Яхромский мост: Крах «Тайфуна» - Василий Карасев

Почему это важно? Обратимся к мемуарам начальника артиллерии 16-й А В. И. Казакова.

«В ночь на 25 ноября приехали, наконец, в штаб Рокоссовский и Лобачев. Оказывается, им удалось вырваться из Клина, когда по городу уже шли вражеские танки…

Около 3 часов ночи раздался телефонный звонок. Командарма вызывала по ВЧ Ставка Верховного главнокомандования. Спрашивали об обстановке в полосе нашей армии. Рокоссовский доложил обо всем, об отсутствии сплошного фронта и необходимых резервов. Мы узнали еще об одной беде. Гитлеровцы заняли Красную Поляну. Местные жители успели сообщить по телефону в Моссовет, что там устанавливаются дальнобойные орудия для обстрела столицы. Ставка требовала от армии держаться и обещала к утру прислать свежие силы.

У Рокоссовского к этому времени уже созрело решение. Он распорядился задержать на марше два батальона и артиллерийский полк, посланные под Солнечногорск, и направить их в район Черной Грязи, в 6 километрах от Красной Поляны. Мне он приказал к рассвету направить в тот же район два пушечных артиллерийских полка резерва Верховного главнокомандования и два-три дивизиона «катюш», которые должны были в 7 часов 25 ноября открыть огонь по Красной Поляне…

В 4 часа ночи из штаба фронта передали, что к утру в распоряжение 16-й армии прибудут танковая бригада Ф.Т. Ремизова, 282-й стрелковый полк, 528-й артиллерийский полк Л. И. Кожухова и четыре дивизиона «катюш». Рокоссовский приказал мне и начальнику бронетанковых войск армии Г.Н. Орлу выехать в район Черной Грязи и лично принять эти части…

Танковая бригада Ф. Г. Ремизова начала выдвигаться к Красной Поляне еще до рассвета. В 7 часов заговорила наша артиллерия. На врага, засевшего в Красной Поляне, обрушился мощный огонь орудий и «катюш». Противник открыл ответный огонь из орудий и танков, но на этот раз бесспорное огневое превосходство было на нашей стороне. Бой продолжался весь день. С наступлением темноты наши танкисты ворвались в Красную Поляну, захватили много пленных, машин и орудий. Противник вынужден был отойти. Однако через некоторое время ему удалось вновь вернуть оставленные позиции»^[528].

Вот сообщение еще одного мемуариста. Ортенберг пишет: «Накануне днем, когда готовился этот номер «Красной звезды», в редакцию прибыл наш корреспондент по Западному фронту Милецкий. Он привез тяжелую весть: гитлеровцы заняли Красную Поляну и соседние с ней деревни Пучки и Катюшки. Посмотрели мы на карту – и всполошились: от Красной Поляны до центра столицы – всего 27 километров. Враг настолько приблизился к Москве, что с высокого холма за Пучками в ясную погоду мог увидеть Кремль, его колокольни и купола. Отсюда он имел возможность начать обстрел столицы тяжелой артиллерией»^[529]. Эта цитата находится в разделе, относящемся к 27 ноября. Отсюда получаем еще одну дату занятия Красной Поляны: 26-е ноября 1941 г.

У самого К. К. Рокоссовского первое упоминание о Красной Поляне точно не датировано. «Ночью – было это в конце ноября – меня вызвал к ВЧ на моем КП в Крюково Верховный Главнокомандующий. Он спросил, известно ли мне, что в районе Красной Поляны появились части противника, и какие принимаются меры, чтобы их не допустить в этот пункт. Сталин особенно подчеркнул, что из Красной Поляны фашисты могут начать обстрел столицы крупнокалиберной артиллерией»^[530]. Далее его описание примерно соответствует версии Казакова.

Командир 113-го сп 1-й тд В. фон Витерсхайм.

Согласно таким авторитетным свидетельствам можно сделать вывод, что за несколько дней до 30 ноября Красная Поляна уже была захвачена врагом, освобождена без особых усилий (в сравнении с последующими действиями 20-й А), и столь же быстро опять сдана. Только почему-то в труде Генштаба, изданном в 1943 г., и в более поздней работе В.Д. Соколовского об этом ничего не говорится. Молчат также журналы боевых действий 16-й А и Западного фронта. Если бы удалось предотвратить обстрел Москвы, то должен был существовать хотя бы рапорт о захвате и уничтожении орудий (и он непременно попал бы в сводки). Ведь, собственно, для этого контрудар и затевался. Но даже у Казакова сообщение довольно туманное. Калибр трофейной артиллерии не указан, а он должен был быть большим. Отчет о захвате таких орудий действительно последовал, но только неделю спустя во время общего наступления советских войск. В своих мемуарах К. К. Рокоссовский сообщает, что 8 декабря «в селе Каменка (возле Крюкова – Прим. автора) враг бросил два 300-миллиметровых орудия, предназначенных для обстрела Москвы»^[531]. В тот же день была освобождена Красная Поляна и «в числе трофеев оказалась и привезенная накануне пушка калибра свыше 200 мм, их которой немцы рассчитывали обстреливать Москву»^[532]. Однако в том документе, на который ссылается автор этого последнего свидетельства Л.М. Сандалов, написано что захваченное орудие имеет калибр 100 мм ^[533].

В книге «Дивизия первого салюта» оборона Красной Поляны описана очень подробно.

Автор рассказывает не только о действиях рот и взводов, но и о судьбе отдельных бойцов. И здесь ни для каких вариантов захвата поселка вплоть до 30 ноября места просто не остается, как нет и упоминания об освобождении поселка в ходе успешного контрудара 16-й А. Вывод, который можно сделать на основании всех доступных документов, прост: такой лихой операции, о которой рассказывают мемуаристы, просто не было.

Разбитая техника в Горках. Точка съемки выбрана так, что в кадр попал только КВ.

Ну а по данным противника^[534] 2-я тд захватила Красную Поляну первый и последний раз 30 ноября 1941 г. Да и откуда в Красной Поляне 25 или 26 ноября могли взяться немцы? Южный отрезок Рогачевского шоссе еще оставался в наших руках, а враг занимался перегруппировками в окрестностях Солнечногорска. Немецкий бросок к Клязьме состоялся только 27 ноября. И тут надо обратить внимание, что фрагмент воспоминаний К. К. Рокоссовского, приведенный выше, следует после рассказа о контрударе на Льялово, который имел место после немецкого прорыва. Согласно сводке Генштаба, 28 ноября войска 16-й А начали готовить контрудар в направлении Льялово и располагались так: «282 сп (Озерецкое – Пекине); мсб 145 тбр лес зап. района Новоселки – (иск.) Новокириловка; тб – в засадах в районе Пекино и вдоль дороги Черная Грязь – Елино; 2 отд. кпс – ев. опушка леса 1 км южн. района Льялово; 39 пап – на оп в районе Уское; 509 ап ПТ – Она оп в районе Пекино; 24 тбр – в районе Безверхово»^[535].