История человечества в великих документах  - Кирилл Бабаев

«Банк [МБРР] и его служащие не могут вмешиваться в политику кого-либо из стран-членов и не могут находиться под влиянием политики стран-членов в своих решениях. Только экономические соображения будут руководить их решениями, и соображения эти будут беспристрастно оцениваться с точки зрения достижения целей».

Советская и позже российская историография чаще негативно оценивает Бреттон-Вудские соглашения и хвалит Сталина за отказ от их ратификации в декабре 1945 г. Однако сложно сказать, верна ли эта позиция. Ведь даже в мире, где правит доллар, сложно было бы представить, что СССР превратился бы в сателлита США, вроде Западной Германии. Напротив, участие СССР в мировой финансовой системе могло бы создать настоящий глобальный баланс сил и интересов вместо американского владычества, которое мы наблюдаем в финансовом мире по сей день. В капитале МБРР Советскому Союзу было отведено всего 13 % акций (размер квоты определялся весом страны в мировой экономике), это верно, однако с ростом социалистического лагеря, победой коммунизма в Китае, появлением сочувствующих СССР стран «третьего мира» доля акций, контролируемых СССР, могла бы достичь и паритета с США, что позволило бы нашей стране играть важнейшую роль в мировых финансах. Этот шанс был упущен.

История пошла по иному пути. Отказ от взаимного сотрудничества СССР и США приведёт к холодной войне. Кредит, предназначенный Рузвельтом и Уайтом для СССР, достанется Англии и ФРГ, и Фултонская речь Черчилля (см. Документ № 84) станет благодарностью за него. Советский Союз примется строить свою альтернативную финансовую систему – недолговечную. После её краха доллар на некоторое время станет главной неформальной валютой России и окончательно завоюет мир.

Бреттон-Вудская система золотовалютного стандарта доживёт до 1970-х годов, после чего финансисты постепенно откажутся от жёстких курсов и привязки к золоту. Однако доллар остаётся лидером в мировых финансовых расчётах по сей день, а основные международные организации – Всемирный Банк, ВТО и МВФ – в основном контролируются Соединёнными Штатами.

Документ № 83
Акт о военной капитуляции (1945 г.)

• окончание Великой Отечественной

9 мая 1945 года, в час ночи по московскому времени, из-за стола, за которым будет закончена последняя мировая война в Европе (но пока не завершена тихоокеанская), поднялся маршал Жуков. Самый важный документ XX столетия лежал на столе прямо перед ним, а представители побеждённой Германии (уже 8 дней как не гитлеровской), готовые подписать его, ждали своей участи в коридоре перед дверью в актовый зал военно-инженерного училища в пригороде Берлина Карлсхорсте.

1. Мы, нижеподписавшиеся, действуя от имени Германского Верховного Командования, соглашаемся на безоговорочную капитуляцию всех наших вооруженных сил на суше, на море и в воздухе, а также всех сил, находящихся в настоящее время под немецким командованием, – Верховному Главнокомандованию Красной Армии и одновременно Верховному Командованию Союзных экспедиционных сил.

К этому моменту Германия уже успела один раз капитулировать – акт об этом был подписан ещё утром 7 мая во французском Реймсе. Сталин был страшно недоволен этим: почему в Реймсе, а не в Берлине, столице поверженного Рейха, освобождённой Красной Армией? Почему западные союзники в одностороннем порядке составили текст, сами выбрали место и время подписания? Наконец, Советский Союз попросту не мог допустить в памятнике своей величайшей победы фразу «Только данный текст на английском языке является аутентичным». Великая Отечественная война может завершиться только на русском языке, иначе где же справедливость?! Телеграмма Сталина с запретом подписывать акт пришла в Реймс спустя несколько минут после того, как свою подпись под ним поставил генерал Суслопаров (можно представить, что он чувствовал с этой телеграммой в руке).

Несмотря на то, что на подписании Реймсского акта присутствовали журналисты, по требованию Сталина разглашать новость было запрещено (ослушавшийся его воли британский журналист Associated Press будет уволен), а Черчилль и Трумэн согласились переподписать капитуляцию в Берлине, под контролем советских войск и под руководством маршала Жукова. И вот теперь глава штаба вермахта фельдмаршал Кейтель мялся в коридоре, пока его пригласят в зал, за отдельный приставной столик, подписывать завершение войны, а заодно и его собственной жизни (Кейтеля повесят в Нюрнберге полтора года спустя).

Первая страница «Акта»

2. Германское Верховное Командование немедленно издаст приказы всем немецким командующим сухопутными, морскими и воздушными силами и всем силам, находящимся под германским командованием, прекратить военные действия в 23–01 часа по центрально-европейскому времени 8 мая 1945 года, остаться на своих местах, где они находятся в это время и полностью разоружиться, передав всё их оружие и военное имущество местным союзным командующим или офицерам, выделенным представителем Союзного Верховного Командования, не разрушать и не причинять никаких повреждений пароходам, судам и самолётам, их двигателям, корпусам и оборудованию, а также машинам, вооружению, аппаратам и всем вообще военно-техническим средствам ведения войны.

Для западных союзников упорство Сталина стало очередным раздражителем – отношения между членами коалиции уже начинали охлаждаться. Черчилль в радиообращении к гражданам открыто выразил неудовольствие тем, что вынужден подчиняться диктату русских, и строго запретил генералу Эйзенхауэру ехать в Карлсхорст – вместо союзного командующего акт подписал его заместитель маршал авиации Теддер. Сталин настоял и на том, чтобы на церемонии присутствовал генерал де Латтр де Тассиньи, командующий армией Франции, которая из шести лет войны четыре прожила под контролем Германии (увидев в зале французов, Кейтель якобы пренебрежительно спросил: «А что, эти тоже нас победили?»).

Но главный разлом между союзниками сохранится на десятилетия по вопросу даты празднования: Запад отмечает свою победу восьмого, на территории СССР по сей день чествуется 9 мая, как будто эти победы – разные. И дело здесь, конечно, вовсе не в часовых поясах (в момент подписания Жуковым акта в Лондоне было 22 часа, в Москве – уже час ночи следующего дня), а в политике.