Биология добра и зла. Как наука объясняет наши поступки - Роберт Сапольски

Этот параграф я бы с удовольствием пропустил, но не могу. А все потому, что религия, безусловно, представляет собой самое значительное изобретение, определяющее культуру, мощнейший катализатор лучшего и худшего нашего поведения.

Когда в главе 4 я рассказывал о гипофизе, то решил, что свои личные чувства по отношению к нему имею право оставить при себе. Но применительно к данной теме я все-таки чувствую обязанность изложить свое мнение. Итак: я получил жесткое религиозное воспитание, соблюдал все предписания; я рос глубоко религиозным. Но в 13 лет что-то во мне переключилось, и все здание вероучения рухнуло. С тех самых пор все мое существо отвергает любую религиозность или невещественность природы; я скорее замечу разрушительные последствия какой-то религии, чем ее положительные результаты. Однако я с удовольствием общаюсь с верующими, рядом с ними я чувствую волнение и бываю растроган – и одновременно не понимаю, как они могут во все это верить. И мне тоже хочется так же пылко поверить, но не получается… Вот, все сказал.

Как уже говорилось в главе 9, мы создали невероятное разнообразие религий. Если мы рассмотрим только религии мирового масштаба, то заметим некоторые общие черты:

а) Каждое из вероучений одной своей стороной обращается к самому сокровенному, личному, индивидуальному, тогда как другая сторона соотносится с обществом в целом; мы скоро увидим, что это два разных инструмента, когда дело касается лучших и худших наших поступков.

б) Личное и общественное поведение ритуализировано внутри каждой религии; ритуалы становятся душевным прибежищем в тревожные времена, хотя массу тревог религия создает собственными силами.

Следованием религиозным предписаниям снижается беспокойство, и это совершенно логично, если вспомнить, что тревога связана с отсутствием контроля, предсказуемости и социальной поддержки, а также с невозможностью выразить чувства. Религия предлагает определенное объяснение порядку вещей (почему и что случается), придает смысл и целенаправленность происходящему, выдвигает присутствие некой сущности, для которой мы значимы и которая благоволит к нам, внимает людским мольбам и выборочно отвечает просьбам таких же, как мы. Неудивительно, что религия положительно влияет и на здоровье (это не считая поддержки общины, которая помогает снизить уровень алкоголизма и наркомании).

Вспомним роль передней поясной коры (ППК), которая бьет тревогу, распознав расхождения в ожидаемом и реальном положении вещей. Так вот, если расхождение не в лучшую сторону (реальное хуже ожидаемого), то у религиозных людей активация ППК ниже (показатели группы стандартизировались по личностным и когнитивным характеристикам). Есть и другие исследования, показывающие эффект снижения тревоги в результате регулярного исполнения религиозных ритуалов^{949}.

в) И наконец, все мировые религии делают упор на различие между Своими и Чужими, хотя каждая их них предъявляет разные требования для принятия в круг Своих и для поддержания «членства».

Мы знаем достаточно много о нейробиологии религиозности; существует даже журнал с названием Religion, Brain and Behavior («Религия, мозг и поведение»). Повторение заученных молитв активирует мезолимбическую дофаминовую систему. Если это импровизированная молитва, то возбуждаются зоны, связанные с моделью психического состояния, т. к. мы пытаемся угадать точку зрения божества («Богу хотелось бы от меня не только скромности, но и благодарности; нужно не забыть это тоже упомянуть»). Мало того: чем больше персонифицирован образ божества, тем выше активация областей, вовлеченных в обслуживание модели психического состояния. Вера в возможность чудесного исцеления глушит возбуждение (когнитивной) длПФК, не давая пробиться сомнению. Повторение знакомых ритуалов активирует участки коры, связанные с привычками и бессознательными оценками^{950}.