Борьба за Красный Петроград - Николай Стариков

На подступах к Петрограду к осени 1919 г. по-прежнему стояли части 7-й советской армии. После ликвидации первой белогвардейской попытки захватить Петроград 1-я армия растянулась по всей линии фронта от Копорского залива до разграничительной линии с 15-й армией по реке Вердуге общим протяжением в 250 километров. Протяжение фронта Северо-западной армии белых, находившейся в боевом соприкосновении с 7-й армией и имевшей на своем левом фланге эстонские войска, равнялось 145 километрам.

Численность 7-й армии к моменту перехода во второе наступление Северо-западной армии достигала 24 850 штыков и 800 сабель, при 148 орудиях, 2 бронепоездах и 8 бронемашинах. По сравнению с силами противника 7-я армия имела количественный перевес и значительное превосходство своей артиллерии^[275]. Но это благоприятное для 7-й армии соотношение вооруженных сил уравновешивалось большой протяженностью линии ее фронта, что в среднем выражалось в следующем соотношении: на 1 километр фронта Северо-западная армия располагала 120 штыками, а 7-я армия – 100 штыками. Это обстоятельство и создало возможность для белого командования предпринять ряд перебросок своих воинских частей с целью сосредоточения своих сил для прорыва советского фронта.

Боевые действия на фронте при подобном соотношении сил должны были бы принять упорный, затяжной характер. Только искусно проводимые операции и наличие целого ряда факторов, влияющих и обусловливающих боевую способность воинских частей, могли бы дать некоторые шансы на победу одной из сторон. В момент второго наступления на Петроград, помимо искусного управления некоторыми ударными частями Северо-западной армии, как раз и были налицо условия, понижавшие стойкость частей 7-и армии. Находясь непрерывно на фронте, в условиях непосредственной боевой обстановки, не получая кратковременного отдыха или значительных подкреплений, 7-я советская армия не была в то время стойким боевым организмом. В этих условиях вообще необходима неослабевающая воспитательная работа для того, чтобы армейский организм не был бы подточен изнутри. Как и летом 1919 г., при первом белогвардейском наступлении на Петроград, политико-моральное состояние красноармейцев 7-й армии требовало серьезнейшей и длительной политической работы, так и осенью того же года, во время второго наступления белых на Петроград, красноармейский состав 7-й армии нуждался в систематическом партийном и политическом воспитании.

Общая усталость частей 7-й армии и понижение боеспособности отмечались почти во всех сводках и донесениях того времени. Однако общее положение Республики не позволяло уделять исключительного внимания Петроградскому фронту; а, наоборот, требовало исключительного внимания петроградского пролетариата и полевых частей Петроградского фронта к событиям на Восточном и в особенности на Южном фронтах. Сразу же после ликвидации первого наступления белых на Петроград высшим командованием Красной армии были произведены переброски некоторых частей и ряда военно-политических работников на Южный фронт. Все очередные запасные формирования и резервы направлялись для организации противодействия южной контрреволюции. Партийная организация Петрограда не была в состоянии компенсировать убыль работников из 7-й армии своими партийными силами. Политическая работа в 7-й армии ослабла, оставшиеся молодые, неквалифицированные политработники и командиры не в состоянии были справиться со своими задачами и противодействовать понижению боеспособности красноармейских частей. С другой стороны, относительное боевое затишье на фронте и начавшиеся предварительные переговоры о мире с Эстонией были той психологической предпосылкой, которая не в состоянии была своевременно мобилизовать все наличные силы для поднятия политической и партийной работы в армии. Физическая усталость красноармейцев, их выжидательное, не напряженное, вялое состояние с возрастающей быстротой стали затемнять их политическое самосознание, притуплять критическое чутье к мирным переговорам и боевому затишью на фронте и превращать постепенно всю красноармейскую массу в дряхлеющий, разлагающийся организм, готовый распасться при первых же ударах врага.