Метро 2033: Под-Московье (сборник) - Анна Калинкина

– Надо уходить, как только спадет вода.

Никто ему не возразил. Женя поднялась и тихонько пошла к выходу.

– Ты куда? – спросила Марина.

– Хочу тоже на реку посмотреть.

– Я с тобой, – заторопилась Марина.

Профессор сидел сгорбившись и казался несчастным и одиноким. И Игорь решился спросить:

– А родственники ваши… они все погибли еще тогда? Во время Катастрофы?

– Да какие там родственники! – ожесточенно махнул рукой Профессор. – Дочь с муженьком ее. Тунеядцы и потребители, все норовили на шею мне сесть, рассматривали как машину для зарабатывания денег. Не знаю, что с ними случилось. Со времен Катастрофы известий о них не имел и думаю, что погибли, скорее всего. Я-то ехал в университет лекции читать, оттого в метро и оказался.

– А из коллег потом никого не встречали? – Игоря словно подзуживал кто.

Профессор мрачно забормотал о каком-то Якубовиче, называя его дилетантом и ничтожеством. Игорь уловил, что этот Якубович, видимо, пользуется сейчас влиянием в Полисе, а у Профессора отношения с ним явно не сложились. Получалось, что его, талантливого ученого, терроризировали все, кому не лень, – домашние, конкуренты. Иначе он сумел бы многого добиться и не прозябал бы теперь в таком жалком состоянии.

Тут вернулись Марина и Женя и рассказали, что мутная вздувшаяся вода несет с собой всякий хлам, а только что мимо них проплыл труп – слава богу, лицом вниз, а то совсем было бы жутко.

– Такой ужас! – возбужденно сказала Женя. – У него не было уха!

Игорь нахмурился. Ему все это не нравилось. И он, в свою очередь, пошел на берег, чтобы поговорить с Костей.

Нелюдим стоял у стены, вода плескалась у самых его ног. Она и впрямь несла с собой мусор – ветки, полиэтиленовые пакеты, даже красный пластмассовый горшок. Костя длинной палкой зацепил горшок, подтянул.

– В хозяйстве все сгодится, – объяснил он.

– А нас-то не зальет? – словно бы в шутку поинтересовался Игорь.

– Не должно, вроде, – пробормотал Костя, но голос у него был неуверенным. – Такие сильные наводнения очень редко бывают.

– А что, тут у вас маньяк орудует? – задал Игорь новый вопрос.

– С чего ты взял? – настороженно отозвался Костя.

– Да вот девчонки сказали – труп проплыл с отрезанным ухом.

– Ну, мало ли откуда он взялся, – пробормотал нелюдим, отводя глаза. – Может, бандит какой-нибудь разделался с должником, да и кинул тело в реку?

– Просто я уже видел труп с отрезанным ухом, – понизив голос, сказал Игорь.

Костя так резко обернулся к нему, что чуть не поскользнулся и не плюхнулся в мутную воду. Некоторое время он балансировал, держась рукой за стену, пытаясь сохранить равновесие. Наконец ему это удалось.

– И где ты его видел? – требовательно спросил он.

– В земляной камере, когда обратно сюда возвращались. Точно не скажу где, не ориентируюсь я здесь. Но учти – девчонки и старик ничего не знают, я один видел. Им не сказал, не стал пугать.

– Значит, снова она тут объявилась… – пробормотал Костя.

– Кто – она? – спросил Игорь. Но тот ответил вопросом на вопрос:

– А женщина вам не попадалась по дороге?

– Даже две, – сказал Игорь, – но одна мертвая была. А со второй я в боковой пещере столкнулся. Она, правда, просила об этой встрече не рассказывать. Ну, я своим и не сказал. Но ты – другое дело. Ты – местный, и сдается мне, ты ее знаешь.

– Столкнулся и она тебя не тронула? Не пыталась напасть? – удивился Константин.

– Наоборот, она меня спасла. – И Игорь вкратце рассказал о встрече со странным дикарем и о появлении незнакомки, которое оказалось так кстати.

– Да, с ней не угадаешь, – пробормотал Костя. – Смотря под какое настроение ей попадешь. Может прикончить, а может и спасти.

– Да кто она? Скажи наконец! – потребовал Игорь.

И Костя нехотя начал рассказывать.

– Началась эта история вроде бы на Китай-городе. Жила там девчонка одна – не то чтобы совсем мутант, но на одной руке было у нее шесть пальцев и ухо правое было странной формы, как у зверя, и даже шерсткой кое-где поросло. И было оно вдвое больше второго. Ну, и относились к ней, как к недочеловеку: на побегушках была, грязь возила, стирала. Вроде как за еду – и то все делали вид, что из милости кормят уродку. А она вообще-то и не уродка была – носик маленький, аккуратный, глаза серые, волосы русые и густые, что по нынешним временам редкость. Только вот палец этот и ухо все дело портили. Ну, одному там она вроде нравилась даже, он ее Кошкой прозвал – за ухо это самое. И еще за то, что видеть она могла в темноте.

И однажды решили над ней поизмываться спьяну трое отморозков. Я так думаю – многие на станции ее побаивались. Не то чтобы ведьмой считали… но эти ее странности и то, что в темноте видит, на подозрения всякие наводили. Ну вот как бывает, пауков боятся люди – а за что, и сами не знают. Ну, а пьяным-то море по колено…

В общем, издевались над ней всячески, а под конец что еще удумали – говорят, щас человека из тебя делать будем. И отрубили ей шестой палец, и еще пол-уха откромсали. Да так и бросили кровью истекать в туннеле. Кто-то из них спьяну даже похвалялся своими подвигами. Само собой, никто из местных не пошел взглянуть, что с Кошкой стало. Только старуха одна перевязывать ее ходила, да девчонка какая-то еды таскала ей, у себя урывая.

– А тот, кому она нравилась, не помог ей? – спросил Игорь.

– Да что он мог сделать против троих? Да и нравилась – сильно сказано. Конечно, доброе слово девчонке ему не жаль было сказать, чтоб старалась получше. Тем более, это ему ничего не стоило. А с больной с ней возиться – на фиг ему сдалось? Да и не было его, говорят, в то время на станции.

В общем, думали, помрет Кошка, уж очень была плоха. Но она кое-как оклемалась, отлежалась. Уходить хотела со станции, но напоследок на беду свою опять на глаза одному из тех отморозков попалась. Он удивился: «Что, мало тебе, чертово отродье, мутантка? Надо же, живучая какая! Получай!» – и ногой ее в живот. Говорят люди, что на самом деле испугался он, когда ее увидел. Оттого и ударил – со страху.

– Чего испугался? – спросил Игорь.

– Ну, он ведь ее мертвой считал. Обычная женщина и умерла бы после того, что они над девчонкой учинили. Но эта Кошка, значит, не такая уж хилая была. Не зря, видно, ее так прозвали. Раньше говорили – у кошки девять жизней. А бандит тот решил, наверное, что она колдунья или того хуже.

Старуха ее спрятала где-то, полуживую. Говорили шепотом, что Кошка беременной была, а от того удара выкидыш у нее случился, и оттого она кровью изошла. Прошло с тех пор несколько месяцев, все уж и думать о мутантке забыли. Считали, что умерла она давно и тело ее где-нибудь в туннеле крысы обглодали. Ведь в метро и хоронить толком негде. И была однажды на Китай-городе гулянка, перепились все, даже часовые приняли на грудь. Ну, утром стали кое-как просыпаться, похмеляться, а отморозки те, что мутантку замучили, спят и спят. В палатку к ним заглянули – у самых храбрых поджилки затряслись. Все вокруг кровью залито, все трое лежат, зарезанные. И у каждого отрезано правое ухо и мизинец на одной руке.