Мэрилин Монро. Жизнь в мире мужчин - Софья Бенуа

Появление Нормы Джин на обложках журналов не осталось незамеченным. Среди прочих мужчин, листавших подобные легкомысленные издания, был глава крупной кинокомпании, эмблемой которой была Эйфелева башня с молниями, сверкающими на верхушке. Человека звали Говард Хьюз, а его кинокомпания называлась «РКО». Если мы вернемся ко времени пребывания нашей героини в приюте, то вспомним, что рядом со старым кирпичным трехэтажным домом, в котором размещался сиротский приют, возвышались студии «РКО» и «Парамаунт», и их вызывающие красно-синие вывески освещали окна. Также в канун Рождества киностудии отправляли своих звездных актрис с подарками к сиротам.

В момент, когда Хьюз заинтересовался милой блондинкой с обложки, он пребывал в клинике голливудских знаменитостей «Ливанские кедры». Причиной его появления здесь стала авиакатастрофа, после которой его тело оказалось закованным в гипс. Тем не менее мужчина не терял присутствие духа и продолжал по мере сил заниматься делами, даже находясь в столь плачевном состоянии. Находясь на больничной постели, он позвонил в одну из своих кинематографических контор, дав наказ разыскать поразившую его воображение фотомодель. 26 июля 1946 года в колонке сплетен «Лос-Анджелес таймс» появилась заметка следующего содержания: «Говард Хьюз, находящийся в данный момент на излечении, просматривал журнал, и его внимание привлекла девушка, украсившая обложку. Он тотчас распорядился, чтобы его помощник подписал с ней контракт на картину. Ее зовут Норма Джин Дахерти, фотомодель». За двенадцать месяцев светловолосая девушка появлялась на обложке журнала «Лайф» не менее четырех раз. Норма Джин вырезала заметку из «Лос-Анджелес таймс» и с восторгом показывала ее всем знакомым.

Так благодаря магнату Говарду Хьюзу о Норме Джин Дахерти стало известно в кинематографических кругах.

Позируя перед фотографами для популярных легкомысленных журналов и выставляя себя по всем тщательно зазубренным правилам школы шарма, девушка часто повторяла: «Это же только для забавы», и добавляла горькое: «Я служу для забавы».

Прошло время, прежде чем Норма и владелец кинокомпании познакомились. Когда девушка пришла на прием, Говард Хьюз протянул ей заготовленный ранее контракт, предложив ознакомиться с его содержанием.

Типовой контракт связывал будущую кинозвезду с мистером Говардом Хьюзом на семьдесят пять лет. Весь этот срок ей причиталось хорошее жалованье, однако она должна была полностью зависеть от «РКО».

Без сомнений, Норма Джин уже замыслила покорить Голливуд, но путь туда казался ей не столь тяжелым, как выходило на деле. Много позже она сделает печальное признание:

– Я стала кем-то вроде «ребенка-вдовы». Я смотрела на улицы глазами, исполненными одиночества. У меня не было родственников, которых я могла бы навестить, или однокашников, с кем можно было бы пойти на вечеринку… Но всегда находились мужчины, готовые скрасить одиночество девушки…

Говард Хьюз был одним из тех, кто желал видеть рядом с собой обольстительную малышку Норму. Однако их связь была несколько странной: во-первых, киномагнат был постоянно занят и в разъездах, во-вторых, ему доставляло большее наслаждение общаться с ней по телефону, чем наедине. Возможно, он был несколько стеснительным и не знал, как поступать с хорошенькими девушками, если они оказывались наедине с ним все двадцать четыре часа в сутки. Гораздо большее удовольствие ему доставляло летать с ними на самолете, когда он выступал в качестве пилота, а барышня – в качестве пассажира и восторженного зрителя небесных красот и его мужественного умения управлять крылатой машиной.

Говард Хьюз ежедневно посылал Норме Джин большой букет свежих чайных роз. И это можно принять не только за вежливость богача, но и за излияние нежных чувств. Также он ежедневно звонил Норме по телефону. Причем, во время одного из долгих и пылких общений по телефону девушка так расслабилась и заслушалась, что уснула с трубкой в руке. На следующий день Хьюз признался ей, что почти час не вешал трубку, слушая ее мерное дыхание.

В какой-то момент телефонные звонки голливудского магната стали другими: вместо нежности в его голосе слышалась нервозность. Он стал звонить под вымышленными именами, иногда среди ночи. Как оказалось, подобные странности не только не разочаровывали, но даже больше обычного волновали Норму Джин.

«Она была пленена этим миллиардером, открывшим таких звезд, как Кэтрин Хепберн, Джейн Рассел, который рассказывал об их прелестях, захлебываясь от восторга». Но с ее стороны было нелепо и глупо проводить время в бесконечном ожидании телефонного звонка. Тем не менее девушка привыкла пребывать в напряжении, каждую минуту ожидая услышать его голос.

Среди других причуд, характерных Говарду Хьюзу, были поражающая всех небрежность в одежде и неприятие косметики на женских лицах. Однажды – после долгого времени их страстных встреч – мультимиллионер пригласил ее с подругой приехать в один из его роскошных особняков. Для Нормы Джин это означало одно: завидный холостяк настроен сделать ей предложение руки и сердца.

Она прибыла в Палм Спрингс без косметики на лице и с волосами, заплетенными в косу, – все так, как пожелал он. Владел ли этот мужчина ее сердцем? Пожалуй, да, Норма была очарована им. Но любила ли? – вопрос остается открытым…