Великий Александр Невский. «Стоять будет Русская Земля!» - Наталья Пронина

Глубоко закономерно посему, что 284 года спустя один из выдающихся созидателей этой Империи — тогда еще совсем юный русский государь Иван IV Васильевич — выступит 27 февраля 1547 года на церковном (Стоглавом) соборе в Москве с предложением канонизировать Александра Невского^[486]. Пройдет после того собора чуть более десяти лет, и он же — теперь царь Иван Грозный, недавний покоритель Казанского ханства, — поведет свои войска уже на Запад. Поведет, чтобы окончательно сокрушить исконного врага Руси — Ливонский (Немецкий) орден, с которым почти три столетия назад сражался, обороняя Русскую землю, его Святой прапрадед князь Александр. А в войсках Грозного вместе с русскими ратниками будет идти, победоносно громя рыцарские замки, отборная татарская конница, пришедшая из Казани. Так и здесь скажется, напомнит о себе наследие мудрой политики Невского.

Да, в XIII веке Русь выжила, невзирая на жестокий удар внешних завоевателей. Ибо, как доказывает современный английский историк Арнольд Тойнби, чем сильнее вызов (удар, испытание), получаемый государством, тем сильнее бывает и стимул к преодолению этого удара, «тем оригинальней и созидательней ответ» на него^[487]. В неимоверно трудных условиях сохранив национально-религиозную самобытность, государственность, Русь, собравшись с силами, действительно ответила на разрушение — СОЗИДАНИЕМ. Созиданием еще более мощной, великой державы, нежели погибшая Киевская держава, и это было главным чудом, главным итогом деятельности Великого русского князя Александра Ярославича Невского. И произошло это, как опять же признает в своем объемистом трактате «Постижение истории» Арнольд Тойнби, почти в то самое время, когда, руководимая своим «идеологическим центром» — папским Римом, — Западная цивилизация, «с тамерлановской жестокостью продвигаясь на Восток», сначала «прибрала к рукам все европейские земли вплоть до Эльбы, а затем, в XIII веке, остановилась на границе Православного мира, на «линии», берущей начало у Северного Ледовитого океана и завершающейся на берегах Адриатики»^[488]. Но если на Юге Европы «в самом начале XIII века Запад крайне агрессивно «переступил» через нее, эту заветную «линию», направив мощный и разрушительный Крестовый поход 1204 года в Константинополь»^[489], то на Севере Европы, чуть менее сорока лет спустя, у холодных берегов Невы эту «линию-фронт» удалось сдержать русскому народу. Сдержать, не допустить захватнического продвижения католических войск западных крестоносцев на северо-восточные русские земли. Не допустить, не позволить им сделать с русскими городами то, что до этого учинили они уже на землях полабских славян. Католическим рыцарям-крестоносцам не позволено было учинить то же самое с Новгородом, что до этого сделали они с Антиохией и Иерусалимом. Наконец, им не дали, не позволили захватить северо-западные территории Руси, так же, как захватили они земли народов Прибалтики. Все это, подчеркнем, было остановлено русскими ратниками во главе с Александром Невским.

Остановлено, невзирая даже на то, что упорно стремившаяся к мировому владычеству западно-римская церковь организовывала и направляла в Прибалтику самые значительные силы. Невзирая на то, что (вновь признает А. Тойнби) соседние с Русью прибалтийские народы и «литовцы (Великое княжество Литовское. — Авт.) последними из европейских язычников испытали в XIII–XIV веках порыв Крестовых походов (с Запада)… и внимание Тевтонского ордена почти целое столетие было приковано к Литве. Это смертельное давление (воистину так! — Авт.) Запада… стало причиной того, что и литовцы получили стимул к завоеванию и, в свою очередь, двинулись в земли русского православного христианства»^[490]. Причем результаты этого «смертельного давления» зримо скажутся уже в конце XIII — начале XIV столетия, когда, по благословению того же Рима, Литовское княжество и Польское королевство захватят самые богатые и плодородные земли погибшей Киевской Руси — Смоленское, Черниговское и Переяславское княжества^[491]. Однако это тема уже следующего большого разговора. Но Северо-Восточная Русь в XIII столетии, повторим, выстояла. Выстояла благодаря глубоко выверенным действиям Александра Невского. Именно этим и стал страшен, стал ненавистен он всем последующим врагам нашего Отечества.

Ненавистен он и теперь всем тем скрытым и явным пособникам «нового мирового порядка», которые ныне рвутся уничтожить, затянуть Россию в удушающую воронку «всемирной глобализации» под главенством Запада, точно так же, как стремились еще 1000-летие назад святейшие отцы из Рима ради создания «всемирного папского государства» подчинить православную Русь власти западной, Римско-католической церкви, западным «общехристианским», «общечеловеческим ценностям». За десять веков лишь очень немного изменились средства. Цель же осталась полностью прежней: «Восток должен быть обращен!» Именно для достижения этой главной цели и предпринимаются в настоящее время попытки оболгать, опорочить один из самых светлых ликов нашей Истории — лик русского князя-воителя Александра Невского, представить его изменником-коллаборационистом. Однако на протяжении всего предыдущего изложения внимательный читатель мог убедиться: сама вечно живая, непрерывная цепь исторических событий дает логически четкую и ясную отповедь этим злобным потугам. Ибо «Не в силе Бог, а в правде!»^[492], как сказал святой русский князь Александр перед Невской битвой 15 июля 1240 года. И именно эта священная правда нашей Истории спасет нас!