Борьба за Красный Петроград - Николай Стариков

«Учитывая, что события на Красной горке могли бы в самом начале принять другой оборот, если бы коммунисты обнаружили больше зоркости, бдительности и сплоченности, общее собрание во избежание повторения горького опыта Красной горки в Кронштадте поручает партийному комитету принять все меры к объединению коммунистов Кронштадта в боевую единицу, которая в любой момент могла бы выступить как одно целое»^[168].

Такая неослабная бдительность являлась абсолютно необходимой в условиях напряженнейшего состояния как на Петроградском фронте, так и на море. Наличие английской эскадры в водах Финского залива создавало серьезную угрозу для кораблей Балтийского флота, фортов Серая лошадь, Красная горка и самого Кронштадта.

С подавлением восстания на Красной горке несколько разрядилась угроза советскому южному побережью Финского залива со стороны суши, но это отнюдь не исключало возможности активных действий против фортов английской эскадры.

Борьба с противником на море за время, предшествовавшее событиям на Красной горке, с 1 по 13 июня 1919 г., проходила под знаком активной обороны советских берегов судами Балтийского флота. Противник за это время демонстрацией своих судов у берегов залива пытался завлечь красные суда в Копорский залив, с тем чтобы после этого атаковать их своими подводными лодками. Вообще же, Балтийский флот не располагал в то время значительной силой, и это обрекало его на временное бездействие, только изредка прерываемое выполнением серьезных оперативных заданий.

Противник также не имел успеха, и его настойчивые попытки атаковать своими подводными лодками красные суда закончились тем, что 4 июня 1919 г. эскадренные миноносцы Балтийского флота «Гавриил» и «Азард», вышедшие при поддержке линейного корабля «Петропавловск» в Копорский залив и атакованные там английской подлодкой «L55», своим артиллерийским огнем потопили ее^[169].

Вскоре понес потерю и Балтийский флот. В ночь на 18 июня 1919 г. английский быстроходный катер, пройдя незаметно между красными сторожевыми судами, приблизился к крейсеру «Олег», стоявшему на якоре на створе кронштадтских маяков, и пустил в него торпеду. На крейсере «Олег» около кочегарки раздался взрыв, крейсер начал быстро крениться, вследствие порчи паропровода погасло освещение. Выскочивший наверх командир крейсера Н. Милашевич дал приказ пробить боевую тревогу, но это выполнено не было, так как горнист отсутствовал, а дать звонки для его вызова не было возможности за неимением тока. Не было исполнено и другое приказание – затопить в целях выравнивания начавшегося крена все, что возможно, на правом борту, – из-за того что лопнул трубопровод. Крейсер тонул 12 минут. Погибло из команды крейсера около 50 чел.

Английский катер по приказанию английского офицера после выстрела торпедой повернул обратно и дал «самый полный ход, делая возможно чаще зигзаги, чтобы избежать попадания с фортов и судов».

Огонь судов Балтийского флота, охранявших крейсер «Олег», как и самого крейсера, никакого вреда катеру не нанес; по показанию командира советского тральщика «Запал» – «силуэт судна во мгле и на фоне берега был неразборчив, но имел быстрый ход и быструю поворотливость и нес впереди себя большой бурун»^[170].

По поводу всего этого эпизода активный участник операций английской эскадры в Финском заливе в 1919 г. и, в частности, инициатор атаки крейсера «Олег» английский офицер Эгар пишет: