В августе 79-го, или Back in the USSR - Азат Ахмаров

– Сколько просишь? – поинтересовался я ценой.

– Это «Ява-350», двухгоршковая, новая, сто двадцать км дает без проблем! Короче, восемьсот пятьдесят рэ.

– А вы знаете, что на рынке торговля новыми товарами запрещена? – К нам незаметно подкрался капитан; он был в форме, и владелец мотоцикла слегка стушевался.

– Ну, мотоцикл не совсем новый, триста пятьдесят км пробег, – проговорил он.

– А раз не новый, давай дешевле! – напирал на мужика Обметко. – У него нового госцена – шестьсот пятьдесят!

– Так я сам за столько купил! – оправдывался испуганный хозяин «Явы». – Ну, хорошо – семьсот пятьдесят!

– Ах ты, спекулянт! У меня зарплата сто восемьдесят! Ты что, хочешь, чтоб я на него год горбатился? – продолжал давить наглый участковый.

– Ну ладно, семьсот. только для вас, товарищ капитан. Но это край!

– Край, так край, – согласился довольный Обметко. – Показывай документы.

Расстроенный спекулянт достал документы, и через десять минут он и Обметко уже ехали в ГАИ переоформлять документы. Я же с Санычем отправился в школу. Там мы познакомились с молодым физруком Григорием Валетовым и также убедили его охранять Артура и других учеников младших и средних классов. Обошлось мне это гораздо дешевле – всего лишь в стоимость японской двухкассетной стереомагнитолы Sharp-800, купленной в комиссионном магазине. Большой, красивый, с яркими огоньками, магнитофон так понравился физруку, что тот поклялся каждую перемену заглядывать в школьный туалет – место сборища школьного хулиганья – и провожать Артура после уроков целых два квартала. Я рассказал Грише о сотрудничестве с милицией и попросил объединить усилия.

От Артура я узнал, что распределением квартир в управлении «Пермгеофизика» ведала председатель профкома – некая Мария Владиславовна Жукова. Приехав в управление, с помощью всемогущей коробки конфет «Рафаэлло» я выяснил у секретарши, что Жукова – немолодая, одинокая, но еще симпатичная женщина с неплохой фигурой. Ездит на новенькой зеленой «шестерке», которую оставляет возле места работы, здесь же, на улице Лодыгина.

После работы Мария Владиславовна обнаружила, что у ее красавицы проколоты сразу два колеса. Я с Санычем в этот момент «случайно» проезжал мимо. Мы остановились, и я спросил у женщины:

– Извините, вы, случайно, не знаете, где находится управление «Пермгеофизика»?

– Здесь, – ответила она и сказала в сердцах: – Проклятые хулиганы!

– Что?! – притворно оскорбился я.

– Это я не вам, извините. Какие-то обормоты прокололи мне два колеса сразу! Что делать, не представляю – у меня всего одна запаска!

– Да, проблема. – согласился я. – А где у вас ближайший шиномонтаж?

– На Моторостроителей, в автопарке.

– Саныч, вылезай! – Я махнул рукой своему помощнику. – Надо помочь симпатичной даме. Поменяй, пожалуйста, одно колесо, а второе сними и отвези в шиномонтаж, пусть по-быстрому все сделают. И сразу возвращайся сюда, а я пока постою здесь с… – Я посмотрел на женщину.

– Мария Владиславовна, – сказала она, краснея как маленькая девочка.

– А меня зовут Артур Керимович, работник культуры из Москвы, – представился я и добавил: – Вот, значит, Саныч, я с Марией Владиславовной здесь тебя ждать буду.

– Вы меня так выручите!.. – с волнением произнесла она. – Большое вам спасибо!

– Какой смысл ставить запаску, если колесо все равно ремонтировать надо? Я лучше сниму и отвезу в ремонт оба колеса, – предложил Саныч.

Я с ним согласился, предупредив:

– Только сумку мою оставь здесь – она на заднем сиденье.

– А вы по каким делам в «Пермгеофизику»? – спросила Мария Владиславовна, когда Саныч принялся за дело. – Кстати, вы из-за меня опоздали. Мы работаем до шести. Все, наверное, уже ушли.

– А вы тоже там работаете?

– Да, в профкоме.

– Неужели в профкоме? Вы-то мне, наверное, и сможете помочь, – слукавил я.

– А вы чем занимаетесь? Наверное, работаете в Министерстве культуры? У вас шикарная машина, я таких у нас ни разу не видела.

– Я композитор, фамилия моя Башкирцев.

– Как? Тот самый знаменитый Башкирцев? Но я видела его по телевизору, и вы совсем на него не похожи!

– Только вас, Мария Владиславовна, посвящу в свою тайну. Смотрите! – Я достал из сумки усы и парик, свои маскировочные причиндалы, и быстро надел их.

– Надо же! – Председательша всплеснула руками. – А я сначала вам не поверила, извините.

– Приходится маскироваться, иначе нельзя было бы на людях появиться.

– И как вас в нашу глушь занесло, Артур Керимович?

– Да вот, дела появились.

– А к нам, в «Пермгеофизику», что привело?

– Ну, об этом на улице неудобно говорить. Давайте дождемся Саныча, поставим вашу «Ладу» на стоянку, заедем в «Аэлиту» и там посидим, поговорим.

– Конечно. только там, наверное, мест нет.

– А я надену парик и усы, и пусть только попробуют не пустить!

– Да, я же забыла, кто вы… Жалко, мне же никто не поверит. А у вас, случайно, фотоаппарата нет?

– Случайно есть. – Я достал свой мобильник и сфотографировался вместе с ней. Показал. Она, конечно, удивленно ахнула при виде моментального фото, но огорчилась, что оно только на экране. Я ее успокоил, пообещал в Москве напечатать снимок на фотобумаге и прислать ей по почте, подумав: «Опять придется обычным фотиком с дисплея переснимать». После этого снял парик и усы и сложил в сумку.

Наконец приехал Саныч и поменял колеса. Жукова поставила машину на стоянку, и мы поехали к «Аэлите» – самому модному ресторану в Перми. Я не стал преображаться, просто сунул швейцару-охраннику десятку, и тут же нашелся свободный столик. Мы сделали заказ, закусили, выпили, поболтали. Мария Владиславовна оказалась неглупой женщиной, которая, правда, так обрадовалась общению со мной, что просто замучила меня вопросами о жизни московской богемы. Мы даже потанцевали под музыку местного ВИА. Тетенька от выпитого вина раскраснелась, но, как только я завел речь о деле, сразу сделалась серьезной.

– У меня в Перми родственники живут. Башкирцева Софья Александровна. Она в детском саду «Перм-геофизики» работает, старшей медсестрой.

– Башкирцева? Знаю, хороший работник.

– Хотел я за нее похлопотать. Она с мужем и двумя сыновьями в однокомнатной «хрущевке» много лет живет, а работник она хороший, вы сами это говорите. Нельзя ли им хотя бы трехкомнатную организовать? Если кого надо подмазать, без проблем, только скажите сколько?

Жукова задумалась, видимо, немного опасалась провокации – она ведь совсем меня не знала, – хотя известный композитор Башкирцев этим не стал заниматься.