Великая война не окончена. Итоги Первой мировой - Леонид Млечин

Заключение мира вызвало у немцев не радость и чувство облегчения, а гнев, возмущение, ненависть к тем, кто это допустил, и страстное желание отменить позорный мир и все вернуть назад. Ненависть к миру, который спас столько жизней, многое объясняет в истории Германии XX столетия.

«С этим мирным договором что-то не так, – с горечью замечал известный писатель Клаус Манн. – Он никому не нравится. Люди еще менее довольны, чем во время войны».

Подобными настроениями воспользовался Гитлер. Стремление отомстить за позорный мир сплотило немцев вокруг нацистской партии, которая утверждала превосходство немецкой духовности над торгашеством англосаксов и галлов.

Сразу после Первой мировой появился труд немецкого философа Освальда Шпенглера «Закат Европы». Шпенглер писал об упадке Европы: «Каждый сам за себя – это по-английски; все за всех – это по-прусски. Либерализм означает: государство само по себе и каждый сам по себе… Парламентаризм не может быть введен в жизнь другого народа.

Парламентаризм в Германии – или бессмыслица, или измена».

Забавно читать это сейчас, когда современная Германия демонстрирует успех парламентской республики! А тогда немцы яростно кляли либерализм! И ужасались аморальности западной цивилизации. Шпенглер возмущался: «Джаз и негритянские танцы, стремление женщин краситься подобно проституткам, склонность избавляться от любого древнего обычая… Религиозные и национальные идеи, крепкий брак во имя детей и семьи кажутся старомодными и реакционными».

Немецкую «культуру» противопоставляли англо-французской «цивилизации». Долг, порядок и единство общества – индивидуализму, демократии и правам человека. Англичанину-купцу противостоял немец-рыцарь.

Уже упоминавшийся историк Вернер Зомбарт опубликовал памфлет «Торгаши и герои» – о превосходстве немецкой культуры: «Мы – божий народ. Подобно тому, как немецкая птица – орел – летит выше всякой твари земной, так и немец вправе чувствовать себя превыше всех народов, окружающих его, и взирать на них с безграничной высоты. Германия – последняя плотина против грязного потока коммерциализации».

Англичане придерживались на сей счет иного мнения. Дэвид Ллойд Джордж писал: «Бог одухотворил человека и наделил стремлением к высшему. Германская цивилизация хочет пересоздать его наподобие дизель-машины – точной, аккуратной, сильной, но не оставляющей места для души».

Но немцы уверовали в свое духовное превосходство над «культурой лавочников» в Англии и Америке! Презирали их за бездуховность.

Великобритания к началу XX века была первым на континенте индустриальным государством с преобладающим городским населением. Германия серьезно отставала от Англии и Америки в индустриализации, политическом и социальном развитии общества, качестве жизни, но это ошибочно воспринималось как свидетельство культурных различий. Модно было говорить, что немецкая душа несовместима с капитализмом, либерализмом, парламентской демократией, и страна должна идти особым путем. Пошла. Закончилось это для Германии полной катастрофой…