Биология добра и зла. Как наука объясняет наши поступки - Роберт Сапольски

Критическое замечание № 2. У однояйцовых близнецов окружающие условия сходны еще с эмбриональной жизни, а у двойняшек эмбриональные условия различаются, потому что у них две плаценты, а не одна (такая двойня называется дихориальной). В противоположность им около 75 % однояйцовых близнецов развиваются в общей плаценте (т. е. являются «монохориальными»)^[228]. Следовательно, однояйцовым эмбрионам-близнецам, как правило, достается одинаковое количество веществ из материнского кровотока, а разнояйцовым – нет, значит, будут различия в уровне материнских гормонов и питательных веществ. И если этого не учитывать, то высокая схожесть однояйцовых близнецов может быть ошибочно объяснена генами.

В различных исследованиях обращалось внимание на моно- и дихориальность однояйцовых близнецов. И в зависимости от этого параметра изучались интеллектуальные способности, личностные показатели и психические отклонения. С небольшим отрывом победили критики: бо́льшая часть данных подтверждает влияние плацентарного состояния на итоговые показатели личности. А значит, ведет к переоценке эффекта генов. Насколько сильна эта переоценка? Как сказано в одном обзоре, «она мала, но не пренебрежимо мала»^{418}.

Критическое замечание № 3. Вспомним о работах по приемным детям, взятым в семьи сразу после рождения. У них с биологическими родителями общие гены, а с приемными – окружающая обстановка. А как же влияние внутриутробной среды? О ней нельзя забывать. Ведь до своего рождения усыновленный малыш провел в животе у мамы девять месяцев! Кроме того, сперматозоиды и яйцеклетки могли эпигенетически повлиять на следующее поколение. И если не принять во внимание эти воздействия, то влияние «материнской» окружающей среды на плод будет ошибочно отнесено к генетическому.

Эпигенетические трансформации, которые передаются сперматозоидами, можно считать не особенно важными. Но никак нельзя отбросить результаты воздействия внутриутробных условий и эпигенетического влияния материнского организма – они могут быть колоссальными. Так, изучение последствий голодной зимы в Нидерландах (1944 г.) позволило доказать, что плохое питание матери в третьем триместре беременности увеличивает риск некоторых заболеваний у ее уже ставших взрослыми детей больше чем в 10 раз (эта закономерность так и называется – феномен голландской голодной зимы).

Данный параметр можно тоже учесть. Примерно по половине генов наследуется от матери и отца, но внутриутробное влияние идет только от мамы. Таким образом, признаков, общих с биологической мамой, должно быть больше, чем с биологическим папой. Данные, подтверждающие это предположение, будут свидетельствовать против генетического влияния^[229]. Было несколько работ, в которых такая возможность проверялась, в частности, для наследственного компонента шизофрении: в исследованиях на близнецах показано, что внутриутробное влияние незначительно.

Критическое замечание № 4. В работах по исследованию приемных детей предполагается, что у детей и приемных родителей разные гены и сходная среда^{419}. Это предположение становится мощным средством для установления истины только в том случае, если дети усыновляются безвыборочно, случайным образом. Но агентства по усыновлению действуют совсем не так, они стремятся устроить детей в семьи той же расовой или этнической принадлежности, что и у их биологических родителей (подобную политику поддерживает Национальная ассоциация чернокожих социальных работников и Лига детского здоровья)^[230]. Так что дети и приемные родители приобретают за счет этого некоторое количество генетической общности, поднимая ее выше уровня случайного сходства. И если этого не учитывать, то добавочное сходство будет ошибочно отнесено к влиянию окружающей среды.

Ученые не спорят, что и в самом деле есть некоторая выборочность, но действительно ли это важно? Пока вопрос остается без ответа. Однако в бушаровских исследованиях близнецов, разделенных после рождения, учитывались и культурные, и материальные условия, и даже техническое оснащение в домах, где они воспитывались. Получилось, что сходство этих факторов, а следовательно, и выборочность в распределении приемных детей по семьям дает в итоге очень мало. К такому же выводу, сделанному на основе обобщения обширных данных, пришли и Кендлер, и Роберт Пломин из Королевского колледжа Лондона – еще один лидер в области генетики поведения.