"Ахтунг! Покрышкин в воздухе!". "Сталинский сокол" №1 - Евгений Полищук

В октябре бои под Мелитополем разгорелись с новой силой. Особенно упорными они по-прежнему были в районе Большого Токмака. 16-й полк часто менял в это время свою дислокацию, прикрывая то войска, штурмующие Мелитополь, то своих старых друзей – конников Кириченко, наступающих в направлении станции Пришиб. 23 октября Мелитополь был взят, фронт прорван.

Во время очередного перебазирования полка Исаев, самостоятельно пилотируя «Ут-2», при посадке дал такого «козла», что самолет после удара колесами об землю подскочил в очередной раз и перевернулся. Летевший с ним инженер полка Копылов отделался легкими ушибами, а самого командира врачи увезли в госпиталь. Таковы были на фронте последствия боязни летать и потери летных навыков.

На место происшествия очень быстро прибыл комдив Дзусов. Выслушав доклад Покрышкина, он подумал и сказал:

– Значит, Исаев в госпитале. И, видимо, надолго туда попал. Что ж, давай принимай полк и командуй!

Узнав о приказе комдива, все летчики дружно потянулись к штабной землянке. Крепким рукопожатием и простыми, сказанными от чистого сердца словами, они выражали свою радость и готовность во всем поддержать «своего Сашу».

Новая должность – исполняющий обязанности командира полка – возлагала на Александра большую ответственность, и он это прекрасно понимал. Но размышлять особенно было некогда, надо было действовать. Наши войска, преодолев оборонительные рубежи противника в районе Большого Токмака, возобновили наступление, и штаб дивизии потребовал обеспечить прикрытие с воздуха наступающих войск. Боевые группы одна за другой подымались в воздух.

Зато вечерами, как в старые «ивановские времена», каждая эскадрилья садилась в столовой за свой стол. Ужин начинался с краткого слова исполняющего обязанности командира полка, в котором, отметив, как прошел очередной рабочий день, он хвалил лучших, называл имена героев. Бессменный Масленников обеспечивал музыку. Все понимали, что они собирались, чтобы после напряженной боевой работы укрепить свой дух, поднять настроение, поддержать раненых, поздравить тех, кто завоевал боевую славу.

Освободив почти всю Северную Таврию, Южный фронт, переименованный в 4-й Украинский, с 20 октября, блокировал противника в Крыму с суши.

Герой Советского Союза генерал-лейтенант Тимофей Хрюкин, один из самых молодых и талантливых командующих воздушной армией в Военно-воздушных силах страны, стремительно вышел из кабинета командующего фронтом Толбухина и энергичным шагом направился к выходу из штаба.

Этот невысокий, плотно сбитый любимец Сталина делал все так быстро, что даже его адъютант, молодой, крепкий лейтенант, не всегда за ним поспевал.

Вот и сейчас, «проспав» выход своего начальника из кабинета командующего фронтом, он бросился за ним бегом и вскочил на заднее сиденье «Виллиса», что называется, в последнее мгновение.

– На аэродром! – коротко бросил Хрюкин шоферу и, повернувшись к адъютанту, приказал: – Позвонишь в 16-й. Он только что перебазировался в Асканию-Нова. Сообщишь, что я вылетаю. Сам останешься на аэродроме и будешь ждать моего возвращения.

– Есть позвонить и ждать вашего возвращения.

К концу октября советские войска, очистив от немцев Таврию, устремились к Крыму. Конный корпус генерала Кириченко во взаимодействии с другими частями вышел к Перекопу. Встречными ударами немцы на некоторое время задержали продвижение конников, но части генерала Крейзера, сломив сопротивление гитлеровцев, форсировали Сиваш и захватили большой плацдарм в северной части полуострова.

Конники и пехотинцы повторяли путь героев Гражданской войны. Как их отцы и деды, шагая по грудь в холодной сивашской воде, таская на своих плечах ящики со снарядами и патронами, они бесстрашно продвигались вперед. По ним била немецкая артиллерия, их бомбили тяжелыми фугасами «юнкерсы», но они, шаг за шагом, упорно продвигались к плацдарму.

Генерал армии Толбухин потребовал от авиаторов во что бы то ни стало прикрыть Сиваш с воздуха и оказать помощь штурмовиками наступающим войскам.

Сидя в задней кабине легкого «По-2», рассеянно наблюдая за барражирующей вверху четверкой «Яков» сопровождения, Хрюкин размышлял о предстоящем разговоре. Он летел в полк, которым временно командовал известный летчик, настоящий ас, дважды Герой Советского Союза, более того, любимец командующего ВВС Новикова.

Но как он проявит себя в новом качестве, сможет ли справится со столь ответственным заданием – вот что беспокоило генерала. Он хотел сам познакомиться с полком и его командиром, посмотреть, как там налажены дела, и, если понадобится, оказать помощь на месте.

«Говоришь, он молодой, – мысленно спрашивал себя генерал. И, словно желая рассеять все свои сомнения, сам же себе отвечал: – А сам-то ты что, старый? Вспомни, как ты начинал».

Действительно, в двадцать шесть лет он добровольцем отправился в Испанию, водил там на бомбежку фалангистов группы наших бомбардировщиков. В тридцать девятом попросился в Китай, бомбил там самураев, участвовал в сверхдальних, сопряженных со смертельным риском полетах на бомбежку Формозы, потопил однажды японский авианосец, и ничего. Бог не выдал и свинья не съела.

После Китая, даже не дав отдохнуть, ему приказали принять полк под Ленинградом. А там началась война с белофиннами. Окончил ее он командиром дивизии. Нынешнюю войну встретил командующим 12-й воздушной армией, и встретил достойно. В первый же день войны его летчики сбили тринадцать вражеских самолетов.

Потом был Карельский фронт, а в августе сорок второго, в самый трудный для страны период войны, по приказу Новикова он принял командование 8-й воздушной армией в Сталинграде. Никогда не забыть ему 23 августа, когда более двух тысяч немецких бомбардировщиков бомбили город. И он, собрав волю в кулак, твердо руководил своими немногочисленными частями. Именно там, в Сталинграде, он приобрел известность как мужественный, стойкий и выдержанный командир.

Так почему же новый комполка не справится с ответственным заданием?

За этими размышлениями незаметно пролетело время. «По-2» плавно пошел на посадку. Еще с воздуха Хрюкин успел заметить строй полка, вытянутый перед стоянками машин.