Волк с Уолл-стрит - Джордан Белфорт

Спустя пять минут я помочился в стаканчик, думая о том, почему Джо Фамегетти, мой адвокат, сказал, что мне не следует волноваться, даже если тест на наркотики даст положительный результат.

Я сидел на полу своей камеры, когда полицейский вернулся и сказал:

– Итак, мистер Белфорт, могу вам сообщить – если вам это, конечно, интересно, – что тест дал положительную реакцию на кокаин, метаквалон, бензодиазепин, амфетамины, а также на экстази, опиаты и марихуану. Единственное, чего у вас в крови не обнаружено, так это галлюциногены. А в чем проблема, собственно? Вам что – не нравятся галлюциногены?

Одарив его убийственной улыбкой, я ответил:

– Позвольте мне кое-что сказать вам, офицер. Что касается всей этой истории с ДТП, вы арестовали не того человека. Что же касается теста на наркотики, мне плевать на его результаты. У меня болит спина, и все, что я принимаю, прописано мне врачом. Так что отвали от меня!

Коп в изумлении уставился на меня. Потом взглянул на часы и, пожав плечами, сказал:

– Ну, в любом случае, для ночного суда уже поздно, так что придется везти вас в центральный приемник в округ Нассо. Вряд ли вам раньше приходилось там бывать.

Мне очень хотелось послать этого жирного ублюдка подальше, но я лишь отвернулся и закрыл глаза. Приемник округа Нассо был настоящим адом, но что я мог поделать? Я взглянул на настенные часы – было почти одиннадцать. Боже! Мне придется провести ночь в тюрьме! Какой ужас!

Я снова закрыл глаза и попытался заснуть, но вдруг услышал свое имя. Я встал и увидел странное зрелище – за прутьями решетки стоял лысый старик в полосатой пижаме и смотрел на меня.

– Вы Джордан Белфорт? – раздраженно спросил он.

– Да, а вы кто?

– Я судья Стивенс, друг вашего друга. Считайте это формальным предъявлением обвинения. Полагаю, вы бы хотели отказаться от права на адвоката, так? – и он многозначительно подмигнул мне.

– Да, – с готовностью ответил я.

– Хорошо, я принимаю это как ваше заявление о невиновности, в чем бы вас ни обвиняли, и отпускаю вас под обязательство явиться по вызову в суд. Позвоните Джо, чтобы узнать дату судебного заседания.

Сказав это, он улыбнулся, повернулся и ушел.

Спустя несколько минут у дверей полицейского участка меня ждал Джо Фамегетти. Даже ночью он был одет как первоклассный денди: безупречный темно-синий костюм и галстук в полоску. Волосы с сильной проседью были тщательно уложены. Я улыбнулся и жестом попросил подождать одну минуту. Потом вернулся в участок и обратился к толстяку полицейскому:

– Прошу прощения!

– Да? – повернулся он ко мне.

Я показал ему средний палец и сказал:

– Видел?

Уже в машине по пути домой я сказал своему адвокату:

– Джо, тест показал положительную реакцию на все мыслимые наркотики. Я по уши в дерьме!

– Зачем так волноваться? – пожал тот плечами. – Ты думаешь, я дал тебе неправильный совет? Тебя ведь не схватили прямо за рулем машины? Так как же они докажут, что эти наркотики уже были у тебя в крови, когда ты вел машину? А может, ты пришел домой и только тогда принял буквально пару таблеток и нюхнул кокаина – совсем чуть-чуть? Нет ничего противозаконного в том, что в твоей крови нашли наркотики. Хранить наркотики – вот что противозаконно. Могу поспорить, что твой арест будет признан неправомерным уже на том основании, что Надин не давала полицейским разрешения войти на территорию частной собственности. Тебе придется всего лишь возместить ущерб, причиненный другой машине, – тебя обвинят только в одном ДТП, поскольку в остальных шести случаях им не удалось найти свидетелей. И еще откупиться от женщины, которой ты сломал руку. Все это обойдется тебе не больше чем в сотню тысяч долларов.

И он пожал плечами, словно говоря: «Сущие пустяки!»

Я кивнул, потом спросил:

– А где ты нашел этого странного старика-судью? Он явился как настоящий спаситель!

– Тебе не нужно об этом знать, – ответил мой адвокат, утомленно прикрыв глаза. – Скажем так, он друг твоего друга.

Весь оставшийся путь прошел в молчании. Когда мы подъехали к дому, Джо сказал:

– Твоя жена в постели, она пережила сильное потрясение. Так что будь с ней поласковее. Она проплакала несколько часов, но, думаю, сейчас уже успокоилась. Приезжал Бо, он очень помог. Он уехал минут пятнадцать назад.

Я молча кивнул.

– И помни, Джордан: сломанная рука срастется, а вот воскресить мертвого никому не под силу. Понимаешь, о чем я?

– Да, Джо, понимаю, но это такой вопрос… Все равно, в любом случае я сыт всем этим по горло и теперь уж завязал навсегда.

Мы пожали друг другу руки и на этом расстались.

В спальне наверху я нашел Надин. Склонившись над ней, я поцеловал ее в щеку, потом быстро разделся и юркнул под одеяло. Мы молча смотрели на белый шелковый балдахин над кроватью. Наши голые тела соприкасались плечами и бедрами. Я взял ее руку и сжал в своих ладонях.

– Я ничего не помню, Надин, – тихо сказал я, – сразу потерял сознание. Я думаю, что…

– Ш-ш-ш-ш… ничего не говори, милый, – перебила она меня. – Просто лежи и отдыхай.

Она сильнее сжала мою руку. Так мы молча лежали, как мне показалось, довольно долгое время.

– Я больше не буду, Надин, клянусь. На этот раз я говорю совершенно серьезно. Если это не божий знак, то что же? – Я снова нежно поцеловал ее в щеку. – Но нужно что-то делать с моей спиной. Я не могу больше жить с этой болью. Это невыносимо. Это мешает мне жить. – Сделав глубокий вдох, я попытался успокоиться. – Я хочу поехать во Флориду, проконсультироваться с доктором Грином. У него там клиника болезней позвоночника, и процент излечившихся весьма высок. Но что бы ни случилось, я обещаю тебе, что навсегда покончил с наркотиками. Я знаю, что кваалюд – это не панацея, я знаю, что все кончится катастрофой.

Герцогиня повернулась на бок, чтобы посмотреть мне в лицо, положила руку мне на грудь и нежно обняла. Потом сказала, что любит меня. Я поцеловал ее светловолосую головку и с наслаждением ощутил ее запах. Потом я сказал, что тоже люблю ее и чувствую себя очень виноватым перед ней. Я обещал ей, что такое больше никогда не повторится.

И так оно и было бы. Зато случилось нечто гораздо худшее.