На пути "Тайфуна". А теперь на Запад - Александр Калмыков

– Дело в том, – начал объяснять майор, – что на днях было принято «Постановление о начале работ по освоению космоса».

– Не рановато ли, – усомнился я. – Впрочем, с учетом разработки Бомбы, ракетную отрасль тоже нужно развивать.

– Это, конечно, основная причина, – не стал отрицать очевидного Куликов. – Но целью программы все-таки является вывод в комическое пространство рукотворного аппарата. Королеву отвели на выполнение программы двенадцать-пятнадцать лет, плюс еще три-четыре года для подготовки пилотируемого полета. Затем восемь-десять лет, и на Луну. Писатели же, со своей стороны, должны заранее подготавливать общественность к этому событию.

Но мне не нужно было объяснять, насколько важно данное направлении литературы. До этого я и сам уже додумался, поэтому смог сильно удивить майора, с гордостью продемонстрировав набросок «Страны багровых туч», над которым корпел вчера полдня. Так как воспроизвести всю книгу невозможно в принципе, даже если прочитать ее только вчера, то я решил действовать следующим образом. Сначала наметил общий сюжет, затем максимально подробно описал технику будущего, такую как скафандр, вездеход, устройство космодрома и, наконец, сам космический корабль. Где можно, я пытался рисовать иллюстрации, хотя из моих эскизов трудно было что-нибудь понять. К этому скелету будущего произведения прилеплялось несколько диалогов и подробно расписанных эпизодов, чтобы литературные «негры» понимали, в каком стиле и в какой тональности им следует творить.

Но на неизбалованного фантастикой читателя в лице Куликова даже мой опус произвел сильное впечатление. Читая его, гэбэшник охал, восхищенно округлял глаза. Наконец, прослезившись над картинкой, где был изображен воздвигнутый на пьедестал «Мальчик», он выдал рецензию:

– Сильно. Представляю, каково было читать книгу в оригинале.

– Это только проба пера у Стругацких, – скромно заметил я, стараясь придать лицу невозмутимое выражение, хотя сам чуть не лопался от восторга. Еще бы, облагодетельствовал человечество таким шедевром. – А вот потом они развернутся.

– Послушайте, такое произведение надо как можно скорее дописать и издать. Только представьте: раненые бойцы в госпиталях будут читать о том, как наша страна в будущем осваивает космос. Война еще в самом разгаре, а тут в книге такие перспективы разворачиваются.

А что, и в самом деле. Война войной, но надо показать людям, что это лишь временные трудности. И что может быть лучшей темой, чем космические приключения. Но едва я размечтался, как майор вернул меня обратно на землю.

– Хотя нет, в ближайшие годы, к сожалению, книгу издать не получится. В ней же фигурируют урановая Голконда и радиоактивное излучение. Вот когда мы официально объявим об испытаниях своей Бомбы, тогда пожалуйста. Ну ничего, вы нам еще и не такие романы приготовите.

Еще немного полистав распечатки, майор наконец успокоился, и мы с ним начали обсуждать насущные вопросы литературы. Беседовали долго – и о будущем вообще и о том, какие направления фантастики следует развивать, в частности. Всякие там немнущиеся брюки, автоматические тракторы и солнечные электростанции вещи, безусловно, полезные, но второстепенные. Главное, чем стоило заняться нашим писателям, это популяризацией межпланетных и межзвездных путешествий. Нужно заразить молодежь романтикой космоса, чтобы лет через двадцать весь мир не только грезил о космических путешествиях, но и искренне считал их вполне возможными.

Фокус в том, что технически это так и есть. Если хотя бы часть расходов на вооружение в нашей истории была потрачена на космическую программу, то уже году к восьмидесятому можно было бы высадить экспедицию на Марс. Или построить постоянную лунную станцию, а то и две – нашу и американскую. Хотя, впрочем, американской станции на Луне не будет. Увы, но капитализм не позволит разбрасывать деньги на научные проекты. Прибыльные направления космонавтики, такие как связь, безусловно, будут развиваться, но выделять на бесполезную науку много средств никто не позволит. Да и те с оглядкой на военное применение. Например, в нашем мире телескоп Хаббл отдается в распоряжение ученых лишь тогда, когда американская армия не проводит крупные военные операции, а все остальное время он повернут к Земле, нацелившись на место боевых действий.

Обсудив темы будущих шедевров и кандидатуры наших писателей, способных их создать, я осторожно закинул удочку насчет зарубежных мастеров фантастики. Куликов мою мысль уловил мгновенно. Постоянная работа с конструкторскими бюро приучила его относиться к идее превосходства советской науки над зарубежной довольно скептически. Да, у нас есть хорошая техника, а в будущем будет еще лучше. Обильна русская земля талантами, как в науке, так и в творчестве. Но и за рубежом способные самородки встречаются отнюдь не реже, чем у нас. Увидев, что по этому вопросу мы достигли консенсуса, я достал из стола список зарубежных фантастов, составленный еще с вечера.

Куликов задумчиво глянул на задвинутый ящик, откуда я извлек листок, прикидывая, что интересного там еще прячется, и начал читать. К его нескрываемому облегчению, большинство будущих талантов писать еще не начали. Даже один из великой тройки писателей, Артур Кларк, пока выбывает. Его время придет не скоро. А вот творчество Хайнлайна и Азимова уже начинает потихоньку набирать обороты.

– Самый знаменитый из фантастов всех времен и народов, – начал я лекцию по литературоведению, – это, конечно, Озимов Исаак Юдович. Его серия «Основание» считается самым лучшим произведением всех времен и народов. Но проблема в том, что его еще в детстве увезли в Америку, он даже русский язык не знает. Вот если бы удалось уговорить его вернуться.

– Попробуем. А зарабатывать здесь он будут лучше, чем сейчас на родине. Вы же сами говорили, что товарищ Сталин считает неприемлемым тот факт, что у нас так мало писателей-миллионеров, и хочет, чтобы их стало больше. Родственники у Азимова тут остались?

– Да, кажется, живут в Ленинграде.

– Мы их найдем и попробуем воздействовать через них.

– Это в каком смысле воздействовать?

– Не пугайтесь, в самом хорошем. Ну ладно, на сегодня мы все вопросы решили. Вы отдохните хорошенько, Александр Иванович. Вечерком на танцы сходите. Для вас местные гэбэшники один клуб подобрали. Хороший такой, спокойный, где много людей из нашего ведомства. И там даже отопление работает. А вашу «Страну багровых туч» я покажу на самом верху. Уверен, она очень понравится. А что книга пока не увидит свет, то оно даже к лучшему, ведь за несколько лет текст очень тщательно обработают и отшлифуют. Это как самолет – чем дольше над ним работают, тем безупречнее получается конструкция.

* * *

Получив одобрение своей работе, я приободрился и решил, что действительно вечером стоит развеяться, раз уж все это так настойчиво советуют. Парадная форма у нас имеется, с простым вальсом я кое-как справлюсь, так что вперед, на танцы.

Леонова, правда, ждал небольшой облом. Героев Советского Союза в сорок первом было еще очень мало, поэтому, чтобы лишний раз не обращать на себя внимания, Золотую Звезду ему надевать не разрешили.