На пути "Тайфуна". А теперь на Запад - Александр Калмыков

– Значит, вы поддерживаете идею разделения фронтов и их разукрупнения?

С важным видом, еще бы, маршалы советуются со мной, как им управлять фронтами, я солидно ответил, медленно роняя слова:

– Да, считаю это целесообразным в нынешней обстановке.

Услышав долгожданный ответ, майор спешно удалился, оставив мне конверт с новыми заданиями. Наверно, собирался выступить на очередном совещании Ставки.

* * *

Ближайшие дни пролетели незаметно. Батальон наш еще не прибыл, работа была нетяжелая, и каждый вечер я проводил с сестрами Жмыховыми, искренне радуясь возможности поболтать с Зоей. Аня тоже была приятной в общении, к тому же оказалась очень начитанной, так что с ней мы также подружились. Я решил свести ее поближе с Леоновым, но он не спешил завязывать серьезных отношений, тем более что при его регалиях выбор у него был обширный.

В театр меня, конечно, все же затащили, и я послушно отсидел до конца представления, глазея больше по сторонам, чем на сцену. Хотя публика собралась солидная и достаточно интеллигентная, но сидели все в головных уборах и верхней одежде, уж слишком холодно было в зале. Хуже всего пришлось актерам. Много свитеров и кофточек под сценический костюм не засунешь, и я не знал, смеяться или плакать, когда актриса обмахивалась озябшими руками, заявляя: «Как жарко тут у вас», хотя у самой пар шел изо рта.

Видимо, мое равнодушие к Мельпомене, или как там зовут театральную музу, не осталось незамеченным, и меня переключили на кинематограф. Первый же поход в кино удивил нас всех. Мы, естественно, ожидали что-нибудь патриотическое, вроде «Суворова», но когда увидели афишу, то встали столбом, изумленно рассматривая ее.

– Комедия! – совсем по-детски взвизгнула Зоя и от счастья с восторгом захлопала в ладоши.

Фильм назывался «Сердца четырех», и был снят в этом году, но из-за войны его положили на полку. Предполагалось, что до конца боевых действий комедий в прокате не будет, но теперь правительство решило иначе.

Понятно, что очередь не только за билетами, но и к администратору была немаленькая, но контрмарочки, извлеченные Леоновым, оказались волшебными, и мы заняли самые удобные места в середине зала. Не знаю, может быть, сюжет и не был смешным и оригинальным, но у истосковавшихся по мирной жизни зрителей фильм пошел на ура. Несколько раз киномеханику даже пришлось отматывать пленку назад и повторять интересные сцены заново. Правда, Леонов, слишком привыкший высматривать своим цепким чекистским взором малейшие мелочи, время от времени ворчал:

– Почему у троллейбуса четвертый номер, если на остановке написано 33? Почему это у полковника только три шпалы? Фильм же начали в прошлом году снимать.

Не отставала от него и Аня, замечавшая недочеты уже с точки зрения студента, и тоже недовольно бурчавшая:

– Странно, Галина же заявила, что диссертацию она только пишет, а на обложке ее книги написано «доцент». И задачу как-то странно решили. Надо же хотя бы уточнить, что решение правильно лишь при положительных значениях переменных.

Меня все эти киноляпы не волновали. Единственное, что не давало покоя, это тайна отсутствия портретов и бюстов Сталина. Когда-то мне пришлось посмотреть по телевизору этот фильм, но в то время меня больше интересовала история вообще и культ личности в частности. И вместо того, чтобы следить за перипетиями сюжета, я высматривал признаки того самого культа и с удивлением их не находил. Теперь же загадка разрешилась. В моем времени безжалостная цензура вырезала все лишние кадры, которые здесь сохранились в первозданном виде. Портреты вождей находились на своем законном месте, так же, как в наше время в правительственных учреждениях висят портреты Президента.

Воздушные тревоги сеанс ни разу не прерывали, и впечатление от картины не испортили, так что вышли мы из кинотеатра полные эмоций, положительных, конечно. Правда, между нами разгорелся спор, правильно ли поступили герои картины, поменявшись девушками. Честно говоря, я таких поворотов событий от советского фильма не ожидал. Сначала герои влюблены в одних героинь, потом целуются уже с другими. Но, в конце концов, они же все неженатые и незамужние и могут делать, что хотят.

Видимо, окультуривать попаданца решили по полной программе, и на следующий день с утра меня повели смотреть мультфильмы. Чтобы оправдать присутствие взрослых дяденек на детском сеансе, нам вручили каких-то детей, скорее всего отпрысков работников органов, наказав им вести себя в кинотеатре хорошо. Однако оказалось, что внушение надо было делать мне, а не им.

Первым показывали мультфильм про Деда Мороза и Серого волка. Это мультик я не раз видел не только в детстве, но и позже, проводя время со своими племянниками. Но как же он разительно отличался по сюжету от нынешнего, черно-белого. Примерно как Ветхий Завет с его кровавыми войнами не похож на Новый, призывающий к всеобщей любви. В том мультике, который я помнил, растроганный волк даже пожалел бедного зайчишку, но здесь жалости места не было.

Начало было вполне ожидаемым. Злой волк переоделся Дедом Морозом, схватил зайку, сунул в мешок и унес. А вот дальше начались сюрпризы. Мороз-настоящий призвал оставшихся зайцев на помощь, и они бросились в погоню. После яростной схватки Лжемороза схватили, поставили на колени и связали. Но не успели ушастые отпраздновать победу, как оказалось, что пленник никакой не волк, а настоящий Дед Мороз, о чем он и сообщил им в грубой форме, не стесняясь в выражениях.

Конечно, потом Серого осадили в его избушке и заставили сдаться, причем сцена очень напоминала арест бандита. Впрочем, страна в лице доброго Мороза простила преступника и разрешила ему искупить свою вину работой на лесоповале, после чего волк был отпущен, ограничившись одной срубленной елочкой. Все правильно, дети с младых ногтей должны понимать, что за преступление положено наказание. Но мораль мультика заключалась не только в этом, но еще и в том, что закоренелым преступникам верить нельзя. Не успев отправиться на свободу с чистой совестью, враг зверей снова совершил покушение на убийство, и на этот раз приговор был суров. Рецидивиста убили на месте путем криогенной эвтаназии.

Видимо, некоторые комментарии я проговаривал вслух, потому что ординарец очень настойчиво попросил меня выйти из зала и больше мультфильмы не смотреть. Оставалось только порадоваться, что Зоя с Аней моей выходки не видели.

* * *

Вечером мы вполне чинно и мирно просмотрели боевую кинохронику в этом же кинотеатре, а потом, пользуясь небольшой оттепелью, допоздна гуляли по городу. Руководство госбезопасности против свиданий не возражало, и мне даже разрешили озвучить Жмыховым свою легенду про длительные загранкомандировки, чтобы они не удивлялись моим оговоркам. Узнав, что я долгое время жил в Америке, да еще на нелегальном положении, девушки стали выпытывать, кем я там работал, если не секрет.

– Много где, а в последнее время в банке.

– Ух ты, а чем там занимался?

– Ну, в последнее время, жилищными кредитам.