной, – под дружный смех выдает свою версию Макс Горовский. Не понявшим юмора августейшим гостям Федор Артурович вполголоса объясняет смысл сказанного.

– Так вот, за это время едва оперившиеся птенцы выросли и превратились в боевых орлов, простите за каламбур, способных пролететь огонь, воду и медные трубы, а затем оглянуться и посмотреть, всё ли они сожгли и взорвали, или что-то еще осталось, и неплохо было бы вернуться… В заключение скажу, что я считаю для себя большой честью служить вместе с вами в одном батальоне… А теперь…

Серж Оладьин уже приготовил для всех стаканы со звездочками. Беру первую пару погон. Опаньки, а они-то у нас не простые! Парадные, золотистые, сверху – императорская корона, чуть пониже – вензель Ольги Николаевны, красиво переплетенные инициалы «О» и «Н», а в самом низу – еще одна буковка «Н», только поменьше. Ну-ка, вспоминаем, у простой пехоты на погонах цифирки по номеру полка, а у нас – первая буква названия батальона. Значит, теперь мы, типа, к гренадерам относимся, и эмблемой у нас – бомба с горящим запалом. А учитывая, что батальон еще и ударный, добавляем к ней череп с костями. Ага, еще молнию через глазницу и надпись внизу – «Не лезь, убью!». А что, это – идея! Забабахаем такую эмблему, все умрут от зависти. В смысле – свои. А немцы – ну, там другие причины для летального исхода будут. Ладно, заканчиваем витать в облаках, надо дело делать… Так, начинаем по старшинству, с Дольского.