НКВД и СМЕРШ против Абвера и РСХА - Анатолий Чайковский

Схемы, мощность и диапазон волн радиостанций в основном такие же, как в известных чемоданных и портфельных батарейных станциях.

Изложенное сообщается для ориентировки и задержания подозрительных в этом отношении лиц».

Стремясь как можно надежнее обезопасить агентуру от задержания после десантирования, абверкоманды (абвергруппы), а затем и их коллеги из РСХА агентов и диверсантов стали отправлять в бомбардировщиках. Под прикрытием бомбовых ударов по тыловым советским объектам их сбрасывали в заранее обусловленных районах. Для доставки агентуры использовалась и авиация, распространяющая листовки, другие пропагандистские материалы[113]. Практиковалось десантирование агентов и в разных местах по маршруту следования самолетов. Особенно ценные из них за линию фронта доставлялись под прикрытием нескольких ложных вылетов, агентов-«пустышек»[114]или с посадкой специально оборудованных самолетов, как, например, это было с агентом Шило-Тавриным.

В 1942 г. заметно выросли численность и состав забрасываемых диверсионно-разведывательных формирований. Нередко они насчитывали три, четыре, десять и более человек. В отдельных случаях линию фронта стали пересекать крупные диверсионные подразделения: «Из материалов следствия устанавливается, – сообщалось в упоминаемой докладной на имя Г. Жукова, – что немцы применяют следующие виды переброски агентуры: на транспортных самолетах по 9—10 человек; переброски агентуры в санитарных машинах под видом раненых красноармейцев; групповые переброски по 5—10 человек под видом военнослужащих, выходящих из окружения; внедрение массовой агентуры (отдельными подразделениями) в наши части, попавших в окружение с последующим созданием условий для выхода этих частей из «кольца»; переброски под видом беженцев. Вышеизложенное является только лишь частью методов и приемов, которые применяют германские разведорганы в борьбе с нами».

«25 февраля 1942 г., – отмечалось в свою очередь в спецсообщении Особого отдела 61-й армии, – на ст. Веженка, расположенную в 7 км от г. Белева, под командованием лейтенанта РККА Карнаух прибыла группа бывших военнопленных в составе 10 человек. Явившись в комендатуру, Карнаух сообщил, что он является командиром диверсионной группы, созданной немцами из военнопленных и переброшенной в расположение советских войск с целью совершения диверсий на железных дорогах.

В подтверждение своего заявления Карнаух представил комендатуре 9 бывших военнопленных, одетых в красноармейскую форму, каждый из которых имел на руках по две мины…, вооружен винтовкой и 60 патронами… После сдачи мин, оружия и документов все участники диверсионной группы были этапированы в г. Белев, а из последнего в следственную часть ОО НКВД 61-й армии, где и были допрошены».

Сообщения о появлении в расположении советских войск и прифронтовых районах крупных разведывательно-диверсионных формирований появлялись и позже. В некоторых из них насчитывалось от 20 до 100 и даже 300 диверсантов. Маскировались они под маршевые, саперные и санитарные подразделения Красной Армии, похоронные и трофейные команды и т. д. «7 марта с.г. (1942. – Авт.), – отмечалось в директиве НКВД СССР, – в районе действий 61-й армии Западного фронта … задержана группа активных агентов германской военной разведки в количестве 22 военнослужащих, находившихся в плену у немцев… Возглавлявший группу разведчиков бывший младший лейтенант Красной Армии Москалев получил от Фурмана (Юльюш Фурман – кличка «Фишер», капитан Абвера, сотрудник абвергруппы 107. – Авт.) задание вести наблюдение за передвижением частей Красной Армии на участке фронта Сухиничи – Белево – Ульяново…

В течение месяца (с 12-го февраля с. г.) немецкие разведчики действовали вблизи фронта под видом подразделения наших войск, имели при себе … красноармейские книжки и грубо сфабрикованные фиктивные документы в виде (войсковой) части № 1319 о том, что подразделение из 20 бойцов направляется в районы 154, 325 и 340-й дивизий для выполнения оперативных заданий, свободно разъезжали группой на 6 санных упряжках, собирали шпионские сведения и передавали их по радио в Брянск».

Подчеркивалось, что данный факт свидетельствует о слабой работе особых отделов «по налаживанию агентурно-оперативной работы, заградительной службы, не организована тщательная проверка документов и не принимаются достаточно решительные меры к задержанию и фильтрации подозрительных лиц».

В мае того же 1942 г. на Западном фронте в район расположения соединения под командованием генерал-лейтенанта П. А. Белова Абвер с участием отдела «Иностранные армии Восток» под видом подразделения советских войск перебросил диверсионный отряд численностью свыше 300 человек. Задача диверсантов заключалась в захвате командования и штаба корпуса, внесении дезорганизации в управление и открытии участка фронта для прорыва основных немецких сил. Замысел противника удалось вскрыть благодаря благоприятному стечению обстоятельств, а также опыту фронтовых контрразведчиков. Большая часть диверсионного отряда была уничтожена в ходе боя, другая захвачена в плен. Результатом проведенной операции стала и очередная ориентировка Особого отдела НКВД об используемых противником ухищрениях.

Тогда же Особый отдел союзного наркомата информировал начальников фронтовых особых отделов, военных округов и спецлагерей по фильтрации окруженцев о выявлении в полосе трех фронтов (Западного, Брянского и Юго-Западного) «группы активных агентов германской разведки» в составе 11 человек. Их особенностью было то, что практически все они до пленения и вербовки занимали ответственные командные посты – командира полка, батальона, роты, помощников начальников отделов дивизии, связи авиабазирования и т. д. Их арест произошел лишь тогда, когда «в соответствии с заданием немецкой разведки (они) проникли на командные должности в Красную Армию».

Активизация немецких спецслужб особенно усиливалась при планировании и осуществлении Вермахтом крупных наступательных или оборонительных операций. Подобное наблюдалось при обороне Киева, Одессы, Севастополя, Ленинграда, Москвы, при попытке захватить Кавказ, в период Сталинградской и Курской битвы, форсирования Восточного вала и позже.

В течение только нескольких дней декабря 1942 г. в тылы Юго-Западного, Воронежского, Донского и Сталинградского фронтов усилиями лишь 202 абверкоманды было заброшено 79 разведчиков, диверсантов и радистов, среди них находились опытные агенты «Стародуб», «Демченко», «Лагнов», «Септовский», «Осипенко». Наряду с разведывательными и диверсионными заданиями, перед отдельными диверсантами ставились задачи террористического характера. Такое поручение, в частности, имел бывший младший лейтенант Зайцев из 2-го кавалерийского корпуса. Жертвой должен был стать его командир генерал-полковник П. А. Белов.