Солдат. Политик. Дипломат. Воспоминания об очень разном - Николай Егорычев

Уже с первых дней вступления в силу женевских договоренностей стало очевидно, что Исламабад фактически официально занял позицию полного игнорирования своих женевских обязательств. Вмешательство с пакистанской территории во внутриафганские дела после 15 мая не только не прекратилось, но даже и усилилось. Судя по всему, Пакистан хотел иметь удобное для себя правительство в Кабуле и руководствовался своими планами региональной экспансии в западном направлении, намерением сделать Афганистан частью «Великого Пакистана». Сказывалась его привязка и к стратегическим планам США. Поставки оружия увеличились в несколько раз.

Глубокое осуждение вызывала и позиция США – одного из гарантов Женевских соглашений. Только в течение первых трех месяцев после 15 мая США поставили вооруженной афганской оппозиции оружия на сумму в несколько сот миллионов долларов. Видимо, США делали ставку на приход к власти в Афганистане антикоммунистических, антисоветских сил и образование с их помощью широкого исламского «пояса враждебности» по всему периметру южной границы СССР, перенос идеологической, националистической и другой заразы на нашу территорию.

Саботаж Женевских соглашений со стороны Пакистана и США провоцировал военную активность афганской контрреволюции. Непримиримая часть афганской оппозиции была настроена на решительную борьбу за власть. Претензии Гульбеддина – одного из лидеров «Альянса семи» – простирались даже на советскую Среднюю Азию.

Нарушение Женевских соглашений со стороны Пакистана, США и других стран сопровождалось беспрецедентным усилием антиафганской и антисоветской кампании со стороны западных средств массовой информации. Ими была развернута крупномасштабная психологическая война в целях дискредитации шагов афганского руководства.

В различных слоях населения страны силы контрреволюции пытались создать атмосферу неуверенности в отношении способности правительства РА эффективно проводить в жизнь политику национального примирения. Усиленно насаждались слухи о неминуемом падении «кабульского режима» вслед за выводом ОКСВ из Афганистана.

Широкий размах приобрела пропагандистская работа непримиримой оппозиции непосредственно среди афганского населения. В ряде провинций эту работу вели специальные группы, в состав которых входили и иностранные советники. Эти группы проводили беседы с племенными авторитетами, с командирами перешедших на сторону государственной власти бандформирований, с религиозными деятелями и другими слоями населения. На этой основе ими были выработаны рекомендации по усилению эффективности контрреволюционной пропаганды. Спецгруппы особенно активно действовали в пограничных с Пакистаном провинциях. Руководители бандформирований получили указание усилить агитационно-пропагандистскую работу в подразделениях вооруженных сил РА с целью их разложения. В этой связи наблюдалось некоторое увеличение дезертирства.

Усиливались и враждебные проявления по отношению к советским гражданам и военнослужащим Советской армии. К сожалению, афганская сторона весьма неактивно, неубедительно, на низком идеологическом уровне вела контрпропагандистскую работу.

Для принятия эффективных ответных мер в посольстве была сформирована рабочая группа из представителей всех организаций, имеющих отношение к информации. В сотрудничестве с афганскими средствами массовой информации очень быстро ей удалось разработать и осуществить ряд контрпропагандистских мер в печати, на радио и телевидении Афганистана, наладить ежедневную оперативную информацию соответствующих советских пропагандистских органов, что помогало сбить напор дезинформации и откровенной клеветы со стороны Запада.

Наряду с подготовкой соответствующих пропагандистских материалов в связи с Женевскими соглашениями и выводом ОКСВ, мы особо подчеркивали незыблемость принципиальной позиции СССР в отношении этой страны, то есть наш курс на всемерное развитие и углубление традиционных связей с Афганистаном в политической, социально-экономической и гуманитарной областях.

Это диктовалось необходимостью не допустить возможности распространения среди общественности страны мнений о том, что СССР якобы бросает Афганистан на произвол судьбы. Подобный тезис, вполне вероятно, мог бы явиться одним из главных направлений враждебной СССР и правительству РА пропаганды извне.

Заметную роль в борьбе с идеологической диверсией западных СМИ сыграла работа советника М. А. Конаровского и представителей политорганов ОКСВ с большими группами западных журналистов, прибывших на празднование десятилетия Апрельской революции, а затем в связи с началом вывода первой группы советских войск 15 мая 1988 года.

Очень интересно и полезно в Кабуле в апреле прошла также Конференция «круглого стола», организованная АН СССР. В конференции участвовали крупные общественные деятели СССР, США и Афганистана. Советскую делегацию возглавлял академик Е. М. Примаков.

В связи с выводом из Афганистана советских войск активно начала работать оперативная группа под руководством советника посольства Г. И. Петрова. В задачу группы вошли вопросы сокращения численности советских специалистов в Афганистане, а также обеспечения безопасности остающихся советских граждан в условиях нарастания активности диверсионно-подрывной деятельности мятежников, усиления интенсивности ракетных обстрелов Кабула и других городов страны. Советник-посланник Ю. Ф. Чубаров возглавил всю координацию экономической помощи, включая доставку грузов от советской границы к местам назначения.

Одним словом, период работы посольства после заключения Женевских соглашений был весьма напряженным и насыщенным. Хочу подчеркнуть при этом, что все сотрудники посольства, да и других советских организаций в Афганистане трудились в то время с особым подъемом и чувством ответственности. Рабочий день продолжался от зари до зари, выходных почти не было. Люди вынуждены были в основном находиться в местах работы или проживания, так как выход в город был опасен. На территории посольства пришлось оборудовать убежища, отрыть щели для укрытия людей на случай обстрела. Дети и женщины уехали в Союз.