Суеверия викторианской Англии - Наталья Харса

Чтобы не маяться с купанием в домашних условиях, можно было сходить в баню. Муниципальные бани существовали почти в каждом крупном городе. Особенно ими славился Лондон. Например, в 1846–1848 годах в бане из района Сент-Панкрас побывало 280 000 человек и еще 90 000 воспользовались прачечной при бане. Каждый час в общественной бане стоил пенни, мыло и мочалку приносили с собой. Во многих женских банях, например в лондонском Вестминстере, была раздевалка, в которой женщины могли простирнуть свое нижнее белье. Некоторые приносили в баню чистый костюм, надевали его сразу же после мытья, а грязную одежду уносили домой в бауле. Интереснейшие сведения о банях можно почерпнуть из мемуаров Дороти Сканелл: «Когда мама уже не могла купать нас в жестяной ванночке, каждую пятницу мы начали посещать баню вместе со взрослыми. Нужно было прийти пораньше, потому что в зале ожидания всегда собиралась большая толпа, как только люди возвращались с работы. Невозможно было заскочить в баню перед танцами и так далее, потому что иногда приходилось ждать пару часов, прежде чем удавалось принять ванну. Мы всегда захватывали с собой что-нибудь почитать и разглядывали местных невест, которые обязательно приходили в баню накануне свадьбы». У каждой ванны был свой номер, и при необходимости можно было окликнуть банщицу и попросить кипятку или, наоборот, холодной воды в номер такой-то. Но робкая мисс Сканелл стеснялась лишний раз просить о чем-то суровых банщиц: «Когда банщица выкрикивала „Номер… поторопитесь“ я думала, какой же смелой должна быть особа в той ванне, чтобы так замешкаться. Иногда хотелось просто полежать в теплой воде и чтобы никто не стоял над душой».

Возле уличного насоса

Слабое знание причин заболеваний и недостаточное внедрение гигиенических навыков отразилось в таком своеобразном фольклорном пласте, как городские легенды о паразитах. Повсеместно считали, что если хлебнуть воды из пруда, можно проглотить головастика, а то и змею, которые поселятся в желудке и начнут расти. У зараженного человека якобы развивался неутолимый голод, ведь всю еду съедал паразит, да еще и добавки требовал. Выманить паразитов можно было, подержав миску с молоком у рта или подышав вонючими парами.

Но даже этих средств, по мнению пессимистов, было недостаточно. В 1926 году в журнале «Фольклор» процитировали небылицы о подобных паразитах: «В 1905 году фабричная работница из Ист-Энда (уроженка Лондона) рассказала мне о том, как старательно она избегала есть перезрелые фрукты: „На нашей улице жила девочка, которая как-то раз съела целый фунт слив – да, вроде бы это сливы были – а в них оказались черви. И они начали прямо внутри нее расти. Ее забрали в больницу, но ей уже ничем нельзя было помочь. Тогда было получено разрешение задушить ее!“ В 1909 году уборщица из Лондона рассказывала, что люди проглатывают лягушек и тараканов, когда едят водяной кресс-салат или во время питья. Она лично знала девушку, которая слегла с горячкой, а на ночь для нее оставили стакан молока на полу возле кровати. Вместе с молоком она, видимо, проглотила несколько жуков, „а как померла, доктора вскрыли ее и увидели, что внутри полным-полно дырок и тараканов!“ В 1926 году схожую историю рассказала образованная и культурная молодая женщина (уроженка Ливерпуля). Она приходила в ужас от тараканов и особенно опасалась за своего малыша. Дело в том, что ее мать рассказала ей о следующем происшествии: ребенка оставили ползать по кухонному полу, „и он, должно быть, поймал таракана и проглотил его. Родители пригласили для него сиделку, потому что он разболелся, но никто не мог понять, из-за чего именно. Медсестра же сразу все выяснила. Она выключила свет на десять минут, а затем внезапно его включила. Как раз в этот момент из уха ребенка выползал огромный черный таракан! Кажется, мама говорила, что потом ребенка задушили. Началось расследование, а во время вскрытия оказалось, что внутри его тело кишело тараканами!“».

Во имя гигиенических целей принято подстригать волосы и ногти. Но в английском фольклоре существовала масса условий, как, когда и почему это необходимо делать. По волосам определяли как характер, так и судьбу человека. Узнать свою долю можно было с помощью простого гадания: послюнить большой и указательный пальцы, после чего пропустить между ними волос. Если он завьется – вы разбогатеете, останется прямым – так вам и прозябать в бедности. Признаком грядущего богатства были волосатые руки как у мужчин, так и у женщин. Особо зловещей приметой считался «вдовий пик», т. е. треугольный мысок волос на лбу. По своей форме он напоминал острый выступ на старинном вдовьем чепце, отсюда и неприятные ассоциации. «Вдовий пик» мог внезапно появиться на лбу как мужчины, так и женщины, и предвещал не что иное, как скорое вдовство.

Поскольку волосы, как и обрезки ногтей, могли стать материалом для колдовских ритуалов, их нельзя было оставлять без присмотра. Помимо ведьм на выпавшие волосы покушались птицы: если они совьют гнездо из чьих-то локонов, их бывший владелец всю жизнь промается от головной боли. Опасно было глотать волосы, иначе проглоченный волос обовьется вокруг сердца. Столь же вредной слыла кошачья шерсть, которая якобы не растворяется в желудке и тоже приводит к смерти. Англичане предпочитали сжигать выпавшие волосы, чтобы ни ведьмы, ни пернатые воры не сумели до них добраться. К волосам, горящим в огне, следовало присмотреться внимательно: если горят ярко – это к долгой жизни. А шотландцы утверждали, что если волосы вообще не горят, тот, на чьей голове они росли, утонет.

В некоторых случаях, наоборот, считалось желательным, чтобы волосы достались птицам. В середине XIX века на севере Англии подобным образом лечили кашель: сбривали волосы у больного на макушке и вешали их на кусте, полагая, что, забрав волосы, птицы унесут болезнь. По такому же принципу волос больного ребенка закладывали между двумя кусками хлеба и скармливали собаке.

Дети находили выпавшим волосам другое применение. Поскольку телесные наказания практиковались повсеместно, школьники клали волос посередине ладони или натирали ладони луком. Считалось, что в таком случае трость при ударе о ладонь переломится или же наказанный не почувствует боль.

Особые правила регламентировали, в какой день следует стричь ногти и какие будут последствия. Стихотворение, записанное в 1830 году в Восточной Англии, гласит: