Курды. Потерянные на Ближнем Востоке - Максим Лебский

Сложность внутренней обстановки в Ираке заключается в том, что национальное размежевание накладывается на религиозное: езиды[678], арабы-суниты, арабы-шииты. В контексте вопроса о развитии шиитского сопротивления, имеющего антиамериканскую направленность, не исключено, что США продолжит заигрывание с курдскими элитами, видя в их лице своего основного союзника в нестабильном Ираке[679]. Клан Барзани играет важную роль в противостоянии США и «антидемократических» режимов в Иране и Сирии. ДПИК (Демократическая партия Иранского Курдистана), в настоящее время, базируется на иракской территории. При этом американские инструкторы готовят вооруженные отряды ДПИК[680]. Генерал-лейтенант США Дж. Гэрнер заявил: «Курдистан может быть экономическим и демократическим маяком, и курдам создадут все экономические, политические, военные и другие условия для того, чтобы обеспечить нам их поддержку»[681].

Иракские курды в подавляющем большинстве проголосовали за независимость, господствующий класс же проводит более умеренную политику. США крайне выгодно сохранять Южный Курдистан в составе Ирака, т. к. он остается пока наиболее надежным плацдармом для продвижения американских интересов в данной стране, на фоне непрекращающегося исламского движения сопротивления. Отсутствие централизованного государства в Ираке надолго выбивает из рук этой страны всякую возможность к самостоятельной и национально ориентированной внешней политике.

Американцы активно финансируют строительство разветвленной экономической инфраструктуры в Иракском Курдистане. Ими были созданы аэропорты в Эрбиле и Сулеманийе. По сообщению американских СМИ, только в июне 2004 г. за несколько дней до формальной передачи власти в Ираке иракскому правительству в Эрбиль были привезены 1,4 млрд долларов в качестве оплаты довоенных поставок[682]. Ведется подготовка и обучение курдских военных формирований[683]. М. Барзани, встречаясь в октябре 2005 г. с Дж. Бушем, заявил: «Господин президент, позвольте мне от лица народа Курдистана и моего лично сердечно поблагодарить Вас. Мы в Курдистане и во всем Ираке высоко ценим Ваше храброе и смелое руководство»[684].

В процессе своего становления Иракскому Курдистану как субъекту Иракской Федерации выгодно наличие РПК как политической силы, дестабилизирующей ситуацию в Турции. Тем самым партия Апо оттягивает значительную часть сил ресурсов и сил Турции на себя, предоставляя пространство для маневра Барзани. Но РПК несет в себе мощный антиплеменной, эгалитаристский заряд. В основе ее идеологии лежат принципы социальной справедливости, что не может не беспокоить правящие кланы и классы Ирака. К слову добавить, что в 2006 г. на территории Курдского Автономного Региона по разным оценкам располагалось от 3,5 тыс. до 5 тыс. боевиков Рабочей партии Курдистана[685]. Но наличие партизанских сил РПК в КАР – это не результат уступки ДПК, а следствие силы и мощи РПК, которая не отдаст контролируемые районы без боя. Таким образом, можно констатировать наличие сложного узла противоречий. М. Барзани не спешит бороться с РПК, в ситуации, когда у Турции присутствуют амбиции получения доступа к мосульской нефти, используя для этого сепаратизм туркоманов (тюркского народа, проживающего на севере Ирака). При этом РПК и ДПК – это непримиримые соперники за господство на курдском политическом поле.

Американская военная кампания в Ираке создала серьезные противоречия с традиционным союзником США – Турцией. Турецкий господствующий класс опасается усиления позиций Курдского автономного региона в Ираке, видя в нем плацдарм для усиления активности турецких курдов[686]. Это также входит в резонанс с геополитическими амбициями Анкары на лидерство в ближневосточном регионе. Но по большому счету, антиамериканские нотки в риторике Партии Справедливости и развития являются популистскими маневрами с целью увеличить свой избирательный рейтинг. В 2009 г. Эрдоган так характеризовал отношение Анкары к американскому проекту «Большого Ближнего Востока»: «Анкара четко сформулировала свою позицию в отношении ближневосточных проблем задолго до того, как инициатива «Большой Ближний Восток» стала излюбленной темой газетных статей и теледебатов. Свое видение ситуации мы излагали на различных форумах, включая сессии организации «Исламская конференция» (ОИК). Наша страна выступает за более демократичный, свободный, открытый и мирный Ближний Восток, который должен стать регионом с эффективным управлением и экономикой. Это не беспочвенный идеализм. Национальные интересы Турции требуют, чтобы по соседству находились мирные и стабильные государства, с которыми она могла бы взаимодействовать на всех уровнях. Таким образом, цели Турции согласуются с позитивными задачами проекта «Большой Ближний Восток»»[687].

Безусловно, арест Оджалана оказался для курдского национального движения очень тяжелым ударом. С этого момента освобождение лидера стало стержневой идеей борьбы РПК, составной частью войны за свободу и достоинство курдского народа. Мирное сопротивление курдов в начале 2000-х годов имело различные формы. Наиболее классической стала голодовка, которую стали проводить курдские общины по всему миру. Так, к примеру, в 2003 г. голодали 25 курдов, проживающих в Армении, объявив голодовку под лозунгом «Здоровье Оджалана – это здоровье курдского народа»[688]. Курдскими активистами также предпринимались акции прямого действия, в пример можно привести взятие штурмом здания суда в Стамбуле, которое произошло в ноябре 2003 г. Главное требование активистов было освобождение Абдуллы Оджалана[689].