Конец дороги - Александр Башибузук

После того, как переоделись, завезли камни Моисею Львовичу, он пообещал до вечера определиться, и двинули в штаб самообороны. Застали там только Генри Питерсона, то есть командира, и двух бойцов — Лизу Уоллес и Джулию Барези, мужиковатых врачих из госпиталя. У всех троих наблюдался ярко выраженный синдром вчерашнего дня — в городе вчера праздновалось невиданное количество вечеринок и всяких дней рождений. Вся дружина самообороны оказалась не в состоянии выехать на полигон, прибыли только эти трое, с повышенным чувством долга. Генри не очень уверенно высказывал соображения, что вот-вот подтянутся другие, но никто так и не приехал, наоборот, врачихи выразили робкое, но коллективное пожелание свалить домой, отсыпаться. Генри поворчал, но великодушно отпустил. Перед этим дамы с нами познакомились и пригласили Герду и Ингу на посиделки в клуб «Розовая Лилия», полностью проигнорировав моё существование, из чего я сделал вывод, что «Розовая Лилия» — это «Голубая Устрица» наоборот. Развелось же их…

Генри Питерсон показал нам дорогу на полигон, мужественно попробовал пострелять и вслед за врачихами свалил домой. Совсем уж было плохо человеку.

Полигон англичане отстроили себе капитальный, с несколькими пустыми коробками домов для отработки захвата помещений, стрельбищем для техники и несколькими дистанциями для стрелкового оружия.

Настрелялись до звона в ушах из всего, что взяли с собой. Снайперка G-28 оказалась очень приличной винтовкой, точнее и гибче тактически, чем СВД. Справедливости ради могу сказать, что СВД винтовка совсем другого поколения, и в свое время в своем классе была лучшей. Да и патрон 7,62х51 в снайперском варианте, мне кажется, был получше нашего патрона. Выпускался он десятками производителей, а конкуренция качеству весьма способствует. К винтовке можно было даже прицепить подствольный гранатомет, чего я точно не собирался делать. Глушитель довольно хорошо гасил звук выстрела, а с учетом дистанции до противника — вообще отлично. Неплохая винтовка. Пулемет НК-21 тоже не сильно отличался по боевым качествам от нашего ПКМ, и в целом мне понравился. За Калашниковы от Митрича я уже говорил, девочкам они тоже очень понравились.

Чудо-винтовка 408 калибра привела Ингу почти в экстаз. Она заявила, что из нее можно пулять на полтора километра без проблем, а баллистический компьютер, идущий в комплекте, может даже пол ребенка у беременных угадывать. Это она, конечно, пошутила, но и без того такая винтовка точно не для моей квалификации.

Постреляли, подсчитали, сколько же мы денег выпустили в мишени, ужаснулись и решили требовать боеприпасы с Ордена беззастенчиво. Патроны на Новой Земле были жутко дорогим удовольствием, а нам до совершенства палить и палить.

Потом к нам пришли дружить два оператора мишенных комплексов с полигона. Они оказались гражданскими и жутко похмельными мексиканцами Пако и Хосе. Глядя на их помятые физиономии, я отыскал в машине полбутылки виски и торжественно вручил. Возрадовавшись, они пообещали включать нам все мишени, даже если «козел», «проститутка» и «сын проститутки» Мак-Набс выгонит их с работы. Оказалось, англичанин жутко жлобился и не разрешал самообороне пользоваться автоматизированными дистанциями.

Вообще, судя по моим впечатлениям, полковник оказался фигурой совсем неоднозначной. Редкостный мудак, великолепный командир и офицер. Повоевать успел везде, как в старом мире, так и здесь, причем и там, и здесь нахватался ранений. Доктор Лейбович говорил, что с такими повреждениями организма люди передвигаются с палочкой и дышат через раз, но полковник держится молодцом и умудряется лично воевать. Держит границы республике на замке, грамотно командует и выгоняет на полигон пинками даже фельдшеров и телефонисток. Полигон — это его детище, и даже, по слухам, частично на его деньги построен. Жены и детей не имеет, за жену считает армию, а за детей солдат, что, впрочем, не мешает ему их зверски драть. Вот такой гроза врагам, отец солдатам. Чем-то он мне был симпатичен, и я решил при случае сдружиться.

Мексиканцы убрались, и мы дружно начали штурмовать здания. Рулила здесь Герда и в лучших традициях сержантского состава орала на нас и даже пробовала пинаться в «целях ускорения учебного процесса», как она выразилась, но после того, как мы пригрозили отлучить ее от наших тел, немного утихомирилась. Набегались, взмокли, но процесс шел. Вообще-то для полноценной работы двумя боевыми парами у нас не хватало людей, так что пришлось изобретать и отрабатывать разные варианты.

Практически без сил вернулись домой. Жены бессовестным образом отмокали в бассейне, а я чистил оружие. Озвучили они свое решение так.

— Мы сегодня в гости идем…

— Должны быть красивыми…

— А ты мужчина…

— Тебе за руками следить не надо…

— А вечером…

— И ночью…

— Я…

— А я…

— А потом мы…

— Иди, чисть…

— Мы любим тебя, а ты нас, иди…

Вот так нагло и можно даже сказать — бессовестно, я остался в одиночестве среди кучи оружия. Это вам не ПМ протереть, попробуйте быстро почистить крупнокалиберный пулемет, к тому же не совсем ясно представляя, как он, да и добрая половина этого арсенала разбирается.

С автоматами и пистолетами управился довольно быстро, пулеметы, повозившись, разобрал и уложил в жестяную ванну, отмокать в бензине. Завтра почищу и соберу, сегодня вроде воевать не собираемся.

Только вышел в беседку покурить, позвали принимать гараж. Только принял гараж и расплатился, привезли шкафы. Принял шкафы и расплатился, начал переносить частями в подвал, явились Земфира с Петером, затеяли отчёт по домашним делам, с предъявлением на утверждение сметы на будущие расходы, еле успел вникнуть и выдать деньги — пришли Инга и Герда и стали загонять меня в душ и одеваться с целью выезда на обед.

— Девочки… работу с садовником и горничной…

— Быстро…

— Быстро…

— Я серьезно. Они на вас. И чтобы ко мне не подходили с отчетами! Вы хозяйки или кто? — я натурально возмутился. — Не сойду с места, пока не определимся.

— А ты думал, легко быть домовладельцем? — наставительно произнесла Герда. — Марш в душ.

— Быть нашим мужем тяжело, но очень приятно, — хихикнула Инга. — Иди, милый, в душик. Мы уже всё Земфире и Петеру объяснили, они больше не будут. Идем, мы спинку тебе потрем.

Только собрались выезжать, примчалась горничная и сказала, что звонили из почтового отделения, нам пришла телеграмма.

На почте получил бланк с телеграммой. «Прилетаю 13.08 в 15:00. Встречайте. Целую. Ваша тетушка Мари». Буду встречать, тетушка. И поцелую для достоверности. Если девочек со мной не будет.

Известие о приезде Мари девушек совсем не обрадовало, они куксились до самой стоянки, где продавались машины. Машин было мало, все очень подержанные, да и дорогие, как староземельный Порш. Стояло несколько «Витар» и «Свифтов» местной сборки, их собирали испанцы из комплектующих деталей, пересылаемых из старого мира. Вполне симпатичные машины, дорогие, конечно, до безобразия, но новые, небольшие и проходимые, как раз для разъездов по городу. Смущала местная сборка, мы решили поговорить с друзьями и только потом покупать.