Вторая мировая война на море и в воздухе. Причины поражения военно-морских и воздушных сил Германии - Греффрат

Перед люфтваффе постоянно ставились новые задачи: германскому Верховному главнокомандованию понадобилось парализовать судоходство и бомбить боевые корабли русских в Черном море (в районах Крыма, Одессы и Николаева), в Балтийском море (в районах Таллина, Кронштадта, Ленинграда). Конечно, парализовать морские коммуникации противника было чрезвычайно важно. Но только для фланговых групп армий («Север» и «Юг»), а не для группы армий «Центр», действовавшей на направлении главного удара!

Но и перечисленным поставленные перед люфтваффе задачи не ограничивалось. В период с 24 сентября до 6 октября 1941 года германские военно-воздушные силы нанесли удар по электростанции близ Белого моря, несколько раз бомбили заводы Тулы, а также Харькова.

Битва за Москву

Если на южном участке фронта продвижение немцев за Днепр, к Крыму и в направлении Ростова-на-Дону развивалось даже слишком успешно, на северном участке фронта наступление на Ленинград окончательно остановилось.

А в первых числах декабря 1941 года наступление германской армии было остановлено и под Москвой.

Люфтваффе продолжали заниматься непосредственной поддержкой сухопутных войск на фронте. Но одновременно собранные здесь силы авиации наносили удары по путям сообщения русских, причем снова по всему фронту. Так, 4-й воздушный флот наносил удары по Донбассу и восточнее его, между Северским Донцом и Доном. Соединения этого флота бомбили морские коммуникации русских в Черном море, Одессу, порты Крыма, в первую очередь Севастополь. Эти удары весьма способствовали успешному проведению операций сухопутных войск на южном участке фронта, во многом способствуя их успеху. Но на ход событий под Москвой, как и на последние попытки с недостаточными средствами взять Ленинград, они никак не повлияли.

На юге в руках русских оставался Севастополь, сковывающий крупные германские силы.

В то время как на фланговых участках советско-германского фронта германские войска продвинулись в октябре и ноябре далеко на восток, группа армий «Центр» еще только готовилась к решающему удару, который должен был завершиться захватом Москвы.

В этот период, то есть начиная с октября 1941 года, германские военно-воздушные силы все еще не отказались от проведения стратегических бомбардировок. С 4 октября по 6 декабря 1941 года на Москву было совершено еще 53, а на Ленинград 30 налетов. Эти авианалеты практически равномерно распределялись по всему упомянутому периоду. В самый разгар наступления на Москву германское командование посчитало необходимым нанести бомбовые удары (6 и 10 октября) по промышленным объектам Харькова, судьба которого была и так предрешена (город был занят немцами) 24 октября, а также по Ростову-на-Дону, Горькому (5, 6 и 12 ноября) и Рыбинску (2 декабря). А ведь именно в этом периоде времени возникали кризисные ситуации на сухопутных фронтах, и прежде всего под Москвой.

Русские ВВС на этом этапе войны были пока еще заметно слабее германских. Однако нельзя отрицать, что и их командование, и летный состав стали гораздо опытнее. Было очевидно стремление русских к сосредоточению своих сил, а также к их более организованному тактическому применению. Русские старались сосредоточить как можно больше авиации в таких районах, где они надеялись, имея достаточные запасы горючего, добиться определенного успеха в борьбе с уступающими им по численности соединениями германской авиации.

У главного командования люфтваффе самое позднее в этот период обязаны были возникнуть сомнения в правильности количественной и качественной оценки русской авиации. Что касается материальной базы, то для немцев неожиданным было появление у русских самолета-штурмовика Ил-2, обладавшего хорошей броневой защитой и потому трудноуязвимого.

С октября 1941 года воздушные налеты были затруднены в связи с неблагоприятными погодными условиями. Грязь на дорогах и аэродромах приостановила подвоз предметов технического снабжения и снизила качество аэродромного обслуживания самолетов, а плохая видимость сильно ограничила использование воздушного транспорта. С большим трудом обеспечивалось и снабжение продовольствием. Не хватало зимнего обмундирования: оно прибыло только в конце ноября и в декабре. Ведь по планам командования люфтваффе основные силы авиации после успешного окончания крупных операций на Востоке сразу же должны были быть переброшены в Германию для отдыха и пополнения.

То, что русские под Москвой могут перейти в решительное наступление, считалось крайне маловероятным. Донесения летчиков о сосредоточении крупных русских сил к северу, югу и востоку от Москвы рассматривались германским Верховным главнокомандованием как находки «призраков». Немцы и мысли не допускали, что после своего, казалось, окончательного краха русские могли сосредоточить здесь какие-то новые значительные силы.

6 декабря 1941 года (5 декабря. — Ред.) русские войска перешли в контрнаступление против группы армий «Центр». Новая задача — сдержать натиск противника — была возложена главным образом на VIII авиационный корпус. К этому времени 2-й воздушный флот лишился своего и II воздушного корпуса, согласно приказу переброшенного в район Средиземного моря. После срыва Битвы за Англию это было первым примером серьезного взаимного влияния между двумя фронтами, которое ослабило немцев в момент самого тяжелого кризиса, который им пришлось пережить до Сталинграда.

Как и наземные войска, германские авиационные части сильно страдали от холодной русской зимы. Непривычные к таким климатическим условиям наземные службы не имели соответствующего опыта. Первоначальные попытки очищать от снега всю поверхность аэродромов оказались практически невыполнимыми. Тогда стали укатывать для текущих потребностей только одну взлетно-посадочную полосу, что было вполне возможно и хорошо обеспечивало взлет и посадку самолетов. Более широкая взлетно-посадочная полоса появилась после стаивания снега, только с началом весны.

В период распутицы, несмотря на принимавшиеся меры, некоторые полевые аэродромы выбывали из строя на много дней и даже недель. Морозы, к которым в условиях Крайнего Севера добавлялся резкий ветер с моря, сильно затрудняли аэродромно-техническое обслуживание самолетов. Обморожение рук и лица, признаки которого замечались часто слишком поздно, было практически ежедневным явлением. Поэтому вскоре на аэродромах было начато строительство небольших помещений для обогрева, были и другие меры по защите личного состава от холода. Особые подразделения зимнего обслуживания, оснащенные 3–4 подвижными установками для подогревания моторов, прибыли на фронт только к концу зимы.

Сухопутные войска больше, чем когда бы то ни было, нуждались теперь в непосредственной поддержке авиации на поле боя. Командование люфтваффе, конечно, не могло не услышать этот зов о помощи. Однако при этом широкомасштабное развертывание современных бомбардировочных соединений дальнего действия становилось невозможным. «Танки впереди, артиллерия позади, авиация вверху!» — эту установку еще в период германского наступления командование сухопутных войск считало основой успеха пехоты. Теперь же эта установка стала железным правилом. Чем большую ширину и меньшую глубину имели оборонительные позиции германских сухопутных частей и соединений, чем энергичнее атаковали русские, тем реже могли германские сухопутные войска и их командиры обойтись без «авиабомб, падающих впереди своей пехоты». Эти методы общевойскового руководства и привели германские ВВС на Востоке к полному истощению. Последствия такого руководства сказались на ведении войны в воздухе и на всех остальных фронтах. Зимой 1941 года германской бомбардировочной авиации был нанесен первый сокрушительный удар, а в 1944 году ее в России окончательно загубили.