Марш Смерти Русского охранного корпуса - Андрей Самцевич

Спустя неделю в приказе по 3-му полку оберст Борис Гонтарев отметил «исключительную доблесть и выдержку» в бою фельдфебеля конного взвода полка Александра Гарденина и стрелка Георгия Панаглюка, которых он представил к Железным крестам II класса. За ночь погибли пять (включая командира конного взвода 3-го полка лейтенанта Владимира Леонтьева) и получили ранения 11 шуцкоровцев^[873].

10 октября один из батальонов Ибрского отряда подорвал, обстрелял и забросал гранатами шедший из Кральево в Рашку поезд. Среди раненых был и возвращавшийся из лазарета командир III батальона 5-го полка майор Евгений Шелль ^[874].

В течение месяца, на фоне общей обстановки, ситуация для шуцкоровцев продолжала ухудшаться. В качестве примера приведем донесение командира 6-й роты 2-го полка гауптмана Евгения Христофорова, 21 октября сообщавшего о критическом положении подразделения. Накануне вечером станция в Богутовачкой Бане была без предупреждения оставлена немецкими частями, а русский гарнизон в 30 человек без тяжелого вооружения был не в состоянии удерживать ее. Его командир просил прислать пару самоходных зенитных орудий. Рота численностью 150 человек была рассосре-доточена по бункерам и двое суток не имела ни снабжения, ни железнодорожной связи с Кральево и Ужице. Бункер № 131 уже четыре дня находился под обстрелом повстанцев, а сербские агенты докладывали о намерении двух партизанских бригад атаковать село^[875].

Эвакуация войск из Греции изменила положение частей РКвС в долине Ибра: 22 октября они были объединены в рамках БГ под командованием оберста Гонтарева и получили задачу принять участие в очищении от партизан пути эвакуации от Рашки до Сараево. Все силы были переформированы в сводный полк в составе четырех батальонов (в том числе запасной, 2 ноября выведенный из его состава с подчинением штабу БГ) под командованием оберста Анатолия Рогожина. При этом семь рот и три тяжелых взвода 5-го полка, а также остатки III батальона 4-го были сведены в I и II батальоны, а 5-я, часть 7-й роты, тяжелый взвод II батальона 2-го полка и две учебные роты 3-го – в III. Во всех трех было по четыре роты, в том числе одна – тяжелая. Трехротный запасной батальон составили оставшиеся силы 2-го и 3-го полков. Две полковые роты (артиллерийская и противотанковых орудий), а также конный, саперный и связной взводы были созданы путем объединения соответствующих подразделений 3-го и 5-го полков^[876].

25 октября I батальон выступил из Рашки. Кроме него в первый эшелон БГ «Шойерлен», призванной расчистить путь на Сараево, вошли полицейский батальон «Нови-Пазар» и полк «Бёмер» – два частично моторизированных батальона, укомплектованных наземным персоналом и связистами Люфтваффе. Полк имел на вооружении авиапулеметы, но не располагал ни одним минометом. Артиллерийскую поддержку оказывали две зенитные батареи – 20-мм железнодорожная и 88-мм армейская. В качестве саперов действовал железнодорожный отряд. За ними двигались еще шесть батальонов (два переброшенных из Греции полицейских, два полевых и запасной РКвС, и практически не готовый к боевым действиям железнодорожный), а замыкал колонну охранный полк оберста Августа Риттера фон Эберлейна – два немецких охранных и один северо-кавказский батальоны^[877].

Основной проблемой на марше служили разрушенные однополосные дороги в горных теснинах, где колонны растягивались на огромные расстояния. Активность партизан в первые дни была низкой, но ситуация изменилась после перехода на территорию Санджака, входившего на тот момент в состав Королевства Черногория – в районе реки Лим повстанцы попытались преградить путь отступавшим. Частям прикрытия пришлось вступить в бой со всеми силами 37-й дивизии НОАЮ, которая, после взятия 29 октября немцами Приполья, развернула III Санджакскую бригаду на противоположном берегу реки, а силами IV и V Санджакских угрожала переправе с севера и северо-запада ^[878].

Через реку переправился полк «Бёмер», отбивавший у партизан одну высоту за другой. На восточном берегу из Приполья на Бистрицу наступал русский батальон, а полицейский полк (сформированный из упоминавшихся выше трех полицейских батальонов) безуспешно атаковал гору Златар^[879]. Бои носили крайне ожесточенный характер, повстанцы постоянно переходили в дневные и ночные контратаки. Штаб V партизанской бригады ежедневно победно докладывал о сотнях убитых и раненых со стороны противника и захвате больших трофеев (легких минометов, ручных и тяжелых пулеметов), которые, однако, почему-то почти никак не сказывались на увеличении вооружения частей, что представляется крайне странным при высочайшей интенсивности боев. Собственные потери только за 31 октября, 1,2, 5 и ночь на 6 ноября они оценивали в 11 убитыми (включая комиссара бригады и командира 4-го батальона) и 26 ранеными (в том числе командира 2-го батальона)^[880].

В результате длившихся с 31 октября по 5 ноября боев I батальон смог взять село Быстрица, где оставался до 12 ноября. Известно, что в этих боях погиб лейтенант Владимир Березин и получил ранение обер-лейтенант Зуземиль. Кроме того, среди захороненных на военном кладбище в Приполье известны военнослужащие Иван Пашанов (умер 10 ноября в полевом лазарете 6/592) и Михаил Чуб ^[881].