Чужое тело - Алексей Изверин

– Не болит.

– Вот, – наставительно сказал я. – Наш доктор тоже кое-что может! Мастер Клоту? Отдохнули бы вы, все со мной да со мной.

– Что вы, ваше высочество, какой отдых! – Всплеснул руками мастер Клоту. – У меня всегда сердце останавливается, глядя, как вы мечами машете. У нас, в Альтзоре, тренировочные мечи в два раза легче, а броня в три раза толще! А у вас то ссадины, то синяки…

– Не беда, что тут синяк получишь. – Покачал головой барон Седдик. – Лучше тут три синяка, чем вне этих стен один раз сталь в брюхо! И ничего, что сейчас больно. Разум человека может подчинить себе самую сильную боль!^[43] Так меня отец учил, а его мой дед, а деда – прадед… Семейное это. Что характерно, никто не погиб во время обучения.

– Это да. Практическая медицина в Соединенном Королевстве на высоком уровне. Вы вели столько войн, что просто-таки должны были, обязаны научиться лечить своих солдат… – согласился мастер Клоту.

Я поманил в сторонку Виктора, Ждана и Волина и развязал кошелек.

– Так, каждому по десять золотых. Вы теперь моя свита, во дворец не суйтесь пока, потому что съедят вас там даже несолеными. На деньги купите себе одежду покрасивее и лошадей украсите. Оружие-то у вас есть хорошее?

– У меня не очень, – признался Виктор. – Отец мой родовой меч кому попало не отдает, крепкий еще мужик. А мне не с руки, я брат средний. Вот, вот этим обхожусь… – Он покачал в ножнах на поясе свой клинок. На мой взгляд, как-то фигово выглядит, тяжеловат, и из плохой стали…

– Тогда вот тебе еще десять. На меч хороший хватит?

– Ну… На средний…

– Еще десять.

– Хватает, ваше высочество! – обрадовался Виктор, быстро произведя какие-то подсчеты. Наверное, еще и заначка была. Ну, завтра будет хвалиться небось.

– О, отлично. Так, ребята, еще три десятка есть. Кому что надо, не стесняемся. Ждан, Волин?

– Лошадь бы хорошую, – мечтательно сказал Виктор.

В самом деле, ему-то надо. У него едва ноги мостовую не скребут, когда на своей лошадке сидит.

– Так в чем проблема, сколько стоит?

– Пять-шесть золотых у перекупщика, а если хорошо брать, то и в десять можно влететь.

– Вот двенадцать, седло к ней купишь. Ждан?

– Да есть пока вроде все. – Ждан призадумался. – Тех, что уже получил, пока хватит.

– Волин?

– Оружия бы… – протянул Волин.

– Пятнадцать золотых хватит?

– Да, ваше высочество!

Отсчитал, выдал.

– Остальное оставляю на непредвиденные расходы. – Для мастера Виктора, а у графа Урия еще выпрошу. У него денег много, как у дурака фантиков… То есть камешков, надо уже отучаться от земных пословиц, по делу и без дела тут употребляемых, даже в мыслях отучаться! Золота у меня еще осталось где-то пятьдесят монеток, должно хватить.

– Вот так. Короче. Завтра вы, все такие красивые, катаетесь со мной по городу как моя свита. С оружием и на красивых конях.

Парни переглянулись.

– А ваша охрана? Она что? – выразил осторожное мнение всех Ждан.

– Объелась груш, – ответил я не в рифму. – Показали они уже себя, голубчики, не с лучшей стороны… Если надо будет рубить мою охрану в лоскуты, то вы это сделаете.

Парни переглянулись, кивнули. Странно, я их согласия-то не спрашивал. Значит, давно уже такого разговора ждали, к нему готовились.

– До тех пор ничего не показывать, охране улыбаться как родным, родовую спесь, ежели она есть, я демонстрировать запрещаю, как старший из всех вас дворянин в королевстве. – Нет, ну хорошо быть дворянином? Раз, и запретил, и все молчат, никто оспаривать не собирается. Хотя и насупились, как будто несвежего чего съели. – Занятия с Седдиком не прекращать. Также думаю, что рад буду вашим друзьям, если вдруг они тоже захотят… Заниматься.

– Найдем таких, – сказал Виктор. – Есть у меня один парень на примете, из купеческого рода, младший. Наследство ему не светит, вот-вот отправится в Рохни счастье искать или в Империю. К нам лучше.

Была у меня мысль, что людей лучше искать самому. А то в кадровом вопросе я очень сильно завишу от барона Седдика и графа Слава, а что у них за цели, я просто пока что не понимаю до конца.

Страну-то освободить оба хотят. Но вот каково мое место будет в этой новой, освобожденной стране? Я пока не знаю. Не попасть бы из огня да в полымя. Барон Седдик мне благодарен, да и отношения у нас с ним вроде бы хорошие. Но… Но опять все же «но», непредвиденные обстоятельства раз за разом. Кто знает, как это все может повернуться.

Иногда полезно задуматься о том, что же на самом деле хотят люди, которые поднимают твое имя на свой флаг.

Не знаю, зачем я решил пойти чуть пораньше к ростикам. Обновкой похвастаться. Все же новенькое! Да и поговорить с детишками стоило, очень стоило. Вдруг чего интересного расскажут.

Привычно отмахнулся от охраны, прошел по коридорам, кивая на поклоны дворян и проходя мимо замерших стражников. За мной как-то раз пробовали увязаться два пажа, те, которые сопровождали в прогулках. Но после страшного лица и угрозы надрать задницы испарились, словно их и не было.

Так что гулял по коридорам дворца в полном одиночестве. Кивал дворянам, по позднему времени почему-то шатавшимся по коридорам, привычно ловил презрительные взгляды аристократии или испуганные – дворянок… Надо же, столько времени прошло, а урок королевы усвоен на все сто. Не лезь к принцу.

Повернул в знакомый коридор, потом еще один поворот, еще – и услышал голоса. Что-то знакомое. Что-то очень знакомое.

– …пройти, уважаемый виконт! – Женский голос.

– А куда ты торопишься? – Это голос мужской, но не сильного брутального мужика, а подростка скорее, еще не переломался. Писклявый такой, противный… Где-то я его уже слышал.

– Ваша светлость, прошу, дайте мне пройти!

В ответ шуршание одежды, какая-то возня.

Ого. Может, не мешать? Дворянин, голубая кровь в семьдесят седьмом поколении, прижимает служанку. Ну, дело-то житейское, как я думаю. Служанки-то и сами не против, за пару-то золотых, я в книжке читал.

Ну так что, обходной путь искать, что ли? Заблужусь, в этих переходах черт ногу сломит.

Ладно, пошли. Сделаю вид, что не заметил.

Завернул за угол.

Ну, в принципе, как и ожидал. Подросток-дворянин зажал в угол девушку в простом платье, мелкую еще совсем, и лезет ей под юбку. Профессионально так прижал, та дергается, но не очень у нее получается. И где только учатся-то, а?

– Ох ты, знакомые все лица. Привет, Нрав. Чего свет не выключил?