Курды. Потерянные на Ближнем Востоке - Максим Лебский

Уступки РПК за пятилетний период мира носили односторонний характер, параллельно турецкие правящие круги не давали никаких гарантий от репрессий против курдских активистов. Курдский вопрос не существовал в их политическом поле, признавались лишь проблемы «отсталости юго-востока страны» и «террористическая угроза». Этническая идентичность курдов продолжала нивелироваться. Несмотря на заявленный KADEK переход от вооруженных к мирным формам политической борьбы, партизанские отряды не были расформированы, а стали основой формирования районов самообороны «Мидия». В перечне целей создания этих районов обговаривалась их сугубо оборонительная функция от всякого вооруженного нападения[638].

Нацеленность KADEK на уход от статуса террористической организации в глазах европейских государств побудил курдское движение через год (в ноябре 2003 г.) принять новую организационную форму – Kongra-Gel[639]. Председателем переименованной организации снова стал Абдулла Оджалан. Фактическое руководство осуществляли Мурат Карайылан и Джемиль Байык[640]. Все же эти инициативы не помешали ряду государств признать в 2004 г. Kongra-Gel – террористической организацией. Это были: Турция, Германия, США, Франция, Дания, Испания, Швеция[641].

К середине первого десятилетия XXI века РПК, по верному замечанию Исмета Имета[642], представляла собой не сеть законспирированных ячеек «террористов», а хорошо структурированную и массовую организационную машину. Ахмет Аккая предложил очень интересную идею, сравнив структуру курдского движения со схемой строения солнечной системы. Солнце – это Абдулла Оджалан, вокруг которого по своей орбите двигаются различные планеты (РПК, АОК, НКК), и различные спутники в виде институтов и комитетов[643].

Прекращение активной вооруженной борьбы и трансформация идеологии и стратегии РПК вызвали временный кризис в рядах партии. По данным Ахмета Аккаи, с ноября 2003 по 2005 гг. организацию покинуло 1,5 тыс. партизан. Большинство из них переселилось в Европу и Северный Ирак, выключившись из активной политической жизни. Но более серьезную опасность для существования РПК представлял раскол в высшем руководстве партии, который, несмотря на большие усилия, все-таки не удалось предотвратить. Раскол сформировался к 2003 г., и основной причиной для него стала новая партийная линия и события, происходившие в Южном Курдистане. Нам не удалось обнаружить официальных заявлений РПК на этот счет, поэтому, приходится судить об этом конфликте по косвенным источникам. Ясно одно: в руководстве РПК возникло две платформы. Первая – радикальная (Джемиль Байык, Мурат Карайылан, Мустафа Карасу, Дуран Калькан). Она поддерживала стратегический курс А. Оджалана на реформирование РПК, при сохранении вооруженных сил партизан для самообороны. Данные лидеры активно развивали связи с другими частями Курдистана, пытаясь превратить РПК в крупнейшую национально-освободительную организацию на Ближнем Востоке. С этой целью, в начале 2000-х годов, в соседних частях Северного Курдистана, создаются дочерние партии РПК[644]. В Ираке в 2002 г. – «Курдская партия демократического решения»[645], в Сирии в 2003 г. – Партия демократического союза[646], в том же году в Иране создается «Партия свободной жизни Курдистана»[647].

Вторая платформа – реформистская (Низаметтин Таш, Шахназ Алтун, Осман Оджалан – брат Апо)[648]. Реформисты предлагали полностью прекратить вооруженную борьбу, обвиняя А. Оджалана в тирании и в отказе от достижения целей независимости Курдистана. Низаметтин Таш заявил: «В течение 30-ти лет РПК преследовала цель создания курдского государства, но внезапно после захвата их лидера РПК резко отбросила эту цель и согласилась на учреждение «турецкой демократической республики». Различие между этими двумя целями сродни различию между землей и небом. Сегодняшней РПК, сверху донизу, управляет турецкое государство»[649].

В конце 2003 г. «реформисты» покинули РПК и нашли убежище в Северном Ираке. Здесь эта группа создала 21 октября 2004 г. – Патриотическую демократическую партию[650]. Целью партии было: «…формирование нового фронта для поддержки курдов, работа против глобального террора и поддержка стратегии США в и Великобритании по демократизации Ближнего Востока, то, что будет действовать в интересах представителей курдского народа»[651]. Не трудно рассмотреть в этом заявлении явную поддержку позиции М. Барзани и ДПК. Не случайно «реформисты» из РПК критиковали «радикалов» за стремление доминировать во всех частях Курдистана, призывая объединяться с другими курдскими партиями. В интервью турецкому журналисту Х. Джемалю Осман Оджалан сформировал свое видение развития РПК в трех пунктах. Во-первых, доброжелательные отношения с США и ЕС, и соответственно отказ от «ориентации на восток», т. е. включения в борьбу курдов, проживающих в Сирии, Ираке и Иране. Во-вторых, союз с ДПК и ПСК. В-третьих, Осман Оджалан настаивал на предоставлении партизанам возможности создавать семью и владеть собственностью[652].