В августе 79-го, или Back in the USSR - Азат Ахмаров

Концертный зал – для концертов.

Банкетный зал – для банкетов.

А для чего же тогда актовый зал?

Через неделю меня вызвал к себе генерал Шевцов; у него в кабинете сидел полковник – представитель политуправления Генерального штаба.

– Артур Керимович, – без вступления начал он, – нам поступило восемь предложений от западных компаний о выпуске ваших следующих дисков, шестнадцать предложений об организации турне по различным странам и приглашения на участие в трех международных фестивалях, в том числе в Сан-Ремо.

– Подождите, а почему только следующих дисков? А первый? – с удивлением сказал я.

– Видите ли, на первом диске крупными буквами написано: «Эксклюзивные права на переиздание этого альбома имеет только «Полидор»», – напомнил мне полковник. – Похоже, что мы немного продешевили при заключении первого договора.

– А что «Полидор»? – полюбопытствовал я, в душе не соглашаясь с полковником, так как меня условия договора устраивали.

– «Полидор» предлагает дополнительный выпуск первого альбома – тираж пятьсот тысяч и десять процентов от продаж.

– Ну что ж, хорошие условия, – сказал я, театрально кивая, и произвел нехитрые подсчеты в уме. – Это же шестьсот тысяч марок! Немного больше, чем двести пятьдесят рублей, которые я получил за первый альбом.

– Мы понимаем вашу иронию, Артур Керимович, но вы же советский человек, понимаете, как нашему государству нужна валюта.

– Понимаю, – с серьезным видом произнес я.

– Поэтому мы хотим потребовать от «Полидор» других условий. А что касается второго альбома – тем более!

– Знаете, я не планирую пока выпуск второго альбома, – сказал я, возвращая жадного полковника на землю; мне совсем не улыбалось ссориться с «Полидором». – Хиты – это не пирожки, их по приказу не сочинишь. Хиты выстрадать надо!

– Но как же, – растерянно проговорил полковник, – надо ковать железо, пока горячо!

– Я же не машина для хитов, – слукавил я, не собираясь отдавать свои права на выбор издателя в чужие руки, и, притворно вздохнув, добавил: – В первый альбом вошли песни, которые я вынашивал лет десять. Для написания второго альбома потребуется много времени и вдохновения. Поэтому вам не стоит ссориться с «Полидором», других фирм все равно не будет пока. Надо соглашаться на их условия. Шестьсот тысяч очень неплохая сумма!

– Да, но все же… – Полковник задумался. – А если включить во второй альбом не очень хитовые хиты?

– Дискредитировать свое имя не собираюсь! – твердо заявил я. – Да ведь немцы не дураки – послушают, перед тем как брать.

– Ну, хорошо, мы подумаем, – с явным недовольством сказал полковник. – А вы тоже подумайте, если хотите участвовать в «Сан-Ремо».

– А что, у вас другие кандидатуры есть, чтобы достойно представлять нашу страну? – с улыбкой спросил я.

– Ну, вы не сильно зазнавайтесь, у нас ведь тоже терпение не бесконечное! – сердито заявил полковник.

– Василий Иванович, – обратился я к генералу, – вы помните нашу договоренность о том, что я могу уйти в любой момент?

– Да, конечно, – неохотно проговорил генерал.

– Если я вас чем-то не устраиваю… у меня есть предложения и от Росконцерта, и от Московской филармонии.

– Нет, нет, все нормально! – с волнением сказал Василий Иванович. – Иди, Артурчик, не горячись, работай спокойно, мы все решим.

На следующий день он позвонил мне с утра.

– Артур, завтра с утра ничего не планируй – нас приглашают на Старую площадь.

– Вызывают или приглашают? – уточнил я, так как вызывали обычно наверх для головомойки.

– Приглашают, приглашают, – успокоил меня Василий Иванович. – Севрюк Владимир Семенович, замначальника отдела пропаганды ЦК, желает лично с тобой познакомиться. От этой встречи очень много зависит, так что ты не гоношись там. Да и Севрюк вроде положительно по отношению к тебе настроен.

– Конечно, Василий Иванович, я понимаю.

С утра меня с генералом привезли на черной «Волге» на Старую площадь, к зданию ЦК КПСС. У нас тщательно проверили документы и пропустили в здание. Пройдя еще два поста охраны, мы подошли к огромным дверям. Перед дверями в большой кабинет сидела пожилая некрасивая секретарша – видимо, симпатичных здесь держать было подозрительно. Хозяин кабинета встретил нас не по-советски демократично – встал с кресла и пожал нам руки.

– Здравствуйте, Василий Иванович! Артур Керимович, давно хотел с вами познакомиться! Мне помощники все уши прожужжали. как-никак впервые группа из СССР доказала, что и у нас есть эстрада мирового уровня! Я уже поставил задачу напечатать итоги европейских хит-парадов в «Комсомолке». Такие успехи надо всячески поощрять и приветствовать! Есть у нас лучший в мире балет, есть лучшие фигуристы – теперь будет и эстрада!.. Валюта, это, конечно, хорошо, Василий Иванович, – я наслышан про ваши миллионные контракты. Но здесь гораздо важнее пропагандистский и политический эффект успеха советских музыкантов и ваш лично, Артур Керимович. Этот успех и начинание надо всячески поддерживать и поощрять! Я слышал, вы еще не член Союза композиторов?

– Да. у меня нет консерваторского образования.

– Ничего, я сегодня же позвоню Тихону Николаевичу. Иногда они очень долго раскачиваются, надо это дело ускорить.

– Спасибо, Владимир Семенович, – обрадовался я.

– Не за что, сами заслужили – ваши песни уже вся страна поет!

– Тут нам приглашения пришли на участие в международных фестивалях и турне, – сказал я, решив прощупать ситуацию.

– А вот с этим спешить не будем. Сначала надо вам создать необходимые условия. а то вдруг вы решите, что вас здесь мало ценят, и захотите там остаться? – Севрюк пристально на меня посмотрел.

– А зачем, если мне здесь будет гораздо лучше – уважение и признание.

– И всенародная любовь, – улыбаясь, сказал Севрюк.

– Тем более, – согласился я и добавил: – И поддержка сверху.

– Будет, – кивнул Владимир Семенович и неожиданно сказал: – С деньгами, я слышал, у вас уже особых проблем нет – одна студия пару тысяч в месяц приносит?

– Даже больше, – честно признался я, смело глядя ему в глаза.

– Какая студия, какие тысячи? – всполошился генерал.

– Да ничего, Василий Иванович, он же не ворует, а своей головой зарабатывает, – успокоил его всезнающий партайгеноссе и строго на меня посмотрел. – Хотя, это, конечно, называется незаконным предпринимательством. Но мы же своих людей не обижаем по мелочам. И вас, Артур Керимович, в обиду никому не дадим. Кстати, у меня к вам личная просьба. Вы не могли бы написать парочку молодежных комсомольских песен в таких же современных ритмах, как вы умеете? Мы бы их включили в большой диск-гигант – и на «Мелодию». Это даст нужный толчок в патриотическом воспитании нашей молодежи. А то куда ни пойдешь, то «битлов» поют, то Высоцкого!..