История Венецианской республики - Джон Джулиус Норвич

Существовали и другие причины такой необыкновенной экономической устойчивости. Во-первых, надежная репутация. Развитая на полмира сеть торговых контактов, хорошо известная честность в сделках, не мешавшая, впрочем, получать хорошую прибыль, — все это позволяло легко восстановить торговую деятельность после перерыва. Во-вторых, венецианский характер — суровый, трудолюбивый, рассудительный, с неизменной тягой к выгоде и безграничной изобретательности в ее достижении. В-третьих, жесткая дисциплина, основанная на опыте, накопленном за долгую историю государства.

Торговому государству оставался только один путь для развития, и к 1400 году дни частных предприятий были сочтены. Все торговые галеры строились в Арсенале и были государственной собственностью, республика объявила монополию на большинство товаров и торговых маршрутов. Те корабли, что еще оставались в частной собственности, соответствовали жестким ограничениям, наложенным сенатом. Польза от таких мер была очевидной — все суда, даже корабли сопровождения, были надежно сертифицированы, в случае шторма на них можно было полагаться, скорость их движения и сроки прибытия можно было точно рассчитать, в агентствах точно знали количество товара под загрузку и могли его подготовить заранее. Вовремя и в нужном объеме готовился запас для военных кораблей сопровождения. К концу XIV века обычно отправлялось шесть торговых конвоев в год, каждый состоял из 500 кораблей, иногда бывало больше. Каждый шел по определенному маршруту и в определенные сроки. Большая часть судов была государственной, к командованию ими допускались только представители благородных семейств, выигравшие аукцион. Каждый купец и каждый капитан, не важно, владелец или арендатор, строго выполнял требования сената и обязан был поддерживать «честь святого Марка».

Как всегда, повышение общественного благосостояния привело к повышению цен. За сто лет до этого цены в Венеции считались самыми низкими по Европе. Но не теперь. Не только потому, что приходилось содержать Арсенал с его 16 000 рабочих. Содержание государственного аппарата, состоящего из многочисленных гражданских служб, адвокатов, нотариусов, счетоводов, не говоря уже о целой армии сборщиков налогов, известных своей дотошностью, — все это обходилось республике недешево. Поощрялось мелкое предпринимательство. Если у предпринимателя не хватало средств, покупателей или кораблей, он по праву венецианского гражданства мог требовать места в государственном конвое, если его устраивали маршруты и сроки его следования. Но крупным, старым купеческим предприятиям, таким как у семейства Поло, места в экономике не оставалось. Республика продолжала богатеть, город становился все красивее, но былая романтика ушла.

В это время в республике сочли нужным принять первые санкции против еврейского населения. Дело было, конечно не в расовых и не в религиозных разногласиях. Просто при отсутствии общественных банков и даже ломбардов хорошо развитая еврейской общиной экономическая система представляла собой единственный источник денежных займов под проценты. В 1374 году евреи из Местре решились обосноваться в Венеции сначала на пять лет, потом этот срок был продлен. Через 12 лет почти каждый венецианец оказался в больших или меньших долгах. После нескольких неудачных попыток взять ситуацию под контроль с помощью закона в 1395 году евреев изгнали из города, оставив им право возвращаться на срок не более пятнадцати дней. При этом они должны были носить отличительные знаки: сперва желтый круг на груди, затем желтую шапочку, потом высокую шляпу установленной окраски. Им запретили владеть недвижимостью и содержать школы, за исключением тех, кто работал врачом.

Постепенно они вернулись, ограничения ослабли. За последующие три столетия до падения республики их судьба складывалась по-разному, но их число по-прежнему было велико, а влияние значительно. Без них Венеция была бы гораздо беднее, как экономически, так и культурно.

Промышленность тоже попала под контроль государства. Главные ее отрасли хорошо защищались государственным запретом на экспорт сырья. Искусным мастерам запрещалось покидать город, а разглашение секретов ремесла каралось смертью. С другой стороны, Венеция приглашала иноземных ремесленников, например, немецких зеркальщиков и шелкопрядов из Лукки, предоставляя им место для поселения и даже освобождая на два года от платы за жилье. Большая часть функций контроля качества и условий труда^[172] отводилась гильдиям, четко оформленные уставы которых утверждались правительством. Со временем, однако, эти организации приобрели большую самостоятельность и сыграли большую роль в структуре государства. В отличие от гильдий других итальянских городов — например флорентийских arti — они никогда не становились и не пытались стать политической силой. Большинство их членов не имели избирательного права с самого основания Большого совета, но патриции, которые хоть как-то представляли там их интересы, были не аристократами-феодалами, а по всей видимости, тоже членами гильдий. С другой стороны, гильдии отличались большим числом честных ремесленников, радевших о благе и интересах общественности больше, чем о собственной выгоде или славе. Они же стали основой превосходной системы социального обеспечения, берущей на себя заботу о больных и престарелых членах гильдии, о содержании вдов и детей умерших. Когда гильдии становились богаче, их добрая воля распространялась за пределы своей организации. Сорок зданий скуол, сохранившиеся доныне, являют собой пример богатства и важности организаций, для которых они были построены.^[173]

Но не одни гильдии занимались благотворительностью. К концу XIV столетия существовало около дюжины зажиточных горожан, занимавшихся этим в частном порядке, вероятно, ради престижа и славы филантропа. Нам известно, к примеру, что старый дож Дзорци основал приют для нищих детей, похожие заведения существовали для нищих женщин, другие старались упорядочить жизнь куртизанок и других групп неимущего населения. При приютах устраивались бесплатные больницы. По крайней мере одну из них Дзорци содержал лично.

Здоровье населения уже давно стали связывать с государственными успехами, и Венецианской республике принадлежит честь создания первой в Европе, если не в мире, государственной службы здравоохранения. Еще в 1335 году государство полностью оплачивало подготовку двенадцати врачей, которые вместе с другими лицензированными специалистами обязаны были прослушивать годичный курс анатомии, включающий рассечение трупов. После того как в 1368 году была основана государственная медицинская школа, они ежемесячно были обязаны встречаться, чтобы рассказывать друг другу о новых случаях заболеваний и методах лечения. К этому времени любой врач Италии, квалификация которого получала хоть какую-то известность, мог быть уверен, что получит приглашение поселиться в Венеции на таких условиях, отказаться от которых будет непросто. В юридической сфере республика, наоборот, превратилась в поставщика талантов, и венецианские юристы ценились по всему полуострову. В качестве администраторов — особенно ректоров и подест — венецианцы имели такой спрос в других городах, что в 1306 году пришлось законодательно запретить занимать подобные должности без особого одобрения сената.