Курды. Потерянные на Ближнем Востоке - Максим Лебский

В официальном обращении РПК о седьмом съезде было сказано: «Участники конференции пришли после обширных отзывов и обсуждения, которые были разработаны на основе указаний нашего председателя в сложных условиях, к выводу, что демократические перемены и трансформация Турции является необходимым и актуальной задачей. Было также установлено, что на основе ценностей и достижений нашей борьбы успешная реализация этой задачи возможна.

Наш 7-й Конгресс исходил из того, что демократизация Турции и решение курдского вопроса переплетаются как актуальные вопросы друг с другом, и особенно реализация прочного мира является основным требованием для этого. В связи с этим седьмой конгресс на основе проекта «Демократическая Турция», предложенного нашим председателем Абдуллой Оджаланом, установил программные и организационные принципы для стратегии политической борьбы»[627].

Центральной темой седьмого съезда стала выработка программы действий для освобождения А. Оджалана. Этот план выразился в принятии к исполнению 12 пунктов, основная суть которых сводилась к тому, что необходимо сконцентрировать усилия на изучении заговора против А. Оджалана во всех его аспектах и информировать мировую общественность об этом. Для этого создавался специальный фонд, в задачи которого входило издание основных произведений А. Оджалана на многих языках мира[628].

Одностороннее перемирие не предполагало окончательного прекращения партизанами вооруженной борьбы – данный шаг означал бы полную смерть и капитуляцию движения. Вместо этого была разработана «стратегия самообороны» в условиях одностороннего мира[629]. Перемирие действовало рекордный для этой войны срок – 5 лет (1999 г. – 2004 г.)[630].

По словам Мустафы Карасу, одного из полевых командиров РПК: «Мы отозвали наши вооруженные силы из наступления и вывели их за границы Турции. Эти силы, на сегодняшний день, не является препятствием для демократического развития и изменений, они на самом деле играют важную роль в этом процессе. Эта сила, в настоящее время, стала фактором мира»[631].

Причина роста политической мощи и авторитета РПК в 80-е годы состояла в неразрывном синтезе двух моментов: классового и национального. РПК являлась марксистской революционной организацией, сражающейся за национальное освобождение курдов и построение социалистического общества на территории единого и независимого Курдистана[632]. А. Оджалан писал: «РПК никогда не расценивала курдский вопрос как простую проблему этнической принадлежности или статуса государственности. Скорее мы верили, что это был проект освобождения общества и его демократизации. Эти цели все более и более определяли наши действия с 1990-х»[633]. Исследователь К. В. Вертяев пишет: «В этот период (70-е гг.) марксизм стал новым и весьма специфическим проводником национальной агитации курдов, более эффективной идеологической платформой… нежели ислам, поскольку апеллировал ко всем курдам, независимо от их религиозной принадлежности»[634]. На наш взгляд, отказ от марксизма стал причиной глубоко идеологического кризиса РПК, который вылился в начале 2000-х годов в бесчисленные организационные реформы, расшатывающие организационную целостность движения.

РПК возникла в условиях глубоких репрессий против левого движения в Турции. У группы курдских интеллигентов отсутствовали какие-либо легальные пути для ведения политической деятельности. В связи с этим основной вектор сопротивления был направлен в сферу вооруженной борьбы. Армия партизан под управлением партии профессиональных революционеров была мощным рычагом для ослабления турецкого государства. В начале XXI в. турецкое государство смогло навязать РПК стратегию глухой обороны, используя подавляющий перевес в материальных и людских ресурсах. Стратегия самообороны была абсолютно проигрышной, что полностью подтвердил период с 1999 г. по 2004 г. Никаких крупных достижений за это время партия не имела на своем счету. РПК меняла название, реформировала свою структуру, но как в глазах турецкого режима, так и правительств европейских стран, за партией крепко закрепился ярлык «террористической организации». В трудах А. Оджалана тех лет заметен явный крен в сторону осуждения революционного насилия, при упоминании понятия «самооборона». А. Оджалан пишет: «Вместо вынужденного прозябания на пути сепаратизма и военного противостояния гораздо более удачным шагом было бы использование законных методов, от осознанного и организованного применения критериев фундаментальных прав человека до права самозащиты, приспосабливая закон к конкретному положению с использованием методов демократической политики. Активно включившись в политические и правовые процессы в рамках демократического правового государства, курды смогут обрести социальные права; это поможет им перестать быть жертвами дисбаланса сил и бессовестности современной эпохи. Сегодня больше, чем когда-либо, основной задачей является успешная деятельность в рамках демократических правовых методов»[635].

В апреле 2002 г. состоялся восьмой конгресс партии, собравший 285 делегатов. На нем было принято историческое решение об упразднении РПК и создании новой общественно-политической структуры – Конгресса Свободы и Демократии (KADEK)[636]. Даже из этимологии нового названия заметно коренное изменение курса организации. В официальном заявлении говорилось: «Это было решение (создание KADEK), которое разместило различные организации, которые должны быть созданы, в пределах разных частей Курдистана и связано с должным вниманием к новой линии …Стиль борьбы РПК в настоящее время устарел и именно поэтому все действия под этим именем были прекращены с 4 апреля 2002 г.»[637]. Седьмой конгресс был следующим важным шагом на пути внедрения в практику идеологии «демократического конфедерализма», которую разрабатывал Абдулла Оджалан, сидя в тюрьме. Данная концепция отвергала национальное буржуазное государство и предлагала демократическую конфедерацию как модель для существования и социального развития всех ближневосточных народов, не только курдов.